Свой прошлый текст, посвященный югоосетинской войне, я начал с цитаты из Ежи Леца — не будем менять структуру, тем более что Лец умудрился заранее прокомментировать почти все, что происходит с человечеством. Итак: «Ложь отличается от правды тем, что не является ею». …Около двух тысяч погибших в Цхинвали — эта цифра появилась сразу после грузинского обстрела и крутилась в прессе целую неделю.

Когда русская армия на юге была уже близка к победе, вмешался Запад. На рассвете 27 августа началось наступление, превосходящие силы неприятеля выбили наши войска с господствующей высоты. Контратаку возглавил генерал Хрулёв. Высоту отбили, но сам генерал был ранен. Лишившись командира, наши отряды не смогли закрепиться и были вновь сброшены вниз.

Три последующие контратаки, стоившие жизни ещё трем генералам, были самоубийственны: солдаты бросались под картечь вверх по склону в узком "горлышке" прохода. К вечеру бой затих.

Официальных пропагандистов надо слушать не только потому, что они позволяют быстро и эффективно очистить желудок, не прибегая к лекарственным либо физическим воздействиям.

Официальных пропагандистов надо слушать еще и потому, что они часто пробалтываются.

14 августа 2008 года на телеканале «Вести 24» появился обозреватель «Известий» Максим Соколов, который, потряхивая необъятной бородой над чем-то, напоминающим одновременно посконную дерюгу и френч недавно почившего Солженицына, с пылом обрушился на… намерения занять Тбилиси и оккупировать Грузию!

К юбилею Виктора Шендеровича
Странно, но мои первые, совсем детские воспоминания о нем носят какой-то рваный и сумбурный характер. Он, конечно, бывал в нашем доме (кто там только не бывал!). Но всегда наскоком и всегда на секундочку. Влетит, сунет бабушке букетик хризантем, мне — очередную железную машинку или набор деревянных кубиков с азбукой (гораздо позже я обнаружил, что из этих кубиков складываются только два слова — ШЕНДЕРОВИЧ и загадочное ПУТИН), махнет рюмку водки, произнесет пару совершенно непонятных мне фраз, нарвется на суровое бабушкино: «Виктор, стоит ли при ребенке?», и все — его уже нет, поминай, как звали…

Война в Грузии достойно венчает 100 дней президента Медведева и расставляет точки над «i». Если у кого-то оставались сомнения насчет распределения ролей в тандеме, то теперь вроде ясно: Медведев даже не перчатка на руке Путина (Путин действует без перчаток), а просто украшение кремлевского интерьера. Возможно, это не

Президент Медведев отметил сто дней своего президентства. Отметил исторически — прекратив войну. Вышел и сказал. И война прекратилась. Интересно, каково это быть человеком, который может начать войну — и прекратить войну? Впрочем, я не об этом. На сто дней всегда подводят итоги. Итоги эти маленькие — много ли успеешь за три месяца? Однако Медведев успел. Успел даже повоевать! И не только. Заявив, что в стране нет кадров и даже в губернаторы назначать некого, он фактически признал несостоятельность затеи с Вертикалью.

В России вчера прошёл траур по погибшим на Кавказе. Там, в Осетии, этот траур продолжается. Официальные лица сказали и скажут ещё немало слов, которые уместно говорить в такие дни. И это ведь правильно: самое большее, что могут сделать живые для ушедших — это помнить о них. Обо всех и о каждом в отдельности. Называя отдельно и поименно.

Через несколько часов после российского вторжения в Грузию высокопоставленные российские чиновники начали говорить о соблюдении Кремлем норм международного права, которых, как утверждает Москва, она придерживается и по сей день. На самом деле, прикрываясь этими громкими словами, Кремль не только пытается оправдать применение силы в Грузии, но и настаивает на предоставлении независимости грузинским территориям Южной Осетии и Абхазии, пытаясь придать легитимность своим анклавам на Кавказе.

«Лицо врага пугает меня, когда я вижу, как оно похоже на мое собственное», — писал Ежи Лец. Про Саакашвили особого спора не получится. После того, что этот герой устроил в Цхинвали, ему действительно было бы полезно отдохнуть в Гааге. Но уж кому-кому, а российским официальным лицам про это надо молчать в тряпочку. Ибо Саакашвили должен сидеть в Гааге - рядом с Путиным, и оба под портретом Милошевича. Все трое вошли в историю одним и тем же подвигом, который называется — геноцид гражданского населения. Причем совершали они сей подвиг под одним и тем же прекрасным лозунгом: восстановление территориальной целостности своего государства.

Решение президента Дмитрия Медведева о проведении военной операции против грузинских войск вызвало в либеральном лагере разные суждения. Много говорится о том, что сама эта операция была ошибкой, так как она нарушила нормы международного права и повлечет за собой тяжелейшие политические последствия внутри России. Авторы этих суждений, однако, не задаются элементарным вопросом — а что было делать?