Россия ввязалась в новую войну на Кавказе. К сожалению, в этом уже нет никаких сомнений. Все говорит о том, что наши военные изготовились воевать так, как они умеют: нанесли авиаудары по основным грузинским базам, не спеша «закрепились» на окраинах Цхинвали и теперь ждут спецназа, который должен выбить грузинских артиллеристов с господствующих над югоосетинской столицей высот. Сообщается также, что одна из бронегрупп прорвалась к блокированным миротворцам (получается, что грузинские части до сих пор остаются в Цхинвали). А тем временем из десантных дивизий набирают батальонные тактические группы, которые еще только будут переброшены в зону конфликта. При этом сколько разговоров было о горных бригадах, о частях постоянной готовности Северо-Кавказского военного округа. Где они, спрашивается? Совершенно непонятно, почему при наличии артиллерии позволили грузинам этой ночью обстреливать Цхинвали. По всему видно, воевать будем обстоятельно и не спеша.

Между тем, с политической точки зрения за минувшие сутки ситуация поменялась кардинально. 24 часа назад спешить должен был Саакашвили: ему надо было немедленно захватить Цхинвали. До того как проснулись кремлевские начальники, до того как камеры телерепортеров запечатлели погибших под обстрелами жителей столицы самопровозглашенной республики. У него не получилось. Но вот теперь перед всем миром в роли салтыковского Топтыгина, который собирался невиданные разрушения учинить, асимметричными, но адекватными мерами грозил Вашингтону, а даже чижика быстро слопать не может, выступает Россия. И если, имея колоссальное превосходство в военной силе (только в Северо-Кавказском военном округе 90 тысяч солдат и офицеров, свыше 200 боевых самолетов — против 32 тысяч грузинсих военнослужащих и шести штурмовиков), Москва не сможет быстро, в течение двух-трех суток осуществить свое «принуждение к миру», а затем вывести войска, последствия будут скверные.
Уже сейчас Россию называют агрессором. Если же война затянется, если наши военные займут грузинские села, в глазах всего мира речь будет идти о войне, которую большая Россия развязала против маленькой Грузии. У Саакашвили, может быть, воевать не слишком получается, но уж международная пропаганда у него на высоте. Можно только представить, какое шоу будет устроено, когда американские военные самолеты доставят грузинские войска из Ирака для того, чтобы они отправились на войну с Россией.

Повторю то, что я написал в предыдущем своем тексте: нет никаких сомнений в том, что под прикрытием заявлений об одностороннем прекращении огня Саакашвили готовил массированный удар по Цхинвали. Одни назовут это гнусным коварством, другие — позволительной военной хитростью. Замечу только: фактически то, что проделали грузинские войска, ничем не отличается от того, за что собираются судить Караджича. Артиллерийские батареи сербов, развернутые на высотах вокруг Сараева, планомерно уничтожали столицу сепаратистов. Как говорится, найдите два отличия.

Совершенно очевидно, что организаторы  должны нести ответственность. Вместе с тем, война есть продолжение политики, как писал великий Клаузевиц. И нельзя не видеть, что разразившаяся война — вполне закономерный результат не только грузинской, но и российской политики. Если называть вещи своими именами, то Саакашвили попытался кровавым образом разрубить узел, который долго и старательно плела Россия.

Кремлевские стратеги даже и не скрывали своего стремления поддерживать управляемый хаос вокруг самопровозлашенных республик. Неурегулированность территориальной проблемы казалась надежной гарантией от вступления Грузии в НАТО. Именно этим руководствовалась Москва, устроившая раздачу российских паспортов в непризнанных республиках. Когда же Запад, проигнорировав мнение России, дал независимость Косову, непризнанные территории показались удобным инструментом для того, чтобы демонстрировать «кузькину мать». Вспомним хотя бы, как в апреле президент Путин дал «поручение» государственным органам по признанию документов, выдаваемых властями Абхазии и Южной Осетии, а также прав собственности юридических лиц непризнанных республик. Тбилиси имел все основания рассматривать происходившее как подготовку к аннексии.

Однако, как видим, действовать в XXI веке в духе Real Politik века XIX (а именно она по сей день является идеологической основой для российской внешней политики) — занятие заведомо проигрышное. Именно поэтому сам факт начала новой кавказской войны с российским участием означает поражение России.