На прошлой неделе премьер Зубков обвинил вице-премьера Кудрина в том, что у того по дороге на Сахалин «потерялся миллиард». Тут остановимся на минуточку. Представьте себе, что я, журналистка Латынина, скажу, что министр Кудрин спер миллиард. Это, мягко говоря, не совсем корректно. Потому что уж если я делаю сенсационное заявление, что Кудрин помылил миллиард, я хотя бы должна указать – где и когда. Чтобы Кудрин мог информацию опровергнуть. Потому что если информацию нельзя опровергнуть, ее нельзя и подтвердить.

Глава Федерального агентства по культуре и кинематографии Михаил Швыдкой уволил директора музея-заповедника «Рязанский кремль» Людмилу Максимову из-за «нежелания вести диалог с церковью». Тем самым он наглядно продемонстрировал, что чиновники от Роскультуры с легкостью готовы отдать на откуп Русской православной церкви народное достояние. Напомним, что инициатором передачи Рязанского кремля в ведение церкви стала Рязанская епархия, с подачи которой в феврале 2006 года патриарх Московский и всея Руси Алексий II обратился с письмом к президенту В.В. Путину.

Получается нестыковка. Нам уже все уши прожужжали про то, что новым президентом России станет светоч либерализма Дмитрий Медведев. Что его славное правление, осененное премьерством самого… (даже не знаю, можно ли еще вслух произносить это святое для всякого россиянина имя?) обернется для нашей страны просто-таки бумом демократических преобразований. Придворные политологи не устают повторять, с каким воодушевлением и энтузиазмом это назначение – извините, выдвижение — воспринято на Западе. (Там, надо думать, ждали, что Путин 2-го марта 2008 года передаст бразды правления непосредственно черту с рогами, а как увидели, что не черт и, вроде, без рогов, так сразу возрадовались душой.)

Для начала сюжет почти библейский. На Путина теперь молятся. Не в переносном, а самом что ни на есть буквальном смысле. В Нижегородской области появилась секта Пресвятой Богородицы «Воскрешающая Русь». Предводительствует в ней матушка Фотиния. Члены секты поклоняются портрету Владимира Владимировича. Бьют поклоны, целуют, расшибают лбы…

Скажу сразу, Юрий Николаевич Балуевский – самый образованный и просвещенный начальник Генерального штаба со времен Николая Васильевича Огаркова. И я, как и несколько экспертов, кому я успел позвонить, могу только догадываться о том, что именно заставило генерала говорить то, что он сказал на состоявшейся в субботу пресс-конференции.

Визит президента Путина в Белоруссию прошел необычайно тихо, и как-то мало кто его обсуждал.
Президент Путин приехал в Белоруссию с первым за время своего президентства официальным визитом с невероятной свитой: премьер Зубков, вице-премьер Кудрин, спикер Грызлов, спикер Миронов. Из аэропорта президент Путин поехал к Лукашенко в горнолыжный комплекс «Силичи», где они и просидели вдвоем в ресторане до половины шестого утра. А утром оказалось, что ничего такого они не планировали, подписали парочку соглашений – и разошлись.

В последние пару месяцев модным стало определение «национальный лидер». Хотя, после того как официальный преемник Дмитрий Медведев предложил Владимиру Путину занять будущей весной премьерское кресло, эта мода может пройти. Дело в том, что «национальный лидер» в демократиях ХХ столетия появлялся, как правило, лишь в переломные моменты истории и на сравнительно небольшой срок. Исключение составляли лишь страны, только недавно получившие независимость, где «национальный лидер» был, по сути дела, «отцом-основателем» и символической фигурой — как Томаш Масарик в Чехословакии.

Неделя выдалась судьбоносной. Сперва «Единая» и «Справедливая» (левая и правая ноги нынешней власти) в компании с двумя мизинцами («Аграрной партией» и «Гражданской силой») явились к главе государства и смело рекомендовали ему поддержать Дмитрия Медведева в качестве кандидата на пост президента. Путин же будучи, как известно, последовательным демократом, мог только порадоваться, что независимый выбор наиболее авторитетных партий совпал с его собственным. Буквально на следующий день свежевыдвинутый кандидат попросил действующего президента стать премьером в том правительстве, которое будет сформировано после выборов, которые состоятся через три месяца.

Итак, Путин хочет уйти и не знает, как это сделать. Думаю, что действительно хочет, потому что сейчас уже остаться на третий срок он может с гораздо большим скандалом и, следовательно, гораздо большими потерями, чем буквально несколько месяцев, а то и недель назад. Ясно, что для него самая сложная проблема – это проблема преемника, как в смысле личности, так и в смысле обстоятельств, в которые тот должен быть поставлен. О возможной личности нам с вами гадать бессмысленно – если бы кому-нибудь из тех, кто наверху, можно было доверять и как управленцу, и как человеку, то фамилию преемника, скорее всего, мы бы уже знали.

Через три дня после подрыва автобуса в Невинномыске Николай Патрушев объявил, что война с международным терроризмом на Северном Кавказе «практически нами выиграна». И добавил: «Нам потребуются определенные усилия, но, тем не менее, перелом наступил. Это очень важно». Это действительно важно – попытаться понять, кого мы победили и что именно понимается под победой.