2012 год выдался бурным для всего общества, в том числе и для церкви. В начале года поиграли в партии: протоиерей Всеволод Чаплин бросил клич — и как грибы полезли православные социалистические, православные народные оргкомитеты, изредка — христианско-демократические, но тоже очень народные. Однако энтузиазм быстро исчерпал себя: потенциальным политикам тут же напомнили, что партии по религиозному признаку в России запрещены.

После активного декабря, венчавшего насыщенный политическими событиями 2012 год, после громких коррупционных скандалов, после послания президента, несанкционированного «Марша свободы» оппозиции, шокирующего «закона Димы Яковлева», «конца света» можно подвести некоторые итоги. Несложно констатировать: массовый протест родился, попытался заявить о себе и, в конечном счете, заставил считаться с собой как с данностью.

Итоги года 2012-го, как в известном анекдоте, имеют хорошую и плохую стороны. Хотя, что такое хорошо и плохо в культуре, в которой популярна поговорка «нет худа без добра», это еще вопрос. Но сперва то, что кажется хорошим. Год начался с просвета. Тысячи людей вышли на площадь, объединенные желание сказать «Хватит!». То есть хватит врать и мухлевать на выборах.

Подводя итоги года в такой интересной множеству людей сфере жизни, как спорт, мы не забудем о том, что издание наше не специализированное, а общечеловеческое. А стало быть, не будем подробно анализировать выступление наших олимпийцев в Лондоне. Заметим лишь, что в этой области, как ни в какой другой, Россия остается конкурентоспособной! Пускай общекомандное место у нас теперь четвертое.

Ну!? Чего притихли? Ошарашены? Признаться, я тоже…Мы, конечно, давно знаем про них, что они — уроды. Но это было какое-то более или менее, абстрактное знание. Ну, да — мелкие, корыстные, быдловатые, трусливые, пошлые, бесталанные и безмозглые, а еще злые и мстительные… Вот собирательный портрет нынешнего российского истеблишмента, взращенного путинским режимом и выдвинутого им, кажется, из недр ада на самый верх российской общественной и политической жизни.

Наверное, одна из главных проблем нашего общества — в отторжении всего того, что оно считает аномальным. Начиная от больных детей, которых оно априори лишает шанса на нормальную жизнь (что на больных обращать внимания, о здоровых кто-нибудь бы позаботился, вот мне бы зарплату прибавил!). Заканчивая, например, художниками-абстракционистами (нормальным людям они не нужны, пусть работать идут, пользу людям приносят, например, в шахте бы поработали — при этом так рассуждают граждане, видевшие шахту разве что по телевизору).

«У церкви есть темный двойник, от самого ее начала», – писал Сергей Иосифович Фудель, настоящий исповедник веры XX века. «Святость уходит из церкви» — таков был его диагноз эпохе, в которой темный двойник прочно заслонил облик церкви мучеников и подвижников веры. Многие из нас надеялись, что это время оскудения веры и извращения путей земной церкви скоро кончится вслед за крахом большевицкого режима… Не тут-то было.

Перед Россией стоит огромная стратегическая проблема. Можно назвать ее проблемой мигрантов. Можно назвать ее проблемой рабов, потому что бесправный мигрант, готовый работать (или делать вид, что работает) за еду или за несопоставимо низкую с гражданином России плату, де-факто есть раб.
Нам говорят, что мигранты есть во всех благополучных странах с низкой рождаемостью. Это вранье. В Японии их, например, нет. Перефразируя Андерсена, в Японии все жители японцы и даже дворник — японец.

На фоне скандала с  «людоедским» законом мимо публики как-то незаметно промелькнули две фантастические истории. Одна — смерть топ-менеджера «Хитачи» Якова Фоминых, труп которого, со следами истязаний, был обнаружен в Тверской области в начале декабря. Фоминых пропал в момент визита в автоинспекцию Хорошевского района. По сведениям следствия, некий  человек пришел в эту автоинспекцию и заявил, что машина Фоминых задела его автомобиль.

Первый кадр — цветущие бугенвиллии. В Москве стрелка термометра ходит возле нуля, а здесь — краски, пальмы, ласковое море.  Второй кадр — фиш-массаж. Входишь в районе Тель-Авива в воду по щиколотку, и твои пятки начинают пощипывать мелкие рыбешки. Подплывают, отхватывают ороговевшие кусочки кожи, и в сторону. Необычное чувство. Знаешь: полезно, и все равно боязно, ведь атакуют на полном серьезе.