Нынешняя власть на пороге больших потрясений. Об этом сегодня кто только не говорит. Далеко ходить не надо – сам президент Путин и говорит, например, в последнем послании Федеральному собранию. Дело в том, что с модернизацией страны как-то не заладилось: затеяли административную реформу – количество чиновников увеличилось, а ведомства не могут определить, кто кому подчиняется; решили монетизировать льготы – неправильно подсчитали льготников, оттого деньги на компенсации быстро кончились; попытались обуздать инфляцию, а она растет; закончили (как нам поведал министр обороны) реформу армии, а солдаты все бегут и бегут целыми подразделениями. А впереди еще реформирование ЖКХ, образования, банковской системы.

Вообще эта тема – а давайте кого-нибудь посадим – становится доминирующей в кремлевском хоре. Ну, про Ходорковского и речи нет – его решили сажать долго, со вкусом, смакуя детали и подробности. C ним-то как раз все понятно. А бывшего главного атомщика Адамова за что? Просто потому, что он в неправильное время оказался в неправильном месте? Не будем же мы всерьез рассматривать версию, что его собираются привлечь за какие-то там хозяйственные нарушения в период честного служения родине на высоком посту. Если бы у нас за это сажали…

Теплым субботним вечером 21 мая на НТВ состоялась престранная премьера. Называлась передача незамысловато, «Юбилей», и посвящена она была пятидесятилетию одного из министров. Министру по делам ГО и ЧС Сергею Шойгу исполнилось 50 лет. Почти полтора часа не самая последняя ведущая Фекла Толстая искательно заглядывала в глаза юбиляру, искренне радуясь каждому как бы неожиданному приходу в студию очередного друга новорожденного.

При всем обилии событий нынешней недели главное все-таки — победа футбольного клуба ЦСКА в Кубке УЕФА. Собственно говоря, дело даже не в самой, безусловно, выдающейся спортивной победе, а в реакции на нее. Бурная радость тысяч болельщиков, которые от избытка чувств перекрыли Тверскую, доброжелательные представители правоохранительных органов, с пониманием относившиеся к мелким нарушением, которые позволяла себе ликующая толпа, большие начальники, спешившие разделить с подведомственным народом его, народа, искреннюю радость. Никакое событие последнего времени, включая и приватизированный Кремлем праздник Победы, не вызвало столь бурной и, главное, искренней радости.

При всем обилии событий нынешней недели главное все-таки — победа футбольного клуба ЦСКА в Кубке УЕФА. Собственно говоря, дело даже не в самой, безусловно, выдающейся спортивной победе, а в реакции на нее. Бурная радость тысяч болельщиков, которые от избытка чувств перекрыли Тверскую, доброжелательные представители правоохранительных органов, с пониманием относившиеся к мелким нарушением, которые позволяла себе ликующая толпа, большие начальники, спешившие разделить с подведомственным народом его, народа, искреннюю радость. Никакое событие последнего времени, включая и приватизированный Кремлем праздник Победы, не вызвало столь бурной и, главное, искренней радости.

Дело Ходорковского – конечно же не чисто политическое. Оно затрагивает многие глубокие, «архетипические» черты нашего общественного сознания и подсознания. Не знаю опросов, но думаю, что, как и бывало в аналогичных по значению делах (скажем, дело Дрейфуса), страна расколота примерно пополам. Понятно, что аргументы сторон чисто эмоциональные. «Вор должен сидеть в тюрьме». Именно этот, единственный из всех? Да, лучше так, чем никак. Ходорковский – олигарх, то есть вор, и еврей, то есть тоже… ну, вор не вор, но… «Будет сидеть, я сказал!»

Лет десять тому назад общество интересовалось, беден ли Ельцин. Я полагал, что нет. Сам Ельцин утверждал, что живет на одну зарплату плюс гонорары за сочинения. Зарплата была скромной, писательский талант – еще скромнее. Получалось, денег в обрез. Даже если бы западные издатели сплошь посходили с ума от щедрости, всех ельцинских гонораров недостало бы и на одно лондонское поместье.

Вот уже и приговор Ходорковскому зачитывают - а все сложно понять, почему его судят. Потому что формулировки причин выдвигают совершенно разные.

За Евгением Адамовым выстраивается очередь. Сначала дочь бывшего министра атомной энергетики России попросила его приехать в Швейцарию, чтобы разобраться с некоторыми недоразумениями в ее, дочери, бизнесе. Как только Адамов появился в Швейцарии, за ним пришли полицейские, которым он оказался нужен еще больше, чем дочери. Российский МИД немедленно заявил, что и ему нужен бывший министр, и он, МИД, сделает все возможное, чтобы бывшего министра заполучить.

Казалось бы, какая разница: получит ли Ходорковский условный срок (с зачетом тех лет, что уже отсидел, ожидая приговора) или будет приговорен к длительному заключению в лагерях? Что (я вывожу за скобки судьбу самого Михаила Ходорковского) это меняет, после того как ЮКОСу было уже предъявлено налоговых претензий больше, чем вся совокупная прибыль компании? Понятно, что нормальное налоговое администрирование этим делом полностью разрушено, налоговое законодательство – сведено на нет. Чего еще ждать, после того как арбитражный и прочие иные суды продемонстрировали ну абсолютную независимость, раз за разом на протяжении двух лет отказывая в исках ЮКОСу и раз за разом – как и на прошлой неделе - удовлетворяя претензии "Юганскнефтегаза", ровно с того момента, как он оказался в руках кремлевских фаворитов?