Егор Гайдар, директор Института экономики переходного периода, об актуальной финансовой политике России: Состояние российского бюджета позволяет утверждать, что в ближайшие несколько лет страна будет успешно контролировать экономическую ситуацию и сможет избежать серьезных кризисов. Об этом свидетельствует и достаточно ответственная и консервативная финансовая политика предшествующих лет. В пользу этого тезиса говорит и то, что последний период высоких цен на нефть мы прошли без бурной экспансии бюджетных обязательств. Это и накопленные резервы, которые многократно превышают резервы, которыми когда-либо располагал Советский Союз. Все это создает задел прочности на ближайшие два-три года.

Есть характерный признак шизофрении - чрезмерная широта определений. Например, если спросить шизофреника, что такое карандаш, он ответит, что это масса, тяготеющая к центру земли. Карандаш, точно, к центру земли тяготеет. Но это не является его отличительной особенностью. Вчера министр обороны Сергей Иванов на парламентском часе произнес речь, которая должна представлять несомненный интерес для политических психиатров. В речи г-на Иванова помимо частного заявления о том, что никто рядового Сычева не бил и не насиловал, а просто он как-то там «принудительно сидел», присутствовало два общих тезиса. Тезис первый: российская армия находится в нормальном состоянии. Тезис второй: в плачевном состоянии российской армии виновато российское общество. «Дедовщина начинается с детского сада», – громко сказал министр обороны. Воля ваша. Я в детский сад ходила, и никакой дедовщины там не видела.

С самого начала "второй чеченской войны" правозащитники привлекали внимание властей и общественности к "исчезновениям" людей и внесудебным казням. В самом деле, если власти утверждают, что такой-то — террорист, так ведите следствие, судите его, сажайте в тюрьму, но по закону! Речь ведь не только о правах этого самого человека, не только о том, что деятельность "эскадронов смерти" есть военное преступление и преступление против человечности. Здесь важны и другие доводы.

Все недели, пока длилась история с рядовым Сычевым, покалеченным сослуживцами, у некоторой части общества теплилась надежда, что этот дикий случай разбудит совесть руководителей военного ведомства, заставит их признать, что армия разлагается, что необходимы кардинальные перемены. Вчерашнее выступление министра обороны Сергея Иванова в Думе показало, что этой надежде сбыться не суждено. Российские милитаристы – люди непробиваемые.

Кирилл Кабанов, Председатель Национального антикоррупционного комитета Георгий Сатаров, Сопредседатель Всероссийского Гражданского Конгресса В 2003 г. нами был опубликован аналитический доклад «Спецоперация «Россия». В нем говорилось, в частности, что в начале президентства В. Путина была сделана ставка на бюрократическую модернизацию. Следствием такого решения стала политика подавления любых автономных центров влияния, наличие которых — необходимый признак современного эффективного общества. В итоге были оттеснены региональные элиты, ликвидировано разделение властей, ограничена свобода слова, принижено свободное предпринимательство.

Делегация ХАМАС посетит Москву до конца февраля по приглашению президента России Владимира Путина.Как сказал президент, сжигать мосты – самое простое, но неэффективное дело, «поэтому мы не спешим признавать какие-либо организации террористическими и пытаемся работать со всеми в этом очень взрывоопасном регионе мира». Нет-нет, я вовсе не о том, что Россия не может вести переговоры с ХАМАС. Любая страна может вести переговоры с кем угодно, если это ей выгодно. Как заметил еще Жозеф де Местр, те самые качества, которые характеризуют препоганого человека, характеризуют великую державу.

Много раз уже говорено: ужесточение политического режима в России обусловлено одним единственным обстоятельством: вопрос сохранения власти для нынешнего Кремля — это не вопрос личных или групповых амбиций, это для многих сегодняшних обитателей высоких кабинетов – единственный способ сохранить… даже не мгноготрудно нажитое (украденное) добро или контроль над финансовыми потоками…а ни много ни мало — свободу. Ровно этим объясняется неустанная и планомерная работа по зачистке политического поля от разного рода сорняков. Но одни из них, вроде Касьянова, просто срубаются под корень, а другие, вроде Рогозина, подвергаются профилактическому обрезанию. Немедленного вмешательства требует все, что имеет оранжевый оттенок. Ясно, почему кремлевцы так боятся именно «оранжевых сюжетов»: в рамках той политической системы, которую с таким воодушевлением выстраивали прикормленные политтехнологи под руководством спецслужб, смена власти в России вряд ли может быть осуществлена по другому сценарию. По крайней мере – в ближайшей перспективе.

Время от времени люди публичные произносят – когда в сердцах, а когда и с холодным расчетом – фразы, которые приклеиваются к ним надолго. Вот свежий пример подобного рода афоризмов: «Вместо того чтобы находиться в местах не столь отдаленных, они у нас находятся на высших местах в рейтинге журнала «Форбс»». Сказал это не какой-нибудь пассионарий-олигархоненавистник вроде Дмитрия Рогозина, а либеральный светоч Герман Греф. Праведный гнев министра экономического развития вызвали люди, сколотившие состояния на корпоративных захватах. В «недружественных поглощениях» (так их называют на Западе), или в рейдерстве (еще одно красивое наименование для не совсем добровольного перевода собственности из рук в руки), можно обвинить практически любого фигуранта списка уважаемого журнала, а не только тех, кто занимает в нем почетные места на вершине.

По результатам января инфляция в России составила 2,4%. Картина очень похожа на ту, что мы наблюдали в прошлом году. Тогда инфляция за первый месяц составила 2,6%, а еще годом ранее – 1,8%. В январе всегда инфляционный пик. Это сезонное явление, поскольку декабрь – месяц больших денежных выдач и большая часть этих денег расходуется именно в январе. Раньше это в значительной степени было связано с тем, что Минфин выдавал деньги бюджетополучателям под самый конец года – выгадывал и высчитывал, хватит ли. Потом эти времена прошли, финансирование стало более равномерным, но сами получатели откладывают использование денег на конец года – такая своего рода «штурмовщина».

Слухи об отставке Михаила Фрадкова возникают раз в полгода, но пока премьер-министр остается в своем кресле. Несмотря на то, что отношения между ним и Алексеем Кудриным уже достигли точки кипения. В России, впрочем, подобные вопросы решаются исходя из политической, а не экономической целесообразности (последняя подразумевает необходимость слаженной работы правительства). Действительно, министр хочет в Давос, дабы встретиться там с коллегами по «восьмерке», – премьер его не пускает. Премьер планирует снижение НДС с 18 до 13% – министр сколачивает коалицию с Грефом против этого проекта. Министр вопиет о возможности роста инфляции и даже выхода ее из-под контроля – премьер демонстрирует олимпийское спокойствие по этому вопросу. О нормальной работе кабинета министров в этой ситуации говорить просто невозможно. Понятно, что каждый апеллирует к президентскому арбитражу, но и с этим не все просто.