Премьер Владимир Путин нарисовал Картину. Картина ушла на аукционе за 37 млн руб. (А вы говорите, кризис!) Прецеденты были. Нерон, как известно, прекрасно пел. Сталин был большим специалистом в вопросах языкознания. Саддам Хусейн писал романы, которые издавались в Ираке огромными тиражами. Туркменбаши тоже писал, но не романы, а Лучшую Книгу Всех Времен и Народов – бессмертный эпос «Рухнамэ», Сокровищницу Всех Знаний и Источник Благодати, который надо было изучать в школе и дома. Ну и потом еще был скромный художник Шикльгрубер…

В один и тот же день в двух разных странах случилось два разных летных происшествия. В Нью-Йорке пилот Чесли Салленбергер поднимал аэробус со 155 пассажирами в воздух и столкнулся со стаей гусей. Птица влетела в двигатель, тот заглох на взлете – то есть в момент самой критической для самолета нагрузки. Опытный пилот, бывший военный летчик и владелец консультационной фирмы по обеспечению безопасности полетов сориентировался мгновенно, поговорил с диспетчером и посадил А-320 в Гудзон, после чего столь же мгновенно подоспевшие спасатели эвакуировали всех пассажиров.

Уходящий 2008 год закрывает восьмилетний период президентства Владимира Путина. Один из привратников у двери — кризис, навалившийся в этом году на мир и на нас столь же неожиданно, сколь и закономерно. Его масштаб, теперь это становится очевидным, превысит масштаб кризиса 1998 года. Его ожидаемая длительность будет аномальна. Расчеты на помощь извне несостоятельны. К тому же за восемь лет второго российского президентства разрушены автономные институты адаптивности, которые могли бы смягчить удары кризиса и помочь извлечь из него пользу.

«К одному президенту пришел однажды высокопоставленный чиновник, отвечающий в его государстве за права и свободы человека. И просил этот чиновник президента, чтобы тот не подписывал закон о сокращении компетенции суда присяжных. Президент вздохнул, покачал головой и сказал своему чиновнику: «На днях ко мне пришли и предложили два варианта. Один хуже другого: или совсем отменить суд присяжных, или существенно ограничить его применение. Пришлось выбрать второй вариант». (Быль)

Было два 2008-х года. Один был похож на несколько предыдущих лет, про которые и сказать-то нечего. При обилии событий, в реальности ничего не происходило. Вот даже и президент у нас новый появился — а по сути не поменялось ничего. Граждане были всем довольны, ни на что не жаловались. Их совершенно не беспокоило то, что с каждым днем у них становилось все меньше прав, меньше свобод, меньше возможностей участвовать в жизни страны и в ее управлении.

Итоги года проще пареной репы. Яблоко кризиса упало на голову спящей и видящей имперские сны России – и от потрясения все увидели, что король голый. Пошло-пафосная ложь последних лет слеплена так халтурно, что с ней спорить и о ней вообще всерьез говорить и Снегурочка не станет. Ну слишком все очевидно с этой трубономикой, пиарполитикой и жлобской идеологией. Кто не понял – и в новогоднюю ночь не прозреет, кто понял – займется чем-то поинтереснее, чем придумывать 1215-е доказательство того, что если плыть по течению, то будешь плыть ВНИЗ. Ну да, ребята — вверх реки не текут.

Следует признать, что 2008-й стал годом триумфа путинской внешней политики. Вдохновленный тем, что цены на нефть все перли и перли вверх, национальный лидер решил проверить на практике, готовы ли западные партнеры (на путинском новоязе это ругательство) защищать ценности, которые сами они объявляли основополагающими. Выяснилось, что Путин был прав в своем глубоком презрении к коллегам. Они сделали вид, что готовы рассматривать всерьез заявления Кремля о том, что развертывание американской ПРО в Европе и расширение НАТО представляют угрозу безопасности России.

Можно сказать совершенно определенно, что 2008 год был переломным. 2007-й был годом наибольших успехов в нефтяной экономике, когда и цены были высоки и довольно стабильны, и Россия смогла этими обстоятельствами воспользоваться. В нынешнем же году экономические условия сначала были тоже очень благоприятны. Они способствовали получению желаемых правящей элитой результатов выборов, и первая половина года не предвещала особых треволнений, хотя перемены наступили. Ведь сам по себе факт смены президента, даже в условиях преемственности курса, не мог хотя бы частично не повлиять на ситуацию. Во всяком случае, раньше с решением одной и той же проблемы не нужно было обращаться одновременно и к правительству, и в Кремль.

Неделю назад премьер Путин заявил, что покупать иномарки во время кризиса «недопустимо». Тогда же первый вице-премьер Сечин сказал, что митинги автолюбителей в Приморье организованы «какими-то жуликами». На следующий день после этих заявлений в Приморье разогнали митинг против запретительных пошлин на иномарки. Разгоняли жестко – импортировали из Москвы и Дагестана ОМОН, потому что своим, приморским ментам, веры не было. Они все тоже ездят на иномарках и, стало быть, являются потенциальными бунтовщиками.

Безотказная работа судебной машины — важная составляющая механизма массовых репрессий. Но не единственная. Эрозии подвергается на только судопроизводство, но и сами уголовные законы. Неопределенность формулировок, многозначность трактовок, неясность определений — вот непременные условия для массового применения уголовных норм к невиновным людям. В советские годы это были «Контрреволюционные преступления» (ст.58 УК РСФСР), а позже «Антисоветская деятельность» (ст. 70 УК РСФСР) — для политических репрессий и «Хулиганство» — для всех остальных, когда надо было кого-то посадить, а подходящей статьи не находилось.