Сегодня в полдень, в пригороде Тель-Авива, похороны "охотника за нацистами" Симона Визенталя. Он умер 19 сентября. Заснул и не проснулся — смерть праведника. В апреле 2003-го он заметил, что дело его жизни выполнено: "Я пережил их всех, и если есть еще фашисты-преступники, поисками которых я не занимался, то они сегодня или слишком стары, или не встающие с постели инвалиды. Я сделал свою работу и я ухожу".

Остается только гадать, о чем думали сотрудники издательства «Яуза», включившие «Мечеть Парижской Богоматери» Елены Чудиновой в нарочито попсовую серию «Войны будущего» и закатавшие ее в разухабистую обложку, однозначно намекающую на принадлежность к жанру трэш-боевика. Еще сложнее понять позицию тех, кто немедленно после появления «Мечети» на книжных прилавках принялся бурно негодовать по поводу содержащихся в романе антимусульманских выпадов

Настало, кажется, время внести ясность в один вопрос, задаваемый в последнее время очень часто. Вопрос в неформальном виде звучит так: «Вы что, с ума сошли? Почему вы защищаете лимоновцев?» Ответ на него требует парочки исторических экскурсов, иллюстрирующих парадокс о несовпадении усилий и результата.

Газета «Известия» напечатала, а НТВ в новостях с удовольствием пересказало: матери Беслана приехали в Москву к сектанту Грабовому, который обещает воскресить их детей. О том, что несколько несчастных, обезумевших от горя матерей, которые за все это время получали только крики от прокуратуры «да что ты врешь», очевидную ложь, да еще пиар-приглашение Путина на 2 сентября, обратились к человеку, который не знаю, кем является: сумасшедшим, мошенником или и тем и другим сразу, – о том, что несколько матерей обратились к нему и свято верят его обещаниям, известно, думаю, было почти всем журналистам, бывающим в Беслане.

Однажды по производственной необходимости довелось мне беседовать с одним из главных не просто специалистов, а энтузиастов истории Куликовской битвы. 35 лет своей жизни он посвятил этому делу, но за два часа разговора так толком ничего мне объяснить и не смог. Не потому, что плохо объяснял или я плохо соображал. Просто само дело-то давнее и темное.

В России эту некруглую дату не вспомнил, кажется, никто. Оно и хорошо: немало комментариев было год назад, на 65-летний юбилей, – таких, что лучше бы их не было. Ещё у этой даты есть "двойник", отмечаемый ежегодно, - в итоге эта вторая дата вобрала в себя смысл первой.Так определяется настоящее – отношением к прошлому, предпочтением в датах. Вот, казалось бы, у христиан одно и то же Лето господне, одна и та же Пасха, но для католиков главное – Страсти, а для православных – Воскресение.

Честно говоря, сам по себе г-н Соколов не вызывает больших симпатий — и по причине некоторых весьма спорных своих заявлений (от обвинений журналистов в очернительстве отечественных мастеров искусств до откровенно русопятских признаний), и по причине какой-то невыразительности и закрытости почти до степени чеховского Беликова, и по причине нелепого сутяжничества со Швыдким. Но когда к ректору Консерватории лезут с советами министр экономического развития, министр здравоохранения и министр связи (!), а руководит наездом существо совсем уж непонятного происхождения и рода занятий, ситуация выходит архетипическая до анекдота. Мол, в культуре разбирается каждый — как в футболе.

Яковлев – это явление в отечественной журналистике. Его помнят как главного редактора "Московских новостей", а потом – "Общей газеты". Его уход и раньше многое значил. Из «Общей» – как символ коллапса свободы слова в России. Из «Новостей», наоборот, – в председатели Всероссийской телевизионной компании "Останкино". Его уход с телевидения тоже означал многое – но это значение не было оценено на фоне бурных событий 1992-1993 годов.

Умер Егор… В журналистском кругу не надо добавлять фамилии – не потому, что нет других с таким же именем: других различали по названиям изданий, которые они представляли. К имени Егора Яковлева добавлений не требовалось. Он был Главным Редактором, все остальное – подробности.

Короче говоря, есть такая выставочная футбольная команда, которая символизирует возрождение Чечни, является ее визитной карточкой, в нее готовы вкладываться всякие барыги, держащие нос по ветру, потому что президент просто так с какими-то футболистами встречаться и поздравлять их не станет. Вот только результата нет.