Интрига вокруг российских спецслужб на Украине развивается: 11 апреля заместитель украинского генпрокурора заявил, что не обнаруженодоказательств причастности сотрудников ФСБ к событиям на Майдане, при этом имена генералов ФСБ, побывавших в Киеве 20-21 февраля, подтверждены уже официально. Напомню, еще 4 апреля МИД Украины направил в Москву ноту, потребовав прояснить обстоятельства нахождения в Киеве 20 и 21 февраля генерал-полковника ФСБ Сергея Беседы, и на следующий день «Интерфакс» со ссылкой на источник в спецслужбе подтвердил, что Сергей Беседа 20-21 февраля действительно был в украинской столице.

Не случайно митинг в защиту свободы слова прошел всего через месяц после демонстрации в поддержку Украины. Неспроста эти события оказались рядом. Они тесно связаны. Все мы понимаем или просто предчувствуем, что внешняя агрессия обернется внутренним ужесточением. Одно без другого не живет. Чтобы оправдать неправую войну, властям приходится лгать. Чтобы эта ложь не сгинула под потоками правдивой информации и здравой аналитики, властям не остается ничего другого, как прикрыть независимые СМИ.

Фотографии Марии Олендской / ЕЖ

Сбежав из Киева 21 февраля, Виктор Янукович отправился в Харьков на съезд Партии Регионов. Там г-н Янукович должен был объявить, что власть в Киеве захвачена фашистами на деньги Запада, провозгласить Донецкую республику и попросить Россию ввести войска для защиты от западных фашистов. Однако организаторы путча струсили, съезд прошел бесславно, а Янукович напился и улетел на вертолете в Донецк.

В Донецке он должен был сесть в самолет и полететь в Россию, но этот путь ему уже перекрыли. Он сел в машину и поехал в Крым. В Крыму он сел в самолет и таки полетел в Россию. После этого он вернулся в Крым, и новые главы МВД и СБУ – Аваков и Наливайченко – поехали его брать.

«Довольно скоро он меня вызывает. Я и он, больше никого. И вдруг он говорит, что ему ясно, что Россия по-прежнему опасна, что верить им нельзя, и не могли бы мы подготовить, не мешкая, записочку, про то как можно сделать, чтобы они рухнули, чтобы как Рейган, дескать. Я удивился и обрадовался – и под козырек. Результат был через месяц, и я доложил. Вот что мы предложили, перечисляю в общих чертах, какие процессы надо запускать и стимулировать, чтобы все произошло как бы естественно. Во-первых, надо создать в России невыносимые условия для всего, что шевелится и может независимо мыслить. Это поставит крест на любых планах «инновационного развития», как там любили тогда говорить, а полезные кадры потекут к нам.

Минувшая неделя наглядно продемонстрировала: Путин не собирается реализовывать крымский сценарий в других областях Украины и всячески выказывает готовность к переговорам. Никакой реакции на происходящее в Донецке, Луганске, Харькове, Одессе — ни со стороны Путина, ни со стороны российского парламента. Не высаживается в Донецке российский «думский» или «культурный» десант, не слышно российских певцов и артистов на площадях украинских городов, не собираются депутаты в Москве на экстренные сессии. Вместо этого Путин вдруг соглашается на четырехсторонние переговоры с участием представителей новых украинских властей, внезапно вспоминает о возможных экономических последствиях для России дальнейшей эскалации украинского кризиса, концентрируется на стремительно развивающемся газовом конфликте.

Трудно вообразить, как выглядят донецко-луганские повстанцы в российских новостях, до какой степени они одушевлены художественной режиссурой и насколько убедительно звучит вдохновенный комментарий каждого отдельно взятого «киселева», но из Киева вся эта история видится дурной пародией. И при том, что чаще всего невозможно удержаться от смеха, потому что на сцену в большинстве своем вышли откровенные «персонажи»—от приблатненных люмпенов до исторических «реконструкторов» в игрушечных кольчугах с георгиевскими ленточками, — но, честно говоря, мы здесь ужекак-то устали смеяться и бояться. Отсюда, из Киева, донецкие повстанцы не выглядят страшными, но пугает непредсказуемость кукловодов, абсолютная спонтанность действий тех сил, которые создают всю эту высокохудожественную телекартинку и помещают нас внутрь давнего голливудского фильма про хвост, который вертит собакой.

Большое, действительно, видится на расстоянии. Потому что пока живешь среди всего этого, то привыкаешь помаленьку и уже не вздрагиваешь так. Но когда, например, о думской инициативе уберечь российских детей от Чипполино и Карлсона узнаешь с утра пораньше, допустим, в Монреале — картина мира окрашивается, поверьте, в незабываемые цвета. Потому что этого не может быть.

Ну, вот не может! Но оно есть, и это очень смешно, конечно. Если, конечно, ты в Монреале и вокруг тебя один сплошной Квебек, без малейших признаков депутата Яровой. Тогда смешно очень.

Во вторник 8 апреля в Донецке в захваченом митингующими здании Областной городской администрации (ОГА) состоялось второе заседание координационного совета самопровозглашенной Донецкой народной республики. Сначала заседающие обсудили ситуацию в связи с переговорами, которые представители республики провели с Ринатом Ахметовым на предмет, как избежать зачистки (местный олигарх выступил в качестве посредника между Донецкой республикой и силовиками). Впрочем, дискуссия быстро переключилась на вопрос о принципиальной возможности переговоров с Ахметовым.

Не знаю, интересно ли вам, почему я решил поддержать митинг против вранья, который пройдет в Москве 13 апреля, но я чувствую потребность объясниться. Не скрываю: я рассчитываю, что мое объяснение поможет вам принять решение, участвовать в митинге или нет. Первое фундаментальное утверждение в сфере лингвистики записано в Библии: «Сначала было Слово». Глубинный смысл этого, казалось бы, слегка полемического утверждения был переоткрыт современными лингвистами во второй половинеXXвека, когда они объяснили нам: наш язык и наша жизнь (точнее, социальная жизнь) неразрывно взаимосвязаны.