Медийное сознание устроено примерно одинаково – что у противников нынешней власти, что у ее убежденных союзников. Возникает тема, мы кидаемся голодной сворой, сшибаемся лбами, искры из глаз, и – расползаемся в стороны. Кто зализывать раны, кто грызть ухваченную кость, прижимая добычу лапой и громко, жадно урча. Из-за чего сшибались, кто же вспомнит; интерес к событию погас. Потом раны заживут, выбеленные кости будут спрятаны в конуру, и мы заляжем на пороге в ожидании нового вброса. Говорят Черкесов написал… не-а, не катит. А вот Зубкова назвали Пиписькиным. Да ладно, тоже мне сюжет…

Пятнадцать лет назад мне уже довелось написать два текста, посвящённых Виктору Васильевичу Черкесову, который тогда только что был назначен начальником Управления Министерства безопасности России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Получив 9 октября 1992 года соответствующий запрос от Комитета по правам человека Верховного Совета России, ваш покорный слуга составил, во-первых, справку относительно деятельности Черкесова, который во второй половине семидесятых и в восьмидесятых годах был следователем, а затем начальником следственного отдела УКГБ по Ленинграду и области, и, во-вторых, «памятную записку». Теперь я могу предложить эти два  текста читателям «Ежедневного журнала».

Сегодня матч века. Россия – Англия. О спортивном значении этой игры говорить не стану – и без меня есть кому. О политическом тоже – слава Богу сюда политику не приплели. Это будет просто очень большой футбол. Настолько большой, что посмотреть его захотели, судя по заявкам, 750 тысяч человек. Вот об этом и хочется сказать пару слов. Когда ажиотаж таков, что даже на самый крупный стадион страны сможет попасть только один из десяти желающих, когда на одно место в ложе за 3000 евро по 70 (!) претендентов – понятно, что останутся недовольные. Но недовольство бывает разным.

За день до визита Путина в Иран «заслуживающий доверия источник в одном из российских спецведомств» сообщил «Интерфаксу», что в Тегеране на российского президента готовится покушение. Предупреждение получило статус официального: в пресс-службе Кремля агентству подтвердили, что о готовящемся покушении доложили Путину. Но президент предупреждению не внял и в Иран полетел.

На днях в Париже в выставочном зале La Maison Rouge открывается выставка «Соц-арт. Политическое искусство в России». Наш соц-арт хорошо известен на Западе еще с советских времен, такие его зачинатели, как Комар и Меламид, давно уже живут в США, где их картины пользуются успехом. Неудивительно, что парижанам захотелось поближе познакомиться с нынешними представителями этого направления, которые активно работают в Москве. К примеру, с группой «Синие носы». Но не тут-то было. Когда выставка была уже сформирована и готова отправиться по месту назначения, с гневными инвективами в ее адрес выступил министр культуры Александр Соколов.

Поверьте, я ничего не имею персонально против постоянного представителя России при ОБСЕ! Да и как я могу быть против него, если я в глаза не видел этого человека и не слышал о нем ничего дурного? Но — верите ли вы в силу «странных сближений»? Я, признаться, верю. Во-первых, Бог не фраер, а во-вторых и главных — образ вообще сильнее факта! Образ захватывает душу и поверх чьей-то персональной головы несет ее в сторону волнующих обобщений… 

По всем новостным зарубежным агентствам первой новостью из России идет сообщение «Интерфакса» о покушении, которое готовится на президента Путина во время поездки в Иран. Об этом «Интерфаксу» заявил «заслуживающий доверия источник в одном из российских спецведомств». Покушение, конечно, такое дело: тут надо знать детали. Деталей никаких нет. И это не первый случай, когда спецслужбы сообщают нам о своей героической работе, предусмотрительно умалчивая о деталях.

Наверное, мечта Василия Якеменко сбылась. Он теперь министр. Он был «идущим вместе», он был «нашим», он был кем-то еще, мне неизвестным, но я думаю, что все это время он хотел быть министром. Вообще нет никакого другого смысла становиться «нашим», «местным», «молодогвардейцем», если не хотеть стать со временем министром.
Кремлевские молодежные движения создавались как пародии на комсомол. Только в комсомоле время от времени все же встречались идейные товарищи. «Наши» — это ноль романтики и идеализма и 100% бюрократического прагматизма. Это организация не для тех, кто витает в облаках, а для тех, кто с юных лет понял, что счастье заключается в костюме, портфеле, кабинете с портретом президента и автомобиле с мигалкой. Повезет, конечно, не всем, но главные активисты не пропадут.

Произошло то, что и должно было произойти. Переговоры министров обороны и глав дипломатических ведомств России и США не принесли никакого положительного результата. В очередной раз выяснилось, что Москва и Вашингтон придерживаются прямо противоположных подходов к проблемам противоракетной обороны, которая и была главной темой переговоров. Как известно, Москва настаивает, что система глобальной ПРО, элементы которой предполагается развернуть в Польше и Чехии, предназначена для того, чтобы лишить Россию ее ядерного потенциала.

Молодые люди публично жгли книги. Это было не в фильме Михаила Ромма «Обыкновенный фашизм». Это было в Москве, в прошлый четверг на Триумфальной площади. Тридцать активистов пропутинского движения «Молодежь за Россию» жгли довольно беспомощные в литературном смысле книги Бориса Немцова «Исповедь бунтаря». Но неважно, какие книги они жгли. Они жгли книги. Как пару лет назад возглавлявшееся теперешним главным молодежным чиновником Василием Якеменко движение «Идущие вместе» публично жгло книги Владимира Сорокина, которого я на дух не переношу.