В течение последних двух лет известнейшая правозащитная организация Amnesty International последовательно защищала права узника Гуантанамо Муаззама Бегга. Когда сотрудник AI, Гита Сангал, публично напомнила, что Бегг является членом Аль-Каеды и крайне радикальным исламистом, она была уволена на следующий день, а глава AI Клаудио Кордоне заявил, что «джихад, ведущийся для обороны, не противоречит правам человека».

Позавчера, 12 апреля, об этом писать было как-то неудобно – траур, какие могут быть праздники. Но все-таки 12 апреля – это День Космонавтики. У нас столько в календаре праздников. А сколько из них настоящих? Ну, Новый год – это понятно. День Победы – это вообще святое. 8 Марта нравится уже не всем, но мужики этот праздник никогда не отменят. Но мы же празднуем и 23 февраля, хотя непонятно что было и в честь чего он. Празднуем что-то и 12 июня, чему не могли несколько лет придумать название, пока не решили, что это будет День России.

Вчерашняя первая встреча президента Украины Виктора Януковича с президентом США Бараком Обамой наверняка привлечет повышенное внимание Кремля. Даже несмотря на то, что в Москве знали о настойчивости Киева, долго звонившего в двери Белого дома, а может быть, и координировали общую с господином Януковичем позицию на переговорах с господином Обамой. Скорее всего, точка зрения Белого дома будет интересовать Владимира Путина и Виктора Сечина в большей степени, чем взгляды Виктора Януковича, которые обозначились после трех известных встреч в Москве. Впрочем, возможны и другие сценарии.

Стена посольства Польши завалена цветами. По телевизору в прайм-тайм пустили «Катынь». В России объявлен национальный траур, Путин лично в палатке распоряжается отправкой тел, и на сайте Медведева висит соболезнование на польском языке. Мне впервые за много лет не стыдно за свою страну. Если бы мы вели себя так всегда, не было бы ни августовской войны, ни «газовой», ни Катыни-2, и Россия пользовалась бы среди своих бывших колоний тем же уважением, что и Британская империя.

После страшного понедельника 29 марта невольно возникла мысль, что при расследовании этой трагедии непременно всплывет тот или иной факт коррупции. И это неслучайно. В последние годы такие факты постоянно фигурируют практически во всех трагических событиях, унесших десятки и сотни человеческих жизней. Будь то террористический акт — захват Театрального центра на Дубровке в 2002 году или взрывы самолетов над Тульской и Ростовской областями в 2004 году, техногенная авария — на Саяно-Шушенской ГЭС в 2009 году или пожар — в пермском ночном клубе «Хромая лошадь».

Так получилось, что 6 апреля я был в Катыни. Хотелось неспешно, за неделю до официальной даты — дня памяти расстрелянных польских военнопленных, побывать здесь, увидеть все своими глазами…
Я не знал, что на следующий день сюда приедут премьер-министры России и Польши, а в субботу — Лех Качиньский. Что ж, мне даже повезло: смог не только посмотреть весь мемориальный комплекс, но и заглянуть как бы за кулисы важных политических событий. И собирался об этом написать. И вот в субботу произошла трагедия.

Теракты в Москве и Кизляре вернули подзабытый было вопрос о смертной казни в кремлевскую повестку дня. «Правовед» и «либерал» Дмитрий Медведев, заявивший о несогласии с введенным в 90-е годы мораторием на смертные приговоры, пообещал, что организаторы преступлений ответят за них «своей жизнью, даже несмотря на отсутствие смертной казни» (!), то есть фактически призвал к внесудебным расправам.

Оставив за скобками абсурдность угрозы смерти как сдерживающего фактора для фанатиков-камикадзе, стоит напомнить, что практическая бессмысленность «высшей меры» была доказана десятилетиями судебной и правоохранительной практик.

Авиакатастрофа над Смоленском унесла жизни самых разных людей – гражданских и военных, известных политиков и скромных родственников жертв катынской трагедии, направлявшихся к месту погребения своих родных. Их судьбы – часть судьбы самой Польши, испытывающей сейчас боль утрат. Конечно, в центре внимания оказалась судьба президента Леха Качиньского – политика противоречиво оцениваемого, но цельного и последовательного в своих действиях.

На самом деле мы совершенно точно знаем, отчего происходили оледенения. Ответ на этот вопрос дал великий астрофизик Милутин Миланкович (1879-1958). Согласно Миланковичу, периоды оледенения или межледниковья зависят от количества солнечного тепла, получаемого Землей, а эта величина колеблется из-за трех периодических процессов: прецессии земной оси, с периодом 25 750 лет, нутации земной оси (то есть колебания угла наклона оси к плоскости орбиты), с периодом ок. 41 тыс. лет, и изменения эксцентриситета земной орбиты, с периодом ок. 93 тыс. лет.

Когда циклы усиливают друг друга, возникает оледенение.

Случилось так, что Дмитрий Анатольевич Медведев сказал сущую правду. При подписании нового российско-американского Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений он заявил, что в данном случае нет ни победителей, ни побежденных. Действительно, в ситуации, когда ничего не меняется, никто ни проиграть, ни выиграть не может. Вопреки патетическим заявлениям о кардинальных сокращениях ядерных вооружений на 30 процентов, в действительности ядерные арсеналы если и уменьшатся, то в лучшем случае на 100-200 боеголовок. Если называть вещи своими именами, то новый договор фиксирует относительное превосходство США над Россией.