Медведев — человек искренний, честный, смелый. Потому что только такой человек мог сказать, что Вертикаль власти — фуфло! А он именно это и сказал. Его слова пока не оценили в полной мере, а слова эти — исторические, ценные на годы и годы вперед. Потому что Медведев признал и сказал публично то, что знают все, но никто из наивысших сановников ни разу не сказал вслух: система управления в России никуда не годится. Никуда совершенно! Она поражена заразной болезнью настолько, что недуг от пяток уже дошел до самой головы.

Все признаки грядущей оттепели налицо — Медведев очень недоволен, причем сразу многим, в государстве Российском. Недоволен коррупцией, недоволен ситуацией с кадрами для заполнения высших должностей, недоволен образованием. Обещает принять меры и навести порядок. Конечно, очень хочется пожелать ему удачи, что я и делаю, но вот как-то конкретизировать это пожелание и понять, чем ему можно предметно помочь, не могу. Ни в одном случае.

Если бы Чавеса не было, его нужно было бы выдумать. Венесуэльский лидер прибыл в Москву именно тогда, когда отечественные лидеры, заходясь от чувства собственного величия, начали едва ли не ежедневно трендеть о новой выдающейся роли России на международной арене. То, что происходило на встрече Медведева с Чавесом, предельно точно описывается цитатой из «Золотого теленка». «...К вице-королю подошел низкорослый идиот и, доверчиво обняв его за талию, сказал несколько слов на птичьем языке. -  Что? - искательно спросил перепугавшийся Берлага, - Эне, бэнэ, раба, квинтер, финтер, жаба, - явственно произнес новый знакомый."

Когда президент Венесуэлы Уго Чавес прилетит в Москву двадцать второго июля, чтобы встретиться с дуумвиратом, состоящим из премьер-министра Владимира Путина и президента Дмитрия Медведева, он будет готов к чему-то большему, нежели к обычной дипломатической беседе. Странное трио сможет устроить серьезные международные проблемы.

Союз России и Венесуэлы является отголоском советско-кубинского альянса. Он опасен для энергетической безопасности, для свободы в обеих странах и для всего западного полушария в целом.

Президент Медведев утвердил Концепцию внешней политики России. Приоритетами ее заявлены, в частности, укрепление международной безопасности и права человека. В подходе к региональным конфликтам, в том числе на пространстве СНГ, Россия исходит из того, что «современные конфликты не имеют силовых решений».

Как дошли мы до такой жизни — после всего, что было в 90-х? После сверкающего разнообразия печатной прессы, прямых эфиров на телевидении, карикатур на президента, «Кукол», журналистских расследований по делам первых лиц страны. Куда делась наша свобода? Осторожничают газеты, лавируя между читательским вниманием, строгим взором «басманных» судей и капризными требованиями спонсоров. Угасла живая жизнь на телевидении, поливающем зрителей как из ассенизаторской цистерны кривлянием «юмористов», байками про покойников, дешевой попсой и натужными сериалами.

Чудеса происходят у нас в стране, просто чудеса! Потому что я не помню случая, чтобы какие-то решения верховной власти корректировались под давлением общественности, более того, чтобы эти решения фактически отменялись. Да не просто общественности, а экологов, на которых верховной власти плевать, потому что экологи — это юродивые, которые со своими бабочками, жучками и цветочками только под ногами путаются.

Государство, чья политика заключается в перманентном вставании с колен, не должно менять стратегии и концепции. В противном случае оно дает возможность различного рода критиканам и отщепенцам сравнивать предыдущие доктринальные документы и нынешние, и выяснять таким образом как меняется политический курс. Но у Дмитрия Медведева, подозреваю, просто не было выбора. Ему надлежало пересмотреть Концепцию внешней политики, утвержденную президентом Владимиром Путиным в 2000-м. По той простой причине , что в концепции восьмилетней давности отсутствовала ключевая фраза, появившаяся в документе 2008 года: «Правительство Российской Федерации осуществляет меры по реализации внешней политики страны».

Главным событием недели, безусловно, должен был стать саммит «большой восьмерки» в Токио. Естественно, когда лидеры самых могущественных стран мира собираются в одном месте (не будем забывать, что на саммит прибыли также руководители Китая и Индии), все ждут принятия неких судьбоносных решений. И когда таковые не принимаются, возникает разочарование. Нечто подобное произошло и на сей раз. На обсуждение мировые лидеры вынесли поистине глобальные проблемы: нарастающий дефицит продовольствия и энергоносителей, изменение климата, проблемы Африки.

Дмитрий Медведев говорит, что у него другой стиль, непутинский. На свою мировую премьеру в Японию он приехал с тремя предложениями: расширить «восьмерку», заменить чем-то более действенным неработающую Энергетическую хартию и как-то объединять усилия в борьбе с мировым зерновым кризисом. Расширять «восьмерку» никто не будет, до реального движения в энергетике еще, видимо, далеко, а медведевские идеи о зерне утонут в потоке слов. Де-факто же речь идет о первых шагах к пересмотру всего путинского внешнеполитического наследства.