В России наступила предвыборная пора. И силовики, руководящие страной, смертельно боятся, что Путин уйдет, а не тот преемник сдаст их, просто потому, что не является их подельником. (Напомню, например, что Сергей Иванов ни разу не высказался насчет раздела ЮКОСа.) Иными словами – верхи хотят. Хотят, чтобы Путин остался. А он может остаться, только если произойдет нечто чудовищное. К примеру, крупный теракт, совершенный нацистами. Такой, который заставит Путина воскликнуть: «Я должен спасти Россию от коричневой чумы!»

 

Когда осенью 2005 года мы подготовили доклад «Система предотвращения терактов: год после Беслана», казалось, что спецслужбы пришли к какому-то внутреннему соглашению, как действовать на Северном Кавказе. Но уже спустя два года тактика как спецслужб, так и террористов сильно изменилась. Если отбросить некоторые громкие слова – о столкновении цивилизаций, угрозе исламизма и проч., — то развитие событий на Северном Кавказе все больше напоминает хронологию кризиса в Северной Ирландии в 70-е годы. Это косвенно подтвердили генералы российских спецслужб, отвечающие за Кавказ, когда в октябре 2005 года посетили Ольстер «для обмена опытом».

Военно-морские сенсации в последние дни одна за другой следовали из Севастополя. Сначала находящийся там главком Военно-морского флота адмирал Владимир Масорин сообщил, что, по его мнению, должно быть восстановлено постоянное присутствие сил флота в Средиземном море. При этом речь идет, по-видимому, о возрождении эскадры эпохи советско-американского противостояния. Масорин заявил, что эскадра будет формироваться не только за счет Черноморского флота, но также Балтийского и Северного. Адмирал предположил также, что к Черноморскому флоту на «временной основе» будет приписан единственный российский авианесущий корабль – крейсер «Адмирал Кузнецов». Мало этого, главком ВМФ сообщил, что туда же отправится и новый тяжелый авианесущий крейсер (вопрос о закладке которого, правда, пока что не решен).

На недавнем заседании Общественной палаты адвокат Юрий Костанов рассказал, что «тюремное население» в России сравнялось по численности с количеством заключенных в СССР. Просто оказалось, что новый УПК, по которому решение о заключении под стражу теперь принимают не прокуроры, как в отсталые 90-е годы, а судьи, ситуацию никак не изменил. Взаимопонимание между судьями и обвинительной системой оказалось столь тесным, что они даже чаще прокуроров отправляют людей за решетку. И Борис Кузнецов, который вдруг оказался фигурантом уголовного дела, не из пустых опасений выехал за пределы страны. Уже появилась практика, когда в тюрьму с точно такой же легкостью стали отправлять и адвокатов.

Российский МИД не мог ограничиться только высылкой дипломатов – ведь англичане, объявив четырех служащих посольства РФ персонами нон грата, заявили и об усложнении визового режима для чиновников. Поэтому к высылке четырех сотрудников британского посольства решили прибавить прекращение сотрудничества по линии борьбы с терроризмом. Очевидно, исходя из принципа наименьшего ущерба. Дело в том, что сотрудничество в этой сфере между двумя государствами давно уже ограничено политическими заявлениями и демонстративными акциями.

Чуть ли не каждую неделю поступают новости из Страсбурга, где рассматривают "чеченские" дела. 21 июня Европейский суд по правам человека вынес решение по делу Зуры Битиевой, на прошлой неделе, 5 июля, — по делу Руслана Алихаджиева. 12 июля ожидается решение по делу Магомадовых. Нет оснований сомневаться, что решение по этому делу будет отличаться от предыдущих — Российская Федерация будет признана виновной в исчезновении Аюбхана Магомадова. Число рассмотренных "чеченских" дел пошло на вторую дюжину, однако последние решения — отнюдь не рядовые и не рутинные.

Председатель Конституционного суда России Валерий Зорькин всегда производил впечатление человека незлобного и даже сострадательного. В нем не увидишь ни обидчивой агрессивности Устинова, ни каменного равнодушия Чайки, ни отрепетированной жесткости Грызлова. Тихий голос, мягкие манеры и если бы не судейская мантия – то просто чеховский интеллигент. И как это он при таких качествах оказался на одной из вершин судебной власти?

Отечественным стратегам не привыкать к команде «Кругом…арш». Последние несколько месяцев люди, ответственные за оборону России, без устали рассказывали о том, как решительно и ассиметрично Москва ответит на коварные планы развертывания третьего позиционного района американской стратегической противоракетной обороны. Тут и фантастические боеголовки, способные проходить как нож сквозь масло через любую систему ПРО, и некие ракеты, которые вновь, как в 80-е, будут нацелены на Европу.

История нового уголовного дела, возбужденного против М. Ходорковского и П. Лебедева, саботаж высокопоставленными сотрудниками Генпрокуратуры решений Басманного и Мосгорсуда - не просто частная история. Это история о крахе концепции «диктатуры закона», которая семь лет назад была провозглашена юристом Владимиром Путиным как приоритетное направление его политики. Сама по себе ситуация очень простая. Не надо быть юристом, чтобы понять суть вопроса. Под конец 2006 года по неведомым причинам, о которых можно только догадываться, Генпрокуратура РФ выделила из уголовного дела № 18/41-03, возбужденного в июне 2003 года, новое уголовное дело № 18/432766-07.

Товарищ Жарко, завербованный англичанами, рассказал следователям в газете «Известия» о злодейском плане убийства Путина. При Ельцине спецслужбы работали плохо, и масштабных терактов предотвращалось мало. При Путине они работают хорошо, и дело пошло веселей.В 2005 году предотвратили целых 150 терактов. Подводя итоги 2006 года, глава ФСБ Патрушев сообщил о том, что предотвращенных терактов было уже 300. А во время отчета перед Советом Федерации поминали уже не каких-то высокогорных моджахедов: глава ФСБ рассказал, что его ведомство предотвратило теракты на саммитах в Сочи, Самаре и Санкт-Петербурге.