Вызывает отвращение, что и власть, и лондонская оппозиция на равных держат нас за идиотов. И с той, и с другой стороны мне вдувают в уши бог знает что. Через меня пытаются бог знает что вдуть в уши другим. В такой ситуации единственная здравая реакция – сопротивляться. И тем, и этим. Мне хочется верить, что моя страна и я чуть-чуть умнее, чем мы выглядим со стороны. Возможно, это фатальное заблуждение. Но иначе и жить не хочется.

Чего-то я запутался. Как только эта генпрокуратурская тетенька, полковник Гриднева, раскрыла перед телекамерами свой коралловый ротик и рассказала всему прогрессивному человечеству, что на самом деле Литвиненко отравил Невзлин, я сразу подумал о Гайдаре. Его-то тогда кто, получается, отравил?

Политический проект под названием «Владимир Владимирович Путин» постепенно приближается к своему завершению. Причем, в независимости от того, останется ли сам фигурант у штурвала или уступит его кому-нибудь из команды. Судя по всему, закроется проект еще тяжелее, чем открывался. А открывался он, как мы помним, со взрывов жилых домов и со второй Чеченской войны.

На этой неделе свой шанс ответить на этот по-прежнему животрепещущий вопрос получили депутаты Государственной думы. Кто мы — европейская страна или нет? Думцы предпочли ответить "нет". 20 декабря, Госдума отказалась ратифицировать протокол № 14 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, сорвав тем самым реформу Евросуда. Реформа эта как раз была направлена на ускорение судебных разбирательств в Страсбурге.

«Ежедневный журнал» попросил высказаться — что будет в следующем году в России. И в ее ближайшем будущем. Ответ на поверхности – кирдык. Под этим определением я подразумеваю другое, которое вы хорошо знаете. Почему будет кирдык? Для того чтобы это понять, не нужно обладать чутьем Латыниной, любовью к эманационным процессам Проханова или политутонченной аналитикой Радзиховского. То, что будет кирдык, нам своей скоропостижной кончиной показал Туркменбаши. Итак, он умирает и страной должен начать руководить глава парламента. Это по Конституции.

Марина Литвинович, журналист, главный редактор сайта «Правда Беслана», об итоговом докладе парламентской комиссии по расследованию теракта в Беслане Для начала важно уточнить, что никакого доклада не опубликовано, хотя комиссия обещала это сделать. Просто сегодня на утреннем заседании Совета Федерации глава комиссии Александр Торшин зачитал этот доклад – напечатанного текста до сих пор нигде нет. На представление доклада не позвали ни журналистов, ни потерпевших, ни заложников, ни родственников – никого. Все делается в спешке и тайне. Накануне праздников, в пятницу, чтобы никто даже и не заметил происходящего. Более того, после доклада Совет Федераций уже проголосовал за закрытие деятельности комиссии по расследованию теракта в Беслане. То есть со стороны Совета Федерации вопрос закрыт.

Политическая жизнь в этом году окончательно оказалась вынесена в виртуальное пространство интернета, и если бы не «Другая Россия», ставшая главным врагом и для Кремля, и для функционеров демократического партийного лагеря, то этой жизни и вовсе не было бы видно. Ау, где Никита Белых? О том, что в Перми ведомая им партия собрала немыслимые в последние годы для демократов 16 процентов – о том мимоходом сказали, если вообще сказали, и уж точно не сделали первой новостью в главной политической программе страны «Вести недели на РТР». Зато после «Марша несогласных», когда в аптеках, близких к московской мэрии, памперсов не осталось, он – тут как тут, клянется и божится на телеэкране, что он с этими, нечистыми, которых по ментовкам колбасят и против которых солдат с собаками выводят, ни-ни, рядом не сядет, на конференцию и на площадь не выйдет, и вот она справочка: когда «шел «Марш несогласных», я съезд СПС проводил». Алиби? Алиби.

Спасительный флер скептизима всегда приходит на помощь искусному, но не слишком трудолюбивому наблюдателю. Однако все-таки для того, чтобы иметь основания называть статью «По ту сторону баррикады», надо хотя бы за нее зайти. Необязательно даже лезть наверх – таких подвигов никто не требует, но попробовать понять, из чего она, эта самая баррикада, сложена и что происходит с другой стороны, по-моему, — прямая профессиональная задача журналиста. Разумеется, если мы подразумеваем беспристрастный и компетентный анализ.

Продолжают подводиться итоги марша, а точнее — митинга 16 декабря. Подводиться они продолжают теми немногими, кто в нем участвовал (кроме Л. Радзиховского), поскольку остальные граждане в редкие минуты отдыха от новогодних приготовлений старательно отмечают столетие со дня рождения Л. И. Брежнева. Так вот. Те, кто подводит итоги, по-моему, совершенно счастливы. Состоялось! Свершилось, произошло, мы сделали это! Йес! Т.е. наблюдается то самое чувство глубокого удовлетворения, которое ранее, правда, в более массовом масштабе было официально зафиксировано как социальное явление как раз в эпоху золотого века Л. И. Брежнева.

Во вторник ливийский суд приговорил к смерти пятерых болгарских медсестер и медика-палестинца, работавших в Бенгази в госпитале, где сотни детей были заражены ВИЧ-инфекцией. Как установил и записал в приговоре ливийский суд, медсестры заразили детей по приказанию США и Израиля. Несчастные родственники умерших детей встретили приговор аплодисментами, а европейское сообщество – возмущенными возражениями о том, что, согласно данным независимого медицинского расследования, эпидемия ВИЧ началась в Бенгази еще до появления там иностранных специалистов и была вызвана жуткими антисанитарными условиями.