Это было прекрасно. Так прекрасно, что у всех, кроме отъявленных врагов России, замирало сердце. Или хотя бы билось сильнее. На гигантской сцене (или арене?) в Сочи — Россия. Великая ее культура, самые грандиозные, самые величественные ее достижения. Малевич, Кандинский, Шагал, Дягилев, Рахманинов, Анна Павлова, Александр Блок, Цветаева, Ахматова, Маяковский, Есенин, Солженицын… Да всех не перечислишь.

Среди многих событий осени 2013 года осталось почти незамеченным подписание президентом Армении Сержем Саргсяном соглашения о вступлении его страны в Таможенный и Евразийский союзы. Эти события предшествовали вильнюсскому саммиту ноября прошлого года, на котором каждая из участниц программы «Восточное партнерство» имела возможность подписать договор об ассоциации и углублении долгосрочного стратегического сотрудничества с ЕС. Двери в европейское будущее, таким образом, были открыты для всех государств Партнерства: Армении и Азербайджана, Грузии и Молдовы, а также Украины.

Сегодня слово «Майдан» вошло во все языки мира. Как несколько раньше во все языки мира вошли русские слова «погром», «спутник», «перестройка». Языковые интервенции невозможно организовать, их нельзя оплатить, они происходят естественно, как реакция человечества на вклад того или иного народа в мировую цивилизацию. Киевский Майдан как уникальное изобретение украинского народа, как ноу-хау не только в политической борьбе, но и способ организации социального и духовного пространства, несомненно, войдет во все учебники и хрестоматии по политологии, а в качестве социологического феномена еще ждет своих исследователей.

Все последние недели меня поражали две вещи в дискуссиях и заявлениях относительно событий на Украине. Их можно отразить двумя типовыми популярными заявлениями: 1. Янукович — легитимный президент, 2. Без Януковича ситуация станет совсем неуправляемой. Сейчас, когда этот случайный бандюган во власти слинял, оба этих заявления кажутся нелепыми. Но вот что важно как урок: обе фразы столь же часто используются применительно к ситуации в России с заменой фамилии человека, занимающего соответствующий пост.

20 февраля за пост в «Фейсбуке» в поддержку Майдана и критические высказывания в адрес населения России был уволен редактор журнала ComputerBild ЗАО «ИД «Бурда» Дмитрий Шульгин. Вот за какие слова в личном дневнике уволили кандидата философских наук, имевшего лучшие показатели на работе: «Иной раз, послушав разговоры в метро и на работе, начинаешь думать, что 99% русских сейчас расхваливают Януковича и призывают перевешать всех украинцев, которых называют поголовно бендеровцами… Если мой народ продал душу дьяволу, я за ним не последую». В «Бурде» Шульгину объяснили, что «политическая деятельность в «Фейсбуке» несовместима с работой в компьютерном журнале»...

Ну вот теперь можно подвести уже полный итог Олимпиады. Точнее, итогов будет два. Потому что Игры – это событие и спортивное, и общественно-политическое. Про спорт у нас разговор будет особый, а начнем с общественного, поскольку в нашей стране общественное и политическое все время вылезало вперед спортивного, и, например, тема потраченных миллиардов и миллиардов украденных волновала неравнодушных граждан, глядящих на жизнь не через экран киселевского телевизора, никак не меньше десятков олимпийских медалей.

Последние три дня Украина прожила столь стремительно, что аналитики и прогнозисты порой не успевали сформулировать то, что от них требовалось по факту: текст устаревал раньше, чем автор ставил точку, события опережали не только анализ, но и репортаж. Между подписанием соглашения Януковича (еще президента) с оппозицией не прошло даже оговоренных 48 часов, когда Конституция 2004 года уже как бы вступила в силу, а сам Янукович перестал быть президентом. Янукович еще успел подписать документ о переносе выборов на декабрь 2014-го, но менее чем через сутки была объявлена новая дата выборов — 25 мая.

Мало кто сомневается, что сегодняшний приговор по «Болотному делу» будет максимальным и демонстративно жестоким. Единственная надежда — что результаты Олимпиады приведут главного начальника в благостное настроение — представляется более чем призрачной. Подозреваю, произошедшее на Украине затронуло куда более глубокие чувства Владимира Путина, нежели просто желание покрасоваться в очередной раз на фоне олимпийских колец. Украинские события — это воплощение ночных путинских кошмаров. Подкупленные госдеповскими «печенюшками» экстремисты опрокидывают власть, полученную в результате выборов, организованных г-ном Чуровым.

Украина проходит через жесточайшие испытания в своей новейшей истории, которые вызывают жаркие споры. Конечно, взаимному непониманию оппонентов способствуют последствия дезинформации. Тот, кто сочувствует антикриминальному характеру украинской революции, не найдет взаимопонимания с жертвой пропаганды, поверившей, что на Майдане стоят фашисты и мародеры. Но есть и иные причины. Я хочу обсудить один важный вопрос, поляризующий тех, кто спорит о Майдане. Я сформулирую его как этическую задачу, хорошо?

В последние пару недель во властных манерах, и прежде не чересчур галантных, наблюдаются ощутимые перемены. Если попытаться определить перемены одним словом, это будет слово «бесстыжесть». Раньше-то власть стеснялась табуированных крайностей и уголовные мерзости предпочитала делать чужими руками. Для бытовой травли оппозиционеров имелись «Наши» и неувядаемая Кристина Потупчик, для убийства свободных СМИ — легенда о неэффективном менеджменте, для еврейской темы — классово близкие «нацики» и газета «Завтра»…