Это — типичная история из жизни одной российской семьи. В 1938 г., когда моей будущей матери было 10 лет, она из окна своей школы, находящейся на территории военного городка, расположенного под Ленинаканом (Армянская ССР), наблюдала, как из их дома солдаты выкидывают вещи. Ночью арестовали ее отца, военного инженера, и вот теперь освобождали «жилплощадь» от семьи «врага народа».

Странные вещи творятся в России. Некоторое время назад выяснилось, что непонятные люди с легкостью громоздят коттеджи на Бородинском поле, уничтожая исторический ландшафт, окружая неприступной стеной разбросанные по полю памятники славным защитникам России в сражении под Бородино. Достойный, так сказать, подарок к предстоящему в будущем году двухсотлетию. Вроде бы упорными стараниями общественности и СМИ столь важное для нашей истории поле удалось отстоять.

В последнее время, как и в эпоху Райкина, опять стало модно говорить о чистоте. Мол, мусорят некоторые, бросают банки, бутылки, окурки где попало, мочатся в лифтах, гадят, короче говоря. И от этого одна часть России мучается и переживает, ставит железные двери и кодовые замки в подъездах, огораживает дома заборами, а другая – тоже мучается и переживает, но продолжает вести себя так, будто находится на вражеской территории, которую нужно пометить чем только можно, любыми отходами жизни, чтобы эта территория стала как-то роднее и знакомее. Совсем как своя.

Заявление

председателя Совета Правозащитного

центра «Мемориал» Олега ОРЛОВА

Пока шел суд, правозащитники молчали — мы внимательно следили за процессом. Думается, наш многолетний опыт позволяет отличить заказное, сфабрикованное спецслужбами, силовыми структурами дело от дела, которые те же самые службы и структуры со всеми их «родимыми пятнами» расследуют добросовестно. Оценивая представляемые следствием доказательства, мы старались поставить себя на место присяжных заседателей, сомневаясь везде, где могло возникнуть сомнение. Теперь можем говорить, не опасаясь, что это будет воспринято как давление на коллегию присяжных.

Некоторое время назад позвонил юноша из МГИМО — попросил о моей встрече со студентами. Типа лекция, вопросы-ответы... Типа «оттепель». Назначили дату. За два дня до даты юноша позвонил снова: встреча отменяется. О предстоящем мероприятии узнали наверху и... — вот фиг вы угадаете формулировку! Цитирую дословно, со ссылкой на юношу: «Шендерович — слишком значительная фигура, у нас НЕТ ПОДХОДЯЩЕЙ АУДИТОРИИ».

После принятия спорного законопроекта «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения» на повестку дня встал вопрос о религиозных музейных экспонатах. Вроде существующий закон «О музейном фонде» дает гарантии сохранения музейных собраний и коллекций в неприкосновенности. Но в России, по пословице, закон что дышло. Случай с Торопецкой иконой Богоматери Одигитрия демонстрирует это со всей наглядностью.

У меня очень трепетное отношение к войне и Дню Победы. История семьи и воспитание не позволяют относиться к этому по-другому. Но ежегодная ситуация с парадом Победы не вызывает никакого иного чувства, кроме неловкости. Отношение к таким датам, к историческим вехам и героям часто формируется под впечатлением от каких-то совершенно не исторических деталей и мелочей.

Подходит к концу процесс по делу об убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой 19 января 2009 года. Слушания закончились, несмотря на то, что подсудимые — Никита Тихонов, которому инкриминируют убийство Маркелова и Бабуровой, а вслед за ним и Евгения Хасис, обвиняемая в соучастии в убийстве — попытались покончить с собой (впрочем, эксперты и адвокаты потерпевших сходятся в том, что в обоих случаях то была лишь симуляция суицида с целью затянуть процесс). Присяжным предстоит вынести вердикт.

Главный редактор «Ежедневного журнала» Александр Рыклин обратился к читателям с предложением скинуться на продолжение его издания. С одной стороны, любое такое событие свидетельствует о том, что давно ставший нормой во всём цивилизованном мире crowdfunding наконец пускает ростки в России. Как человек, занимавшийся 9 лет партизанским краудфандингом и 6 лет назад перешедший на легальное положение, я могу эту тенденцию лишь приветствовать.

Российский миллиардер Алишер Усманов шел к тому, чтобы стать вторым после Романа Абрамовича полновластным владельцем английского футбольного клуба. Причем лондонский клуб «Арсенал» еще более именитый, чем «Челси». Но Усманова все-таки обскакал американец Стэн Кронке по прозвищу «Тихий Стэн». Это неплохой пример того, как можно остаться в выигрыше, даже потерпев формальное поражение.