Вообще-то я им не отвечал никогда, но накануне дня народного единства, поразмыслив, устыдился своего высокомерия. Все ж таки, какие-никакие, а сограждане… И когда неизвестный мне темпераментный россиянин, обитающий на номере +7-967-851-2720, в десятый раз вывалился на меня из папки смс-сообщений, я, мысленно перекрестившись, пошел ему навстречу, вниз по лестнице Ламарка... Имени своего корреспондента я не знал. Он мое, с несомненностью, знал, хотя упорно обращался ко мне экивоками типа «х.йло пархатое».

Сначала самое актуальное – новости филателии. Почтовым ведомством утверждены разные штемпели спецгашения по поводу 400-летия ухода (или изгнания – уж как кому нравится) поляков и их русских союзников из Кремля. В Нижнем Новгороде на штемпеле будет написано «400 лет освобождению Москвы», а на московском – всего лишь «400 лет восстановлению единства российского государства». Видимо, у москвичей-филателистов решено не вызывать опасных ассоциаций «освобождением Москвы».

В «ЕЖе» опубликована заметка Владимира Надеина «Цена цепного таланта», в которой автор написал о том, что  его «журналистская юность совпала с воскрешением из небытия Михаила Кольцова, пожалуй, самого знаменитого фельетониста советских времен», и что фельетоны и статьи его он читал с огромным восторгом. «Воскрешение» Михаила Кольцова стало ярким, значительным событием не только для Надеина, но и для многих его современников.

Просто чтение имен – вчера у Соловецкого камня. А сегодня – на Бутовском полигоне. Очень спокойно и обыденно. Хотя, когда читаешь «имярек, столько-то лет, такой-то профессии, расстрелян тогда-то», успеваешь подумать – он говорил о себе «я», улыбался и горевал, целовал близких… Это очень примитивная картинка обыкновенного бытия, оборванного пулей. Пуле могли предшествовать дни и месяцы следствия, возможно, пыток, а иногда всего несколько дней (об этом рассказал Игорь Гарькавый, директор Мемориального научно-просветительского центра «Бутово»).

В нашей семье очень долго жила необычная история про прадеда, Алексея Калиныча. Даже фотография сохранилась – 1916 год, Калиныч, его жена баба Маша и три дочери, мои бабушки. Красавец мужчина, с усами! Во время революции с восторгом пошел за большевиками, во время ноябрьских событий 1917-го в Москве залез на чердак и сбросил оттуда городового, засевшего там с пулеметом. В общем, героический был прадед, по советским понятиями. Плюс отличный токарь.

Я, конечно, человек злопамятный и нервный — но в этот отвратительный осенний вечер мне очень хочется вот как-то разом схватить за грудки дюжины три представителей прогрессивной общественности, всех тех, кто перед третьим сроком, по отмашке Кремля, легитимности ради втюхивал публике попроще «демократического кандидата Прохорова».

Он же не случился внезапно: «никогда такого не было, и вот опять». Еще в середине 20-х допустимы дискуссии о дальнейшем развитии страны. Не без риска быть «заклейменным» на партсобрании, вызванным в ОГПУ, ареста и «самоликвидации» неугодных, но все же. К концу 20-х у коммунистических вождей появилась необходимость искать врагов — ведь нельзя же было признаться в том, что сама идея дружного и почти безвозмездного коммунистического труда, планового хозяйства является неверной.

Моя журналистская юность совпала с воскрешением из небытия Михаила Кольцова, пожалуй, самого знаменитого фельетониста советских времен. Я был в восторге. Печать той поры была ужасна, и всего ужаснее была навеваемая ею скука. Казалось, люди специально подбирали такие темы и такие слова, чтобы начисто отбить у публики интерес к чтению.

Десять лет назад, утром 26 октября 2002 года, всех нас, приникших к экранам телевизоров, капля за каплей, покидала надежда. Только что генерал из оперативного штаба сообщил о блестящей спецоперации: все заложники "Норд-Оста" спасены, все террористы - убиты. Находившиеся рядом в «мемориальской» приёмной чеченцы (это была очередная командировка на Кавказ) вздохнули с облегчением. Для них для всех было очевидно: захват заложника - преступление, захват почти тысячи заложников - преступление страшное.

«Питерская полиция разыскивает фанатов футбольного клуба «Зенит», которые во время матча с «Кубанью» на стадионе «Петровский», начали скандировать в адрес Георгия Полтавченко «Губернатор – жлоб!», сообщает портал Neva Sport. Они не скандировали, нет. Они – пели. Пели замечательно, дружно и всей трибуной держали синкопу на радость меломанам. Я аж заслушался. Я даже подумал: не начать ли болеть за «Зенит», чтобы помузицировать вместе с ними?