Смерть митрополита Лавра, председателя Архиерейского синода Русской православной церкви за рубежом (РПЦЗ), произошла вскоре после того, как он решил основную задачу на посту первоиерарха – воссоединение с патриаршей Русской православной церковью (РПЦ), которое произошло в прошлом году под патронажем Владимира Путина. За несколько недель до кончины владыка Лавр в последний раз посетил Россию, где был принят с максимально возможным почетом. Для РПЦ митрополит Лавр сделал многое.

Стабильность на Северном Кавказе достигла такого градуса, что терпеть было уже нельзя, и начались если не видимые глазу движения, то намёки и проявления намерений. 14 марта президиум генсовета "Единой России" рекомендовал на должность секретаря политсовета Ингушского отделения партии Марьям Амриеву.  Сейчас она зампред, а председателем здесь пока Мурад Зязиков, президент республики. Что-то предчувствуя, ещё 12 марта Зязиков разом отправил в отставку всю исполнительную власть: и республиканское правительство, и глав местных администраций.

Ужасно грустную историю рассказала Нателла Болтянская. Я бы даже сказал — беспросветную. Ну, в самом деле, страшно уже в юном возрасте столкнуться с чудовищным бюрократическим произволом, с мракобесием тупых чинуш, прикрывающих свою профессиональную несостоятельность борьбой «за праведную Россию», с лицемерием, с враньем, с беспомощностью даже сочувствующих старших. Конечно, страшно, кто же спорит. Теперь я призываю всех на секунду представить себе, что подобная история случилась не в МГУ, а, скажем, в Сорбонне.

На днях ВЦИОМ опубликовал результаты исследования, согласно которым треть россиян следит за выборами в США и в подавляющем большинстве симпатизирует Хиллари Клинтон. Ничего, в общем, странного — я тоже за Хиллари, хотя из чувства благодарности следовало бы поддерживать республиканцев, добивших Советский Союз. Но дело не в результатах, а в явке: согласно ВЦИОМу (а в данном случае ему вполне можно верить) в американских выборах, имей они право голоса, не приняли бы участие только 25% россиян, половина не определилась, а остальные хотят пойти голосовать. То есть явка получилась бы процентов 35, как минимум. Думаю, эта цифра больше той, что реально была у нас 2 марта.

Начальственная Москва погрузилась в испуганное оцепенение. Никто (за исключением Медведева и Путина) не уверен в собственном будущем. Все натужно пытаются расшифровать звуки, доносящиеся из-под кремлевского ковра. Но ничего не понять: то ли это любовные стоны, то ли предсмертные хрипы. С чего вдруг Владимир Владимирович окрысился на лучшего своего шута Владимира Вольфовича, чем довел несчастного до больницы? То ли шут надоел, то ли президент решил всем показать, кто в доме хозяин. А с чего вдруг Григория Явлинского до «самого» допустили? То ли просто так, то ли должность какую дать хотят? А прозвучавшее из высочайших уст предложение рубить коррупционерам руки, это шутка или демонстрация желания коренным образом поменять команду?

Дело о четырех отчисленных с факультета социологии МГУ студентках, с точки зрения радетелей и доброжелателей нынешней власти, яйца выеденного не стоит. Отчислили за неуспеваемость. Правда, Светлана Ерпылева, одна из отчисленных, сообщила в эфире «Эха Москвы», что все четыре — отличницы. Таким образом, имеем беспардонное вранье в глаза всему свету. Отличниц за неуспеваемость не отчисляют. Полагаю, что у студенток есть возможность подтвердить, что имеет место не стандартная процедура отсева двоечниц. Во всяком случае, могу доложить вам, уважаемые читатели, я позвонила Олегу Журавлеву, одному из участников OD Group, и попросила представить доказательства того, что все отчисленные вполне успевали учиться. Господин Журавлев пообещал мне в ближайшее время вывесить фотографии их зачеток на сайте OD Group.

К своему двухлетию Национальный антитеррористический комитет (НАК) серьезно подготовился: открыли сайт и объявили о введении шкалы террористической угрозы — пятиуровневой, в точности как в США и Великобритании. Впрочем, это не единственное достижение НАК за два года. С момента создания в марте 2006 года комитет успел развернуть бурную деятельность: предложил членам Российского союза промышленников и предпринимателей поучаствовать в финансировании НАК, выступил с инициативой ужесточить законодательство в интернете, при этом предложив сотрудничество патриотически настроенным хакерам, готовым рушить «Чеченпресс» и сайты НБП, отчитался о победе в войне с терроризмом и проч.

Лужков очень хотел провести в Москве Олимпиаду. Со взрослой не получилось, предложил юношескую. Юношескую не дали, так он задумал провести в Москве Олимпиаду… в Сочи. Бомба, заложенная в свое время в олимпийском законе, грозит вот-вот взорваться в столице. Что и требовалось доказать. У нас страна прецедентов, дурных заразительных примеров и коготков, которым стоит увязнуть — и птичка пропала. Когда из-за Игр-2014 и только ради них в Сочи и только там узаконили изъятие земли, не предусмотренное Земельным кодексом, умные люди говорили, что этим дело ни за что не ограничится, что «олимпийские игры» начнутся по всей стране.

Вот Путин принял Явлинского. Событие в нормальных условиях а) малозначимое; б) в любом случае публичное — это ж не встреча резидента с агентом. Госсекреты, надо надеяться, не обсуждали — а об остальном в нормальных странах рассказывают. У нас это событие тоже не из числа важнейших — но, при отсутствии всяких других, приобретает какой-то интерес. И, понятно, обе стороны молчат, как засватанные. Как же так, Григорий Алексеевич? Вы ж, так сказать, демократ, сторонник, надо надеяться, открытой политики — ну так расскажите же! «Открой свою тайну, земля!». Нет. Молчок. Единственное, что сообщил Г.А., что он поднял вопрос о Резнике. Гуманно. Правда, реакции пока что нет.

Военное ведомство проиграло российскому чиновничеству, которое желает, чтобы дети начальников и впредь постигали великую школу жизни – службу в Вооруженных силах – заочно. Два года назад Министерство обороны, которому позарез потребовались призывники, предложило кардинальную реформу системы высшего образования. Все высшие учебные заведения, где существуют военные кафедры (которые присваивали выпускникам звания лейтенантов запаса, что давало большинству освобождение от военной службы), предлагалось разделить на три категории. Первая – 35 «элитных» учебных заведений, где будут сохранены военные кафедры.