Оппозиция должна взять на себя труд предложить обществу ДРУГУЮ систему. Принципиально ДРУГУЮ. Какую? Миллион раз об этом сказано. И изо дня в день не покладая рук закапывать нынешнюю. Не взаимодействовать с нею, не интриговать против нее, выискивая в ней трещинки и сколы, не пытаться на нее повлиять, а именно — закапывать с упорством муравья. Пока последние ее приметы, последние тандемы со всеми их сурковыми, грызловыми и слисками  не скроются под тоннами земли. Потом попрыгать сверху и приступить к строительству. Под бурные аплодисменты окружающей публики. Думаете, не будут хлопать? Еще как будут — дайте срок.   

235—241 день процесса

Суд продолжил принимать свидетелей обвинения — бывшего сотрудника банка МЕНАТЕП Олега Хвостикова, бывшего сотрудника МЕНАТЕП-Инвест Андрея Коваля, бывшего сотрудника МФО МЕНАТЕП Аркадия Захарова. Ни один из них не смог подтвердить факт хищения нефти. Затем прокуроры вызвали Юрия Школьникова, одного из экспертов, которые оценивали сделку мены акций «дочек» ЮКОСа на акции самого ЮКОСа. Школьников был подвергнут продолжительному допросу со стороны Платона Лебедева, который обвинил его и других экспертов, оценивавших сделку, в некомпетентности и ангажированности.
Ситуацию в суде по просьбе «Ежедневного журнала» комментирует адвокат Платона Лебедева Константин Ривкин

Заявление участников общественного мониторинга процесса Лебедева - Ходорковского 

По призыву Международного комитета в защиту российских политзаключенных  люди самых различных взглядов и профессий приняли участие в общественном мониторинге процесса Лебедева и Ходорковского.  Многие из них публично высказали свои самые яркие впечатления, говоря о вопиющем абсурде, кафкианском по духу процессе, насмешке над правосудием. 

ОГФ уволил своего исполнительного директора — Марину Литвинович. Их внутреннее корпоративное дело. Вопить по этому поводу «Так вот какие вы демократы!» очень глупо — раз у этой организации есть свои цели, а исполнительный директор с ними не согласна, то ее и увольняют. При чем тут «демократия» или ее отсутствие — я не понял.

Ливинович — человек опытный, профи-политтехнолог — отлично понимала, какую реакцию статья вызовет. Так что полагаю, сделала это с каким-то смыслом, «расчетом» — а уж оправдался расчет или нет, со стороны не оценишь.

Шевеления в стане апологетов нашей новой политтехнологической доктрины, описывающей скорую «модернизацию России» путем создания «медведевского большинства», нынче настолько заметны, что одной лишь саркастической ухмылкой по поводу всей этой кутерьмы обойтись уже затруднительно. Чем дальше, тем очевиднее становится непреложный факт – количество людей и ресурсов, задействованных в проекте, позволяет говорить о том, что игра ведется всерьез. Налицо и новая технология – попытка обкатать идею в оппозиционной среде, тем самым создав иллюзию возможности возникновения определенного консенсуса между ранее непримиримыми антагонистами.

Решением Бюро ОГФ от 23 октября 2009 года Марина Литвинович была отстранена от должности исполнительного директора ОГФ за нанесение политического ущерба организации. Это событие стало предметом широкого обсуждения среди аналитиков, комментаторов, журналистов, политических и гражданских активистов. Мы выражаем благодарность всем тем, кто адекватно, не нагнетая излишних страстей, оценил непростую ситуацию, возникшую в ОГФ в связи с публикацией статьи «Большинство перемен», написанной Мариной Литвинович, одним из основателей и руководителей ОГФ.

228—234 день процесса

Допросив свидетеля Виталия Хатькова, бывшего начальника финансовой службы «Томскнефти» и бывшего вице-президента ВНК по региональным связям, суд вернулся к свидетелю Евгению Рыбину, бывшему управляющему компании East Petroleum, который продолжил обвинять Ходорковского и Лебедева во всем на свете, однако по сути предъявленного обвинения так ничего ответить не смог. Затем прокуроры приступили к допросу нового свидетеля...

Мое грустно-ироническое отношение к выборам в ту же Мосгордуму не изменилось. Не изменилось и злобно-ироническое отношение к протестам по поводу их итогов со стороны «красных», «выхухолей», «жириков» и прочей «оппозиции». А уж когда потерялся личный голос Митрохина – тут и без меня нашлось кому едкостей накидать про истинное лицо этого политика и его тайные политические пристрастия. И когда на его участке все-таки нашлись 16 бюллетеней за «Яблоко», то было кому сострить по поводу «Митрохина и 15 членов его семьи».

В истории со смещением Марины Литвинович с должности исполнительного директора Объединенного гражданского фронта есть две стороны. Первая – роль политтехнолога в российской партийной жизни. Литвинович – профессиональный политтехнолог, представитель профессии, глубоко рациональной и ориентированной на скорейшее достижение оптимального результата. Практика показывает, что политтехнологу может стать неуютно в идеологической партии (либо движении, как ОГФ). Наилучшая модель отношений между партией и политтехнологом – трудовое соглашение, когда специалист предлагает клиенту наилучшие – по его, разумеется, мнению – решения, а клиент имеет выбор из большого количества возможностей, от полного принятия рекомендаций до прекращения сотрудничества.

В одной старой советской азбуке процесс ознакомления с литерами был представлен как путешествие молодых ребят по пионерскому лагерю. Среди прочих была там и такая иллюстрация — любознательные исследователи направляются к прямоугольной арке. И подпись: «Пойдем отсюда по тропе и так дойдем до буквы П». Все чаще мне кажется, что изображены на этой иллюстрации вовсе не советские дети, но некоторые представители российской несистемной оппозиции, которые к этой самой букве не идут уже, а буквально мчатся.