АВТОРЫ
КОММЕНТАРИИ
В оппозиции

В оппозицииПространство для солидарности

26 ДЕКАБРЯ 2008 г. ГАРРИ КАСПАРОВ

ЕЖ«Солидарность», успешно проведя декабрьский съезд, доказала обоснованность того подхода, который лег в основу ее создания. Отказ от лидерского принципа руководства, ориентация на объединение диверсифицированных групп, упор на региональную составляющую стали залогом создания принципиально новой организации.

Следствием реализации описанных выше фундаментальных принципов построения «Солидарности» стала ее идеологическая многосторонность, что нужно считать безусловным плюсом. В рамках либерального направления, которое, если рассуждать в самых общих чертах, представлено ОГФ, отклонения от центра происходят как вправо – бывшие члены СПС, в разное время покинувшие ряды этой партии, так и влево – « Яблоко» и социал-демократически настроенные представители правозащитного сообщества. Если сложить все векторы (таким сложением, по сути, являются те компромиссы, к которым приходят участники движения в ходе дискуссий), то выходит, что суммарно этот итоговый вектор лежит гораздо левее праволиберальной платформы СПС. Это отразилось не только в исторически левом названии движения, но в программе, в планах движения, например, в намерении выстраивать тесные отношения со свободными профсоюзами. Я бы даже взял на себя смелость утверждать, что идеология «Солидарности» сегодня ближе всего к традиционной позиции «Яблока»: это выражается и в отторжении олигархического прошлого, и в отказе от сотрудничества с режимом, и в социально-экономических аспектах программы. Можно считать, что в историческом споре с Чубайсом Явлинский вышел победителем. Но по иронии судьбы сегодня руководство «Яблока» предпочло бумажку с минюстовской регистрацией работе в объединенном демократическом проекте.

Съезд «Солидарности», который координационная группа готовила более полугода, прошел на очень высоком уровне. Делегаты, не жалея сил, обсуждали важнейшие вопросы: программу движения, организационные принципы, по которым оно будет строиться, заявления в связи с разразившимся финансово-экономическим кризисом и т.д. Однако после съезда ряд вопросов так и остался в пространстве дискуссии, к однозначному мнению по ним делегаты съезда так и не пришли, что, в общем, и неудивительно, учитывая все ту же диверсифицированность участников.

Между тем вопросы, вызвавшие в ходе съезда бурную дискуссию, обсуждаются уже довольно давно (можно вспомнить мою статью « Три точки разногласий», опубликованную в июле 2008 года). Коротко проблему можно сформулировать так: где то политическое пространство, в котором должна существовать « Солидарность»?

Прежде всего, стоит подчеркнуть, что практически все уверены, что пространство должно быть внекремлевским. Все, у кого еще были сомнения в этом вопросе, благодаря очистительным действиям Кремля благополучно осели кто в «Правом деле», кто в Кировской области. В «Солидарности» остались только те, кто убежден: возможность общения с путинским режимом сводится к обсуждению вопроса о его демонтаже.

Однако в дальнейших рассуждениях в области политической топографии многие участники « Солидарности» расходятся.

Довольно громко на съезде, да и после съезда звучал голос тех, кто уверен в невозможности совместных действий с левым и националистическим флангом. Один из самых принципиальных сторонников идеи отказа от сотрудничества с оппозицией из другого идеологического лагеря, правозащитник Александр Подрабинек считает, что, распрощавшись с «красно-коричневым элементом», «Солидарность» станет центром кристаллизации демократических сил. Вот только вопрос, а что эти «кристаллизованные демократические силы» будут делать дальше? С Кремлем мы в политику не играем, но с кем играем? Без левых и патриотических сил «Солидарность» становится субъектом политического действия, у которого нет контрагента и нет политического поля, в котором он существует. Получается, что, отказавшись от сотрудничества с Кремлем, но при этом не соглашаясь на взаимодействие с левыми и националистами, сторонники идеи «либерального гетто» обрекают « Солидарность» висеть в безвоздушном пространстве.

Чтобы «Солидарность» могла существовать как политическое движение, необходимо, чтобы в стране существовала политика. Очевидно, что «диалог с властью» этим замечательным греческим словом не назовешь. Сложно вести диалог, когда твой собеседник шулер, да еще и с ментовской дубинкой в руках. Но ведь восстановление в стране политики как таковой, восстановление общественного диалога, в котором принимают участие представители самых разных идеологических групп, и есть главная цель любого сотрудничества с левыми и националистами. «Солидарность» готова к диалогу или она только хочет кристаллизовать вокруг себя сторонников, а потом каким-то чудом (каким?) привести этих сторонников к власти, диалог с остальной частью общества (большинством!) так и не начав? Даже если вообразить невозможное, и это «чудо» произойдет, тогда мы получим повторение 1993 и 1996 годов, которое неизбежное приведет к власти нового Путина.

Могут ли в демократическом, либеральном обществе одни идеи быть привилегированнее других, носители одних идеалов иметь больше прав, чем носители других? Если речь не идет об извращениях и нарушениях УК, то, конечно же, нет. Почему сторонники концепции социальной справедливости, ограничения прав крупного капитала и частной собственности должны исключаться из диалога? Только потому, что другие носители тех же идей в свое время показали себя антигуманистами?

Тогда давайте вспомним «гигантов мысли» – « отцов русского либерализма», не замеченных в склонности к излишнему гуманизму и готовых жертвовать политическими свободами граждан во имя продвижения «либеральных рыночных реформ». В последнем интервью New Times Чубайс напрямую, без всяких экивоков ассоциирует себя с нынешним режимом. Предсказание нацболов десятилетней давности, обращенное, прежде всего, к Чубайсу: «Завершим реформы так: Сталин, Берия, ГУЛАГ» сбылось с поразительной точностью. Сегодня в стране не только идут избирательные политические преследования, но уже создана законодательная база для массовых репрессий: о возвращении 37 года говорят не только « радикалы» из ОГФ, а даже умеренные эксперты и правозащитники.

Кто боролся за нашу и вашу свободу: подмосковный нацбол Юрий Червочкин, убитый за расклейку листовок с требованием свободных выборов, или « либерал» Леонид Гозман, с нескрываемым цинизмом выполняющий кремлевские поручения?

Нам необходимо отказаться от доставшейся нам в наследство от ельцинско-путинских «либералов» идеологии либерализма без демократии. Какими бы правильными, с точки зрения экономического либерализма, ни казались предпринимаемые авторитарной властью шаги, они неизбежно приводят страну в тупик — не только политический, но и экономический: свободная бизнес-конкуренция невозможна без конкуренции политической, без равенства перед законом, без разделения властей.

Как ни парадоксально это звучит, «либеральное» государство 90-х (не говоря уже о путинском режиме) — оказалось лишь реинкарнацией советской системы с ее монополией на идеологию, с ее наплевательским отношением к закону, с ее системой подавления инакомыслия. Поэтому отказ от сотрудничества с нынешней «советской властью» имеет своим логическим продолжением принятие взаимодействия с представителями всего спектра инакомыслия. Ведь только так, начиная с себя, можно разрушить традиционную установку на идеологический монополизм.

«Солидарность» выбрала « яблочный» в своей основе отказ от сотрудничества с монополистическим режимом. Ключевой лозунг СПС об авторитарной модернизации отправлен на свалку истории. Теперь новому движению осталось только сделать еще один вполне логичный шаг, который позволит нам выйти из заколдованного круга авторитаризма, доставшегося нам в наследство от XX века.

Превращение «Солидарности» в политический субъект возможно только одновременно с созданием политического пространства. Именно на это с момента своего возникновения и был нацелен ОГФ. Именно это является основной целью Национальной Ассамблеи, а вовсе не «дружба против Путина», как утверждает уважаемый коллега Подрабинек. Новое политическое пространство, которое по определению не может быть идеологически однородным, тем не менее, несет в своей инженерной конструкции стрежневые принципы, никоим образом не противоречащие либеральной идеологии. Принципы, которые разделяются всеми политическими субъектами, действующими в этом политическом пространстве: равноправие всех участников политической конкуренции, открытость, демократичность, свобода высказываний, взаимное уважение и т.д. Именно эти принципы прописаны в либеральной по духу Хартии, которую подписал каждый депутат Национальной Ассамблеи. Договорившись об этих правилах и недопустимости их нарушения, можно уже вести жесткие споры относительно всех остальных аспектов социальной, экономической, культурной жизни страны.

Зачем вообще строить альтернативное политическое пространство? Конечно, для того, кто не верит, что демонтаж нынешнего режима возможен, движение типа «Солидарности» превращается из эффективного политического субъекта в место, где можно очистить свою совесть словами «я делаю даже больше, чем некоторые». Но с таким настроем вряд ли стоит заниматься политикой. Если же реально просчитывать шансы на успех, то нельзя не понять, что нынешние экономические катаклизмы не оставляют правящему режиму надежд на благоприятный исход. И в момент политического краха путинской системы только совместные действия оппозиции могут позволить создать устойчивую конфигурацию правительства переходного периода и не ввергнуть страну в гражданскую войну. Только создав площадку для диалога разных идеологических групп общества, можно избежать перевода споров на язык оружия. Задача переходного, принципиально неоднородного, коалиционного правительства – подготовить страну к полномасштабным выборам, на которых « Солидарность» как представитель объединенных демократов будет конкурировать с другими политическими субъектами. Сейчас некоторые наши коллеги по Национальной Ассамблее (прежде всего, я имею в виду Эдуарда Лимонова) выражают неудовольствие участием ОГФ в «Солидарности», заявляя о подрыве идеи Ассамблеи. Такая критика игнорирует тот факт, что Ассамблея — это политическая площадка, действовать на которой должны различные политические субъекты. В связи с этим я бы пожелал представителям всех идеологических течений, представленных в НА, самим активнее заниматься созданием мощных объединенных политических субъектов: как для будущей конкуренции на свободных выборах, так и для более эффективной борьбы за саму возможность их проведения.

Именно с таким пониманием ситуации ОГФ инициировал процесс объединения демократов. Роль «Солидарности» как объединения, построенного на совершенно конкретных принципах, прописанных в ее программе, резко возрастает именно в момент восстановления свободной политической конкуренции, в момент, когда начнется идейно-политическая борьба нормальных политических субъектов, а не гомункулусов из кремлевской пробирки. Но надо понимать, что без совместных действий со своими будущими конкурентами на нынешнем этапе у нас так и не появится возможность доказать преимущество своих идей на честных и открытых выборах.

Версия для печати