Помпезная демонстрация президенту образцов новой военной формы получила вполне заслуженные язвительные комментарии в прессе (я от души посмеялся, когда прочитал в репортаже Андрея Колесникова про куртки летчиков «на меху молодого дерматина»). Давно замечено, что в дизайне армейского мундира странным образом отражается господствующая идеология. Вспомним разработанные Хьюго Боссом инфернальные мундиры эсэсовцев (которые без особого успеха попытались воспроизвести отечественные дизайнеры при разработке формы для ФСБ). Или то, что мундир американского генерала не отличается ничем (кроме знаков различия, разумеется) от униформы рядового вооруженных сил США. И то, что все американские военнослужащие вне зависимости от звания получают одинаковое количество комплектов военной формы (парадная, повседневная, полевая и т.д.)

Должен сказать, что в российском случае правило получило очередное подтверждение: все это обилие золотого шитья, каракуля, позументов и аксельбантов, воплощающее заветную мечту любого дембеля, и есть символ отношения российского государства к армии. Главное — побольше блеска и мишуры. Армия, если для чего-то и нужна нынешней власти, то только для пропаганды — для того, чтобы доказать подведомственному народу, что «Россия встает с колен». Именно поэтому тренировочные полеты стратегических бомбардировщиков именуют «боевым дежурством». А приход в Атлантику всего четырех боевых кораблей (два — от Черноморского флота, два — от Северного) «встречей двух оперативных групп ВМФ», в результате чего, вы не поверите, «была уничтожена монополия 6-го флота США в Средиземном море». Позументы и аксельбанты здесь в самый раз.

В то же время переход к новой форме одежды означает некий исторический шаг.

А именно — объявленный отказ от сапог и портянок. Это действительно смена эпох. Десятилетиями наши военачальники доказывали, что для солдата нет ничего лучше, чем байковая портянка и кирзовый сапог (который, как утверждали, «дышит», в отличие от зловредных американских ботинок). Никогда не забуду репортаж в родной «Красной звезде» под ярким названием «Мир солдатского сапога». На самом деле так оправдывали нищету, доказывали, что только она идеально соответствует духу русского солдата.

С этой точки зрения, решение перейти на носки и ботинки действительно представляет собой революцию в армейской жизни. Но только в том случае, если речь не идет о показухе, ставшей уже обычной для так называемых национальных проектов. Дело в том, что носки — вещь индивидуальная, имеющая размер. И менять их, в отличие от портянок, которые можно свернуть с двух концов, следует, по меньшей мере, ежедневно. У американских или британских солдат этой проблемы не существует — бросил носки в стоящую у двери корзинку и получил на следующий день свежевыстиранную пару. Стало быть, в российских казармах должны, как минимум, появиться стиральные машины. Но вот о появлении этих нехитрых агрегатов в казармах никто не слышал. И это означает, что разрекламированный переход на носки — не более чем дорогостоящая профанация.

Когда я наблюдал по телевизору осмотр президентом живых манекенов в странных нарядах, я вспомнил один из разговоров с министром обороны маршалом Игорем Дмитриевичем Сергеевым. Тогда, в конце 90-х, военным месяцами не платили жалование, военный заказ упал практически до нуля. И он, явно чувствуя себя неловко, говорил: «Да, от бедности мы приняли решение, что повседневную форму будут получать только лейтенанты — выпускники военных училищ. А все остальные офицеры будут ходить только в полевой. Но зато сохраним заказ на «Тополь-М». И действительно — в голодные годы, экономя на мундирах, не дали потерять уникальные технологии.

По сравнению с 1999-м военный бюджет вырос в восемь раз. Денег столько, что страна может потратить аж 100 миллионов рублей на разработку странных нарядов с аксельбантами. Но вот с высокотехнологическими проектами как-то не очень получается. За несколько дней до триумфальной демонстрации военных нарядов, первый вице-премьер Сергей Иванов вдруг заявил, что широко разрекламированная программа ГЛОНАСС, которая должна была стать конкурентом американской GPS, предназначенной для определения точного места расположения объекта в любой точке планеты, не готова к эксплуатации. Совсем недавно Иванов обещал президенту, что не сегодня-завтра приемник ГЛОНАСС получит любимая путинская лабрадорша Кони. А сегодня выясняется, что, несмотря на потраченные миллиарды, российская система, во-первых, не слишком точная, во-вторых, не покрывает всей территории страны, а, в-третьих, промышленность не может наладить выпуск принимающих устройств. Точно так же провалены практически все главные оборонные программы. Зато с аксельбантами все в порядке.