Robert B: Сегодня народ узнает,что он должен Юкосу 50 млрд$. А ВЦИОМ проведет опрос и узнает,что народ еще больше любит президента! i-m-ho: Зачем российские власти участвовали в судебных разбирательствах...

РБК: Михаил Ходорковский от процесса дистанцировался... Коммерсант: Суд признал действия властей РФ "полномасштабной атакой на ЮКОС... Slon: Россия готова обжаловать решение... третейского суда в Гааге

У диетологов есть в запасе такая чудесная провокация: человеку предлагается поужинать, допустим, двумя плитками шоколада, причем без грамма чая или воды. К утру человек, парадоксальным образом, заметно худеет! Это, видимо, происходит потому, что организм воспринимает происходящее как сильнейший сигнал тревоги — ХОЗЯИН СОШЕЛ С УМА! И принимает ответные меры, сбрасывая балласт, то бишь жир…

Если есть у «наших» нечто доминирующее в выражении лица, то — вот эта самая значительность и какая-то заведомая суровость

Иногда сильнее всего поражают какие-то вроде бы второстепенные детали. Вот меня лично поразило (хотя, как может еще продолжать поражать наше телевидение?), что в итоговой программе на «России» трагическим событиям в московском метро посвятили… ноль минут ноль секунд. Не было такого события на отчетной неделе. События, которое до вечера четверга вроде бы занимало львиную долю эфира и являлось предметом всех разговоров в быту – в конце недели уже не было вовсе!

Крым наш, истинно вам говорю!

Однажды я приехал в Парму навестить приятеля. Приятель мой был важной какой-то шишкой, чуть ли не главным инженером в огромной компании, производящей всемирно известную консервированную еду. И он повел меня ужинать. Потому что Парма – это в Италии гастрономическая столица. Потому что вы же наверняка знаете пармский сыр и пармскую ветчину? А сколько еще всего пармского вы не знаете! Короче, в Парме надо есть. Много надо есть и вкусно. Желательно есть в большой компании. Желательно до ужина всей компанией страстно обсуждать, в который ресторан лучше пойти, где вкуснее stracotto, у какого повара прозрачнее получаются cotiche, у кого нежнее всего erbette.

Не хотелось бы, чтобы тон персонального наезда, очень заметный в тексте Андрея Пионтковского, затмил общественную суть его полемики с Николаем Сванидзе. Суть эта кажется мне очень важной. А в лаконичном ответе Сванидзе самым важным в этом смысле показался пункт первый. «За 15 лет, — пишет Сванидзе, — я действительно поменял свои взгляды на режим, поскольку режим за отчетный период очень сильно поменялся». Объяснение, не в обиду будь сказано Николаю Карловичу, вполне типовое и давно укоренившееся в либеральном спектре. С тех пор как от путинского режима начало разить уже за километр, многие из тех, кто так или иначе способствовали его первоначальной легитимизации, пришли к утешительному для себя выводу, что все дело в мутации режима.

Сначала — абсолютно дилетантская историческая преамбула. Поскольку я не являюсь сторонником концепции мультикультурализма, то я полагаю, что история человечества в аспекте развития культуры есть в том числе история защиты культуры от варварства. А так как современная цивилизация есть результат развития в первую очередь европейской или, как ее иногда называют, иудео-христианской цивилизации, то, следовательно, именно те ситуации, которые угрожали ее существованию, и были главными угрозами человечеству. Таких ситуаций было как минимум три.

На данный момент у властей нет общей идеи, что они хотели бы сделать с этими организациями в принципе, они об этом не задумываются и играют с ними, как кошка с мышкой. Если придётся ликвидировать окончательно — ликвидируют. Тут всё зависит от того, как будут выглядеть позиции России на международной арене. Если «железный занавес» опустится, то понятно, что будет не перед кем гарцевать и распушать хвост, что вот, мол, у нас есть свои правозащитные организации. А если «железный занавес» окажется с дырками, и через него что-то будет видно, то могут и поддержать на плаву, по возможности взяв под контроль. В этом вопросе власть старается оставить для себя пространство для манёвра.