Президент России Дмитрий Медведев подписал указ «О Комиссии при президенте Российской Федерации по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам России». Противодействовать вышеозначенным попыткам будут ведомства, профессионально историей занимающиеся, в том числе Администрация президента, СВР и ФСБ.

В феврале, после того, как Сергей Шойгу предложил ввести уголовную ответственность за отрицание победы России во Второй мировой, ваша покорная слуга написала, что экономический кризис приведет к тому, что главными темами для наших патриотов станут те, которые внутри России позволят поддерживать необходимый тонус ненависти, но реакции от иностранных дипломатов не потребуют.

То есть обещаниям разместить ракеты в Калининграде придут на смену пиар-кампании в пользу любых россиян, совершивших против иностранцев что-нибудь героическое: например, укравших у мужа дочку в надежде на алименты или потопивших за взятку иностранный сухогруз. И призывы ударить, и крепко ударить, по тем, кто пытается отрицать татаро-монгольское иго.

Однако, откровенно говоря, можно было предположить, что все эти призывы будут исходить от добровольных полуфашистских организаций по защите морали и нравственности, которые в последнее время самостоятельно возлагают на себя функции майоров Евсюковых и шантажируют любой бизнес, позволивший себе «неправильную» или «антипатриотическую» рекламу. Трудно было представить себе, что дело приобретет такой размах, что Наша Либеральная Надежда, г-н Медведев, подпишет бумагу о создании Министерства Правды.

Недавно Россия стала первой после фашистской Германии страной, в которой официально посадили человека за борьбу против фашизма: я имею в виду приговор антифашисту Олесинову. В обвинительном заключении следователь Романов так и написал, что фашисты — это добровольное объединение граждан с целью наведения порядка в стране, а те, кто с ними не согласен, совершают преступление, «исказив свою искусственную сплоченность до наоборот». Строго говоря, следователь Романов в своем обвинительном заключении и пересмотрел Нюрнбергский процесс, и фальсифицировал историю, и пр.

Тем не менее, трудно представить, чтобы комиссия, созданная президентом Медведевым, занялась следователем Романовым. Заранее можно предсказать, что могущественные историки из Администрации президента и ФСБ не будут заниматься ни ежедневными терактами, совершаемыми фашистами на улицах российских городов (а убийства таджиков или азербайджанцев по национальному признаку трудно квалифицировать иначе, чем теракт), ни книгами, пропагандирующими идеи Гитлера: зачем, если эти же самые ведомства полуофициально рекомендуют своим сотрудникам учебные пособия, где история России описана как история борьбы против жидомасонского заговора?

Зато покойный Виктор Астафьев, прошедший всю войну и назвавший Жукова «браконьером русского народа», который вместе со Сталиным «сжег в огне войны народ русский и Россию», а Красную Армию «самой бездарной армией со времен сотворения рода человеческого», — несомненно, будь он жив, удостоился бы внимания учрежденной Медведевым инквизиции.

На мой взгляд, в мире появилась новая разновидность фашизма. Это вполне интернациональная идеология, такая же интернациональная, как фундаменталистский ислам или коммунизм, и свойственная в последнее время сырьевым или диктаторским режимам, лидеры которых не хотят становиться частью открытого мира, ибо боятся, что страна, обзаведясь самостоятельным бизнесом и средним классом, выйдет из-под их контроля.

Возьмем, например, ХАМАС. Члены ХАМАС не называют себя фашистами; напротив, ХАМАС и его союзники созывают конференции под эгидой ООН, на которых называют фашистом — Израиль, борьбу свою — антифашистской, объясняют западным интеллектуалам, что борются за свободу, и не повторяют лишний раз по CNN, что в их понимании свобода их родины есть уничтожение государства Израиль вкупе со всеми проживающими там евреями.

Возьмем Южную Осетию. Там режим тоже называет свою борьбу — «антифашистской» и объясняет, что мудрый президент Кокойты защищает свой народ от уничтожения грузинскими фашистами. Правда, в Тбилиси сейчас живет больше осетин, чем во всей Южной Осетии, и почему-то на территории Грузии, там, где осетины находятся в полной его власти, фашист Саакашвили осетин не уничтожает, а грозит им уничтожение только там, где их спасает мудрый вождь Кокойты.

Того же самого рода, что и у ХАМАС, «антифашизм» наших властей. Нет-нет, у нас, в Кремле, ни в коем случае сидят не фашисты. И на озеро Селигер приезжают не фашисты. Наоборот, мы, в России, ведем антифашистскую борьбу против Четвертого рейха — США, и против растленного Запада, которые только и мечтают о том, чтобы пересмотреть итоги Второй мировой и уничтожить и растоптать наш российский народ.

Правда, если приглядеться к ненавидящему нас Западу, то оказывается, что уехавший в США Сергей Брин становится миллиардером, а уехавший в Норвегию Александр Рыбак — кумиром норвежской публики. И что наши пламенные борцы с врагами из-за рубежа дома покупают в Лондоне, у британских врагов, которые нагло обвиняют нас в смерти Литвиненко, а компании регистрируют во враждебной нам Швейцарии, снявшей арест со счетов Ходорковского.

Фашизм — это пропаганда исключительности собственной нации, которую хотят сжить со света другие нации. А уж кем ты называешь при этом другие нации — «жидами», «недочеловеками» или «фашистами», — вопрос обстоятельств. И та идеология, которую навязывают нам власти — идеология ненависти к открытому обществу, идеология борьбы с «внутренними врагами», идеология борьбы с «теми, кто пытается исправлять историю», так великолепно описанная Оруэллом в романе «1984», становится все страшнее и страшнее.