Главная интрига московских выборов 4 декабря, чего бы мы там себе не думали, как и положено в авторитарном государстве, развивается внутри властной вертикали. И суть ее в том, удастся ли корпорации под названием «Кремль» окончательно подмять под себя корпорацию, еще недавно не менее значимую и способную, хотя бы теоретически, составить конкуренцию чекистам и их сателлитам в Кремле – корпорацию, именуемую «Мэр Лужков и его семья». Или же эта схватка растянется на послевыборный период?

На прошлой неделе официальное телевидение нашло себе нового национального героя. После браконьера капитана Яранцева, угнав-шего судно из норвежских вод, им стал осетин Виталий Калоев, зарезавший диспетчера швейцарской компании Skyguide, виновного, как он считал, в гибели его семьи.

В минувшее воскресенье, в день памяти политзаключенных, произошло знаменатель-ное событие – впервые на совместный митинг вышли… (Я уж было совсем собрался написать «правые и левые», но в последний момент осекся.) Для начала скажем вот что: акция была организована Объединенным граждан-ским фронтом, во главе которого стоит Гарри Каспаров. В ней наряду с некоторыми другими общественными организациями (например, «Нашим выбором» Ирины Хакамады) приняли участие активисты Национал-большевистской партии, лидером которой является Эдуард Лимонов.

Российский президент на встрече с правительством поручил министрам экономического блока разработать комплекс мер, для того чтобы удержать в следующем году инфляцию в запланированных рамках и добиться в последующие годы ее постепенного снижения до 3-5%.

О чем должно сегодня болеть сердце у настоящего патриота-державника? Если вы думаете, что об упроченье высоких мировых цен на нефть, стабилизации в Чечне, укреплении властной вертикали или, на худой конец, об удвоении ВВП, вы никакой и не патриот вовсе, а так — мелочный и меркантильный патриотишка, не видящий дальше собственого (вполне возможно, длинного и крючковатого) носа.

Обычное теперь дело – священник шёл в лагерь, чтобы встретиться с заключёнными. Или, как привыкло говорить лагерное начальство, с «осУжденными». В этой колонии, на общем режиме, люди сидели разные. Всё больше местные – вообще-то зеков принято отправлять «для отбытия меры наказания» не слишком далеко от дома. И дела у них тоже были разные.

Грустная история Виталия Калоева – очередная проверка на то, способны ли мы адекватно оценивать себя, свои поступки, свои взаимоотношения с окружающим миром. При всем несходстве недавние происшествия с летчиком Трояновым и моряками «Электрона» говорят только о том, что если на Западе «торжествует политика двойного стандарта», то у нас стандарт вообще одинарный. Что бы мы ни сделали, какое преступление или какую глупость, – мы всегда правы. Троянов – герой. Яранцев – Бэтмен. Бойко – Джеймс Бонд. Кем будет Калоев?

Высказывать свои мысли о том, как изменятся цены, что будет с курсами валют и во что вкладывать свои сбережения, – дело неблагодарное. В ответ на просьбы знакомых посоветовать, как распорядиться той или иной суммой лежащих без дела денег, приходится долго перечислять имеющиеся финансовые инструменты со всеми их рисками и возможностями.

Похоже, мы окончательно вернулись в ту эпоху, когда любая, даже самая справедливая претензия к нашей стране рассматривалась как происки «мировой закулисы», как согласованная и заранее подготовленная кампания против нашей прекрасной родины и ее законопослушных граждан.

Что делать потомственному диктатору, которого специальная комиссия ООН практически прямо обвинила в подготовке убийства видного политика в сопредельном государстве? Готовиться к экономическим санкциям и глухой международной изоляции? Ничуть не бывало. Ему следует срочно звонить президенту России Владимиру Путину и просить защиты. Именно так и поступил сирийский президент Башар Ассад.