Как известно, премьер/президент Владимир Путин восстановил в России вертикаль власти. И каждый раз, когда либерал восклицает горестно: «А свобода! А демократия!», патриоты грозно отвечают: «А зато вертикаль власти! А зато порядок!».

И вот я предлагаю посмотреть на вертикаль власти поближе. Так сказать, опытным путем установить значение функции в разных точках, а потом по этим точкам построить и саму функцию.

Вот, например, Сергей Канев (криминальный репортер «Новой») раскопал следующее: неизвестные взяли в заложники сына вице-президента «Роснефти» Михаила Ставского. Сумма выкупа – 50 млн евро. Похищения бизнесменов (а чаще чиновников) за огромные деньги в последнее время в России стали обыденной реальностью, так же, как и в начале 90-х, только тогда этим занимались бандиты, а теперь похитители либо трудятся в спецслужбах, либо имеют там покровителей.

Но тут похитили не просто сына чиновника, похитили сына вице-президента «Роснефти», бросили вызов Игорю Сечину, который в России если не первый человек, то и не второй.

Вопрос: совместимо ли такое положение дел с вертикалью власти?

В «Новой газете» за эти годы убили четырех журналистов: Игоря Домникова, Юрия Щекочихина, Анну Политковскую, Анастасию Бабурову. Допустим, убийство Политковской и Щекочихина – это политика. Допустим, убийство Бабуровой действительно трудно раскрыть. Но вот кто заказчик убийства Домникова, известно хорошо. По мнению вдовы Домникова, это вице-губернатор Липецкой области Сергей Доровский. Скажем прямо, невелика птица. Но вплоть до самого последнего времени никаких вопросов к заказчику не было.

Спрашивается: если это вертикаль, то, что такое бардак?

Месяца два назад в аэропорту «Внуково» вооруженные люди в масках, выехав на летное поле, похитили около 40 млн руб. у пассажира рейса 371 «Москва-Махачкала». Беспрецедентность события – не в похищенной сумме, а в обстоятельствах грабежа. Если на летное поле выехали бандиты, которые превосходно знали всю систему охраны аэропорта, то, что мешает так же выехать террористам? Из Внукова, между прочим, Путин летает.

Давайте-ка повнимательней приглядимся к нашим неизвестным в масках и попытаемся раскрыть это беспрецедентное преступление за пять минут.

Что мы имеем? Мы имеем рейс «Москва-Махачкала», на котором всегда возились пуды налички, которую часто грабили местные внуковские менты. Менты, которые превосходно знают систему охраны аэропорта. И у которых должен был быть наводчик в аэропорту Махачкалы – мент или высокопоставленный сотрудник аэропорта.

И вот менты грабили дагестанцев из месяца в месяц. И один раз вышел громкий скандал, и деньги пришлось вернуть. И в следующий раз пассажира ограбили не менты, а люди в масках с автоматами.

Кто же эти вооруженные люди, которые досконально знают систему безопасности аэропорта? Кто же эти вооруженные в масках, которым стучат те же стукачи, которые стучали ментам? А?

А преступление до сих пор не раскрыто.

Вертикаль, однако.

Вот если сначала посмотреть на повседневную жизнь в России, а потом попытаться на основе реальных жизненных историй вывести некую формулу управления государством, то легко заметить: не то, что о вертикали речи нет – неправильно описывать вообще все, что происходит, с точки зрения управления государством.

У Кремля есть несколько задач. А именно: получить контроль над нефтью и газом России. Получить контроль над деньгами от нефти и газа. Сделать так, чтобы по этому поводу не задавали вопросов в парламенте. Сделать так, чтобы по этому поводу не задавали вопросов в телевизоре. Для разрешения первых двух вопросов нужны силовики, которые понимают управление государством как процесс грабежа бизнесмена. Для разрешения последних двух вопросов нужен послушный парламент и послушные СМИ.

Все остальное – нерелевантно.

Вопрос: как управляют государством российским? Ответ: никак. Чтобы привлечь к ответственности убийц Домникова или вычислить в три минуты таинственных грабителей на аэродроме, вовсе не надо быть демократией. Но если вы посмотрите на повседневную жизнь России не с точки зрения управления государством, а с точки зрения обеспечения безопасности непрерывного грабежа, то самые вопиющие действия власти покажутся очень логичными.

Например, почему Кремль позволяет любому майору или лейтенанту насиловать бизнес? А почему нет? Если их не насиловать, бизнесмены могут поднять головы. Они могут захотеть стать правящим сословием. А так правящим сословием будут негодяи в погонах.

Почему не платят нормальных денег ментам? Почему государство тратит во время кризиса 1,35 млрд. руб. на постройку одноразовой (на время саммита ШОС) президентской резиденции в Екатеринбурге, а офицеры, бравшие «Норд-Ост», живут в общежитиях?

Казалось бы, это – самоубийство режима.

Ан нет, офицерам и ментам дают прямо понять – если хочешь заработать деньги, заработай их сам. Грабь бизнес; и тогда ты на самофинансировании будешь охранять тот самый режим, который позволяет тебе трясти бизнесмена.

Почему финансируют и поддерживают «нашистов»? Зачем люди, которые держат деньги на Западе, внушают «быдлу» на озере Селигер, что Запад – враг? А очень просто. Это сигнал всем умным – уезжать из России. Да, Россия погибнет. Но ведь банковские счета от нефти и газа останутся целы.

И вот если вы посмотрите с этой точки зрения на вопиющие случаи, то вы увидите объединяющую их логику. Это режим, основанный на взаимном консенсусе: те, кто наверху, имеют право красть миллиарды взамен на право тех, кто их обслуживает, делать все, что угодно: даже грабить на спецобъекте и похищать сына одного из сподвижников Сечина. Этот режим стабилен при условии некоего достаточного уровня цен на нефть.

Но вот вертикалью власти этот режим не является.