Знаменитый крик Гюльчатай из вечного фильма «Белое солнце пустыни» удивительно точно отражает новость о поддержке Путиным кандидатуры Медведева на пост президента России. Будь Медведев немного поэмоциональнее, он, как Гюльчатай, прокричал бы о своей победе на весь Кремлевский двор... Но он воздержался, а вернее послал к Путину ходоков, полностью подчиняясь сценарию, написанному в Кремле.

Владимир Путин определился с выбором. Решение одновременно и ожидаемое, и не очень. Ожидаемое – потому что Дмитрий Медведев являлся неофициальным преемником номер один еще с конца 2005 года, когда он стал публично-политической фигурой, заняв пост первого вице-премьера. Не очень – так как до сентября все больше говорили о Сергее Иванове, а после сентября – о Викторе Зубкове. Представляется, что президент сделал свой выбор, и практически невероятно, что кто-либо во власти попытается его оспорить. Это слишком большой риск, на который могут пойти разве что совершенно отчаявшиеся люди – вроде товарища Ленина.

Свежий анекдот: «Вчера, 2 марта 2008 года, состоялись выборы президента РФ. За него отдали свои голоса свыше 80% избирателей. Сегодня наконец мы узнаем, за кого мы проголосовали».

Узнали несколько раньше: в декабре. Следующим президентом станет первый вице-премьер Дмитрий Медведев. Выбор наилучший для Путина и, пожалуй, наилучший для России.  Почему? Извольте, поясню. На мой взгляд, причин, по которым Владимир Путин так долго медлил с выбором, две, и обе очень основательные. Одна причина – чисто политическая.

Итак, первый вице-премьер Дмитрий Медведев провозглашен официальным престолонаследником. Ну что ж, как говорится, «поглядим, какой ты Сухов». С Игорем Сечиным воевать – не в газпромовских роликах сниматься. Кандидатура, впрочем, немножко неожиданная – в последнее время большинство аналитиков сходились на том, что так называемая либеральная башня Кремля (ее еще называют «партией Газпрома») выпустит на это ристалище нашего второго первого вице – Сергея Иванова. Видимо, Медведева не так жалко… Впрочем, наша сладкая парочка вице-премьеров в этой партии никакие не игроки. Они, пусть и важные, но только фигуры.

В минувшую пятницу первый вице-премьер Сергей Иванов устроил немалый переполох среди иностранных журналистов и оборонных аналитиков (то есть тех, кто по должности обязан воспринимать всерьез слова тогда еще возможного кандидата в преемники). Выступая на мероприятии, посвященном 50-летию Военно-промышленной комиссии при правительстве, Иванов заявил о необходимости сохранить ядерный паритет с США: "Военный потенциал, и уж тем более ядерный потенциал, должен быть соответствующим, если мы хотим быть на уровне или просто независимыми. Слабых не любят, не слушают и обижают, а когда у нас паритет, с нами по-другому разговаривают».

Для того чтобы понять реальные взгляды, желания, намерения любого человека, в том числе и, прежде всего, такого, который склонен их скрывать — а кто склонен их скрывать больше, чем офицер КГБ и высший политикан криминально-полицейски-бюрократического режима? – нельзя обращать внимание на его декларации, заявления, выступления и т.п. Все его подготовленные речи направлены на то, чтобы сказать то и только то, что выгодно, а правда ему, возглавляющему то, что он возглавляет, невыгодна по природе своей.

Является ли парад новостью? Нет, если только во время парада у главнокомандующего ни упадут штаны. Могли ли выборы в Госдуму стать новостью? Нет — только в случае если бы «Единая Россия» провалила выборы. Выборы стали новостью. «Единая Россия» провалила выборы. Имея во главе президента Путина, располагая неограниченным административным ресурсом, нагнув губернаторов, олигархов, получив немереное количество денег – партия власти реально набрала бюллетеней в размере 35-40%.

В минувшую среду в кабинет спикера Государственной думы Бориса Грызлова ворвался порученец. На его лице читался ужас. «Борис Вячеславович, — сдавленным голосом произнес порученец, — по коридору идет Каспаров». Невозможно даже представить себе, сколько разных трагических мыслей и дурных предчувствий за секунду пронеслись в голове Грызлова. Но и добрые, теплые воспоминания крутились в этом бешеном водовороте. Он вспомнил еще молодого Путина, детей, жену, себя маленького… как мама ведет его в школу, покупает на углу мороженое, поправляет воротник курточки и целует в лобик…

Итак, оценим нынешний политический дрейф России и представим возможное будущее движение. Коль скоро речь идет о неком движении, то уместно мыслить его как перемещение в пространстве, точно так же, как маршрут плывущего корабля можно представлять в изменениях координат широты и долготы. Только политическое пространство сложнее, у него больше размерность. И чем сложнее ситуация, тем больше размерность. Проводя аналитические работы подобного толка, мы в Фонде ИНДЕМ уже довольно давно оперируем политическим пространством, «нанизанном» на три оси.

Главный вопрос, который задают сегодня аккредитованные в Москве иностранные дипломаты: что представляет собой нынешняя воинственная риторика Кремля? Кратковременное помешательство, спровоцированное неопределенностью с будущей системой власти в России, или долговременная ставка на конфронтацию? На первый взгляд, все говорит о том, что Москва настроилась на долгий конфликт с Западом. За несколько дней до выборов президент утверждал, что мощные Вооруженные силы нужны России для того, чтобы никто не совал свой сопливый нос в наши внутренние дела.