В начале 90-х, сразу после того, что многим показалось победой демократии в России, был популярен тезис о недопустимости «охоты на ведьм», о том, что нельзя, неблагородно и недостойно преследовать функционеров рухнувшего тоталитарного режима. Фраза героев Стругацких о том, что если в нашем доме запахло серой, то мы просто обязаны предположить, что где-то неподалеку объявился черт с рогами, и предпринять все необходимые меры, вплоть до производства святой воды в промышленных масштабах, не стала руководством к действию.

Результат не заставил себя ждать — черти повылезли из щелей и вновь правят бал, а мы имеем сегодня то, что имеем. Почему так получилось? В чем причины того, что не удалось создать предпосылки необратимости демократических перемен? Главных причин, на мой взгляд, было две.

Приштина в одностороннем порядке объявила о независимости. Тема иссякла? Не думаю. Только сейчас все и начинается. А "вопросы остаются открытыми и при закрытых ртах". И этих вопросов много. Российский МИД заявил, что имеет на этот случай план действий. И изменит политику в отношении Абхазии и Южной Осетии. У лидеров этих двух республик тоже есть планы. Что это за действия? Какие страны признают независимость Косова, этого Восточного Тимора в Европе, а какие нет? Что скажет Совет безопасности ООН? Как поведет себя ориентированный на Европу сербский президент? Пока на эти вопросы ответов нет.

Как мне кажется, в ходе своей пятичасовой пресс-конференции Владимир Путин все же был пару раз откровенен. Например, когда с нескрываемым раздражением говорил, что разговоры о проблемах российской демократии — не более чем оправдание того, почему Запад игнорирует законные интересы России: «Дискуссия о демократии в России. Я уже говорил – что может сказать о музыке Чайковского человек без прописки? Что прислушиваться к мнению России по Косово, если сама Россия якобы недемократическая страна?! Мы же с вами должны понимать, для чего всё это делается. Или по ПРО. Чего там слушать этих русских по ПРО, если они не вызывают доверия, потому что у них там проблемы с демократией?!»

«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем», — отметил Экклезиаст. Если бы жил он в наше время, то, посмотрев на политическую возню в России (события отыскать в происходящем при всем желании не получается), все равно не написал бы ничего другого. И что бы ни случалось ныне, все это — грабли, по которым менее терпеливый народ уже давно устал бы ходить. А мы, ничего, ходим, наступаем, набиваем шишки и снова наступаем.

Косово провозгласило независимость. Россия поучаствовала в процессе на правах зрителя: оглушительно свистела и грозила подумать о независимости Абхазии и Южной Осетии.  У нас по вопросу непризнанных республики люди делятся на патриотов и либералов. Патриоты считают, что Косово должно входить в Сербию, а вот Абхазия — совсем другое дело. Либералы считают, что Косово должно быть независимым, а вот Абхазия — совсем другое дело. То есть у наших патриотов и либералов взгляды на Косово и Абхазию удивительно совпадают. В том смысле, что они считают, что Косово это одно, а Абхазия — другое. Так вот, я считаю, что это то же самое.

Последний раз мы виделись полтора месяца назад. Он уже был очень болен. Я знал, что не надо спрашивать, и все равно спросил: «Как ты себя чувствуешь?» Борис Алексеевич покачал головой и ответил: «Сейчас уже лучше». Потом усмехнулся и добавил: «Скоро буду совсем хорошо». Увидев, как меня передернуло, Хмельницкий приобнял меня за плечи и быстро произнес: «Да, ладно, фигня все это. Пойдем лучше по рюмочке выпьем — ребята уже накрыли». Ей-Богу, я не знаю человека добрее, теплее, отзывчивее, чем Борис Алексеевич Хмельницкий.

Жизнь наша устроена так, что самые громкие события уходят с первой полосы на вторую и далее, в забвение. В тот дней, когда стало известно о смерти Бадри Патаркацишвили, произошли еще следующие события: арест и пытки студентов, подозреваемых в распространении карикатур на мэра города Королева. Глава Центризбиркома Чуров усомнился в том, что в Ингушетии более 80 тысяч человек не голосовали. Первый замглавы МВД генерал-полковник Александр Чекалин пообещал, что действия любых групп людей, которые самоорганизованно, на базе экстремизма и умысла, будут покушаться на интересы участников дорожного движения, других граждан, будут пресекаться в соответствии с законом. Умер Роман Рудаков, жертва армейской дедовщины.

Внимание! Внимание! Говори-и-и-ит и пока-а-а-азывает «Путин–ТВ»! Наши микрофоны установлены в голове второго, четвертого, шестого, восьмого, десятого и последнего Президента Российской Федерации Влади-и-и-имира Влади-и-и-имировича Пу-у-у-у-у-у-у-у-у-утина!!! Ура, товарищи!!! Эх, как часто приходится сожалеть о недостатке знаний в самых различных областях. Был бы я, к примеру, сведущ в психоанализе, сколько всего любопытного мог бы рассказать читателям «ЕЖа» о последней путинской пресс-конференции в качестве второго президента России.

Все смешалось в медвежьей берлоге: эксперимент по материализации двуглавого орла вступает в заключительную стадию. Бедная птичка топорщит крылышки, отчаянно пытается взлететь — но головы торчат в разные стороны! «Куда ж нам плыть?» Президент Медведев объясняет, что России нужны четкие законы и институты, т.е. простое выполнение законов. Похоже, что его тошнит от «национальной идеи», как и от «суверенной демократии». Любопытно, а как он относится к «национальному лидеру»?

В. Шендерович рассказывал, что как-то С. Михалков пришел в издательство «Детгиз» за гонораром в день зарплаты сотрудников. Гонорар его был таков, что, получи он его весь сразу, ни на чью зарплату в кассе не осталось бы денег. Но ни кассир, ни подошедший директор не смогли убедить Героя социалистического труда взять половину или приехать завтра. На вопрос отчаявшегося директора, почему ему нужны все деньги именно сейчас, гимнописец, неподражаемо заикаясь, объяснил: «А-а-алчность».

Конечно, непосредственно об этих двух категориях россиян — собаках и кандидатах в президенты — Ильич ничего не писал. Но именно он наиболее, на мой взгляд, хлестко сформулировал тезис о том, что, пытаясь решить частные вопросы, не решив предварительно общих, вы неизбежно будете натыкаться на эти общие вопросы буквально на каждом этапе решения частных.