Вертикаль у представителей власти бывает всякая: четкая, стройная, исполнительная, законодательная, властная, огромная, сильная, депутатская, фракционная, партийная, эффективная, действенная, своеобразная, правовая, политическая, выстроенная, созданная, восстановленная, вся, укрепленная, реальная, действительная, работающая, управляемая, устойчивая, дальнейшая. «Вертикалями» называют сейчас массовые детские игры, оздоровительные лагеря для школьников, областные фестивали местной прессы и дома отдыха. Я не искал мужского одеколона и женских имен «Вертикаль», но, видимо, если попытаться, найти не трудно.

Итак, в прошлой статье мы остановились на том, что более или мене устойчивыми могут быть только социальные устройства (машинки, способы), обеспечивающие более или менее устойчивое развитие. Поэтому разговоры о стабильности требуют ответа еще на один вопрос: как и чем она обеспечивается. Глядя на путинско-медведевскую стабильность, я сразу вспоминаю известный пример: жесткий мост, из тяжелых толстенных балок, накрепко склепанных друг с другом. Такой мост будет стабилен, пока не задует ветер, или не пройдет по мосту рота марширующих солдат, или не проедет колонна автомобилей с равными интервалами.

Хоккей всегда был нашим главным видом спорта. То есть самым популярным был все равно футбол, но главным в политическом, международном масштабе был, конечно, хоккей. Ни в одном другом виде спорта мы не побеждали так регулярно и так убедительно. Но во всех этих турнирах до какого-то момента не участвовали сильнейшие канадские игроки. Два хоккейных мира существовали параллельно.

Главе нижнетагильского фонда «Город без наркотиков» Егору Бычкову дали 3,5 лет за (цитирую) то, что он «по договоренности с родителями, заключив договор с родителями, изымали наркомана из дома, помещали в реабилитационный центр с целью формирования стойкой утраты зависимости от психоактивных веществ». Это не пересказ. Это дословная цитата из обвинения. Егора Бычкова посадили за то, что он лечил наркоманов. И так и написали в приговоре.

Блогер Медведев пообещал разобраться в вопросе.

Семьдесят лет назад было создано самое крупное в Европе Варшавское гетто. Прежде, чем написать эту заметку, я подумал – зачем? Что нового можно написать о Варшавском гетто, о трагедии польских евреев, о которой написаны тысячи страниц, сняты знаменитые фильмы? И зачем лишний раз бередить страшное прошлое, зачем вызывать у одних глубокую скорбь, а у других раздражение – мол, снова евреи «пиарятся на крови»?..

Дело Егора Бычкова не случайно вызвало в обществе такое оживленное обсуждение. Приговор суда наступил обществу на любимую мозоль, задел нерв, который корежит Россию не одно столетие. Как правильно жить: по правде или по закону? Правда у каждого своя. Правда Бычкова состоит в том, что наркоманов не должно существовать ни в Нижнем Тагиле, ни в Свердловской области, ни в России. Их вообще не должно быть. С точки зрения Бычкова и его защитников, наркомания такое зло, против которого все средства хороши.

Когда возникает угроза того, что распределять будет нечего, направление политики снова меняется на противоположное. Этот маятник, действующий в условиях демократии, не только устойчив, но в каждом цикле позволяет совершенствовать и социальную политику, и экономическую. Одна из причин — конкуренция, смена власти в ходе колебаний политического маятника. Тут ровно то, о чем любят говорить в России, — устойчивое развитие (не стабильное! такого не бывает в природе).

Радио «Комсомольская правда» вызвонило меня в прямой эфир. Тема: назначение мэра. Сижу и слушаю, как ведущий толкает идею: мол, не совсем это правильно, что список будущих кандидатов составляет «Единая Россия». Почему бы его не составлять самим москвичам? Пусть они составят на референдуме список, а президент потом из списка выберет мэра. И спрашивает меня ведущий, что лучше: назначать или выбирать.
— Ну, как вам сказать, — говорю я, — воообще-то в приличных странах, в Лондоне, в Париже, в Нью-Йорке,  мэров выбирают. А в какой-нибудь папуасии их назначают. По мне, лучше как в приличной стране.

Похоже, что принятый Государственный думой в первом чтении законопроект «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности» стал самым сильным антимиссионерским ходом патриарха Кирилла. И дело не только в негативной реакции на законопроект культурного сообщества и специалистов, в росте антиклерикальных настроений, а в неизбежном сужении самого музейного христианского поля, в создании многочисленных психологических преград.

Миссионерское значение иконы, к примеру, в действующем храме снижается.

Об отставке мэра говорят много.  Нескоро еще исчезнут  круги на воде.  Плохо это, однако,  когда должность  столичного градоначальника приобретает такой масштаб. Да и  масштабы самой столицы, увы,  кичливо нарушают сколько-нибудь разумные пропорции. Страна в стране,  государство в государстве — Москва  являет собой такой контраст  с той территорией, столицей которой пребывает, что неудивительно, когда москвичи вдруг открывают для себя где-нибудь в глубинке, что они — представители некой привилегированной и всеми ненавидимой касты.