На прошлой неделе представитель генеральной прокуратуры РФ Саак Карапетян дал Интерфаксу поистине гениальное интервью. Интервью это позволяет судить, какие уголовные дела Генпрокуратура считает самыми важным. Какой, так сказать, пепел Клааса стучит в ее сердце.

Итак: самыми важными Генеральная прокуратура, судя по интервью Саака Карапетяна, считает:  дела о выдаче Евгения Чичваркина, Березовского, Закаева, Гуцериева, Невзлина. И еще — уголовное дело против невинного Лугового.

Украинцы в очередной раз добились своего. Им удалось получить от Европы крупные объемы финансирования на цели модернизации своей газотранспортной системы на условиях заимствований, при этом избежав передачи контроля над украинской ГТС другим странам.

Украинская газотранспортная система изношена и давно нуждается в модернизации. Но в течение длительного времени вопрос привлечения международного финансирования для этой цели увязывался с передачей контроля над системой иностранным компаниям — газопроводы предлагалось отдать либо в собственность, либо под управление консорциума инвесторов.

Рамзан Кадыров заявил, что контртеррористическая операция в Чечне на днях будет объявлена оконченной, а через день Дмитрий Медведев поручил руководителю НАК рассмотреть вопрос о снятии режима КТО в Чечне.

Чтобы понять, что же, по мнению Кремля и Кадырова, сейчас закончилось, хорошо бы разобраться, с чем имели дело российские войска и спецслужбы в Чечне с октября 1999 года, когда официально началась контррерористическая операция, представленная как ответная акция на вторжение боевиков в Дагестан и взрывы домов в Волгодонске, Буйнакске и Москве.

Российская революция 1989-1991 годов проходила в условиях отсутствия структурированной оппозиции, способной сформировать стабильное правительство. В советское время она не могла появиться по понятным причинам, так что организационную структуру демократам пришлось создавать буквально на ходу. Так в 1989 году возникла Межрегиональная депутатская группа – первая парламентская фракция после десятилетий отсутствия в России парламентаризма.

На днях Рамзан Кадыров объявил: до конца марта режим «контртеррористической операции» в Чечне будет отменён. Последовала серия комментариев от московских политиков, комментариев противоречивых и по большей части неодобрительных. Читатель, возможно, удивится, но я соглашусь с Рамзаном Кадыровым. Да, действительно, нет никаких оснований поддерживать в Чеченской Республике правовой режим, отличный от действующего в соседних регионах Северного Кавказа.

Подписание «газовой декларации» Евросоюза и Украины стало прямым следствием январского конфликта Москвы и Киева. Главными пострадавшими в нем оказались европейцы, которые сейчас решили взять инициативу в свои руки. Украинские политики — и «антироссийские», и «пророссийские» — этому только рады. А Россия тем временем начинает свою контригру в союзе со своими традиционными европейскими партнерами.

После известия о том, что Евросоюз и Украина совместно будут модернизировать газовую систему Украины без участия России, российская делегация демонстративно покинула конференцию в Брюсселе, посвященную этому вопросу, а премьер Путин, который неизменно комментирует каждое событие на газовом фронте, недвумысленно пригрозил Европе «техническими сбоями» при поставках газа. Что это означает? То, что Россия проиграла газовую войну с Украиной.

В день, когда министр финансов Алексей Кудрин в очередной раз обрушил финансовые рынки страны, почти незаметно прошло событие, которое, не исключено, может иметь для России куда более серьезные последствия, нежели традиционное уже падение нашей биржи.

Совет безопасности, возглавляемый Дмитрием Медведевым, собрался для того, чтобы окончательно одобрить Стратегию национальной безопасности России, документ, над которым аппарат Совбеза неустанно трудился с 2004 года.

Если судить по делам, то Путин ненавидит Украину. Человек знаний поверхностных, к тому же искривленных школой КГБ, он не понимает национальных устремлений Украины, Эстонии, Грузии, отчего и не сумел выстроить спокойные деловые отношения со всеми бывшими республиками Союза. Как показывает краткая история безнадежного признания Абхазии и Южной Осетии, политику Путина не разделяют все, без единого исключения, государства на пространстве бывшего СССР.

Башкирский президент Муртаза Рахимов подверг резкой критике федеральный центр – это самые жесткие высказывания лидера субъекта Федерации в адрес Кремля за последние годы. Даже только что смещенный с должности мурманский губернатор Юрий Евдокимов «замахивался» лишь на функционеров «Единой России». Рахимов же прямо инкриминировал российской власти нарушение основных принципов федерализма, прописанных в Основном законе.