На старости лет Владимир Вольфович неожиданно попал под раздачу. Этот искуснейший интриган, столько лет лавировавший в мутном болоте российской политической системы, дозированно и успешно торгующий собственной могучей харизмой, вдруг оказался рядовой пешкой в чужой игре. Причем такой пешкой, от которой вовсе ничего не зависит. Впервые за всю политическую карьеру власти предержащие заявили ему прямо и открыто: «А мы пока еще не решили, понадобишься ты нам зачем-нибудь в дальнейшем — или не понадобишься. Так что сиди тихо в уголке и жди своей участи. А хочешь — ори. Нам в принципе все равно. Только помни — орущий тонет быстрее. Тем более что утопить тебя — дело двух минут. Можно вот этой бумажке дать ход, а можно вон той. А вот еще какая тут у нас замечательная пленочка завалялась…»

Как мне кажется, в ходе своей пятичасовой пресс-конференции Владимир Путин все же был пару раз откровенен. Например, когда с нескрываемым раздражением говорил, что разговоры о проблемах российской демократии — не более чем оправдание того, почему Запад игнорирует законные интересы России: «Дискуссия о демократии в России. Я уже говорил – что может сказать о музыке Чайковского человек без прописки? Что прислушиваться к мнению России по Косово, если сама Россия якобы недемократическая страна?! Мы же с вами должны понимать, для чего всё это делается. Или по ПРО. Чего там слушать этих русских по ПРО, если они не вызывают доверия, потому что у них там проблемы с демократией?!»

Внимание! Внимание! Говори-и-и-ит и пока-а-а-азывает «Путин–ТВ»! Наши микрофоны установлены в голове второго, четвертого, шестого, восьмого, десятого и последнего Президента Российской Федерации Влади-и-и-имира Влади-и-и-имировича Пу-у-у-у-у-у-у-у-у-утина!!! Ура, товарищи!!! Эх, как часто приходится сожалеть о недостатке знаний в самых различных областях. Был бы я, к примеру, сведущ в психоанализе, сколько всего любопытного мог бы рассказать читателям «ЕЖа» о последней путинской пресс-конференции в качестве второго президента России.

Все смешалось в медвежьей берлоге: эксперимент по материализации двуглавого орла вступает в заключительную стадию. Бедная птичка топорщит крылышки, отчаянно пытается взлететь — но головы торчат в разные стороны! «Куда ж нам плыть?» Президент Медведев объясняет, что России нужны четкие законы и институты, т.е. простое выполнение законов. Похоже, что его тошнит от «национальной идеи», как и от «суверенной демократии». Любопытно, а как он относится к «национальному лидеру»?

В. Шендерович рассказывал, что как-то С. Михалков пришел в издательство «Детгиз» за гонораром в день зарплаты сотрудников. Гонорар его был таков, что, получи он его весь сразу, ни на чью зарплату в кассе не осталось бы денег. Но ни кассир, ни подошедший директор не смогли убедить Героя социалистического труда взять половину или приехать завтра. На вопрос отчаявшегося директора, почему ему нужны все деньги именно сейчас, гимнописец, неподражаемо заикаясь, объяснил: «А-а-алчность».

Конечно, непосредственно об этих двух категориях россиян — собаках и кандидатах в президенты — Ильич ничего не писал. Но именно он наиболее, на мой взгляд, хлестко сформулировал тезис о том, что, пытаясь решить частные вопросы, не решив предварительно общих, вы неизбежно будете натыкаться на эти общие вопросы буквально на каждом этапе решения частных.

Российский президент, подобно принцу датскому, пытается убедить окружающий мир в собственной, мягко говоря, неадекватности. Только, в отличие от Гамлета, Владимир Владимирович не стремится усыпить врагов. Он их пытается испугать. После завершения вроде бы вполне успешных для Москвы переговоров с украинским президентом глава великой державы сообщил, что в случае, если Украина вступит в Североатлантический альянс и на ее территории появятся «базы НАТО», «Россия в ответ на подобное размещение таких позиционных районов, а теоретически нельзя исключить этого, нацелит на Украину свои ракетные системы».

Несколько месяцев назад я выступила в необычном для себя амплуа — написала в «Новой газете» статью о страданиях Марианны Савельевой, супруги владельца компании «Стилтэкс» Владимира Савельева. Привлекла меня в этой истории не столько наивность самой Марианны, совершенно домашней, помешанной на детях женщине, не похожей на стандартную жену крутого бизнесмена — сколько психологический портрет  Савельева. Дело в том, что я всегда держалась убеждения, что олигарх — это тот человек, который от денег стал умнее. И который умеет находить компромиссы. А тот человек, который от денег глупеет, называется «новым русским» и в конце концов все теряет.

...Когда я вернулся из ванной, Чуров уже завершал. Поздравляю вас, сказал он, с новым национальным лидером и президентом. Президента он назвал Владимиром Владимировичем — но без фамилии и как-то шепеляво. Владимир Владимирович? Это был, конечно, сюрприз. Но не шок. Как говорится, да, ой! Но все же — не ой-ёй-ёй. Хотя за последние месяцы я успел прильнуть душою к Дмитрию Анатольевичу Медведеву как к своему человеку в Кремле и даже начал поругивать его за отдельные недостатки, все же В.В. Путина я никогда не сбрасывал со счетов, по-прежнему уважая его как мастера несравненных политических наперстков.  

Владимир Путин выступил на спешно собранном расширенном заседании Госсовета с речью, которую пристало бы произнести Дмитрию Медведеву. В самом деле, в то время, когда в стране якобы вовсю идет предвыборная кампания, с программной речью, рисующей перспективы развития страны аж до 2020 года, выступает не назначенный преемник, который упорно молчит о своей программе, а вроде бы уходящий президент. Очевидно, было решено, что кандидат в президенты еще не дозрел до понимания стратегических задач.

Если говорить об общем сдвиге политического режима в сторону «Охранной диктатуры», то тут интересно вот что: различие между риторикой и образом преемника, с одной стороны, и практикой режима — с другой. Все умилительно превозносят демолиберализм Медведева, он сам произносит множества правильных, успокоительных сентенций, а все идет, как и шло — от пыток Алексаняна до избиений правозащитников в Ингушетии. Ничего не только не меняется, но, напротив, усугубляется.