От революций уже деться некуда. Путин даже начал коллекционировать свергнутых глав соседних государств. Наверное, он их селит по соседству друг с другом и водит туда на экскурсии западных лидеров: дескать, здесь у меня Акаев с семьей живет. Принесся бедный киргизский президент прямо в чем его революция застала, ничего не успел вывезти.

Есть у необъявленной войны властей с культурными институциями, ставшими на путь современного искусства, еще одно объяснение. Это — архаическая косность и вера в сакральность музейных или театральных стен. И те, кто допустил хор вокзальных девок на сцену ГАБТа или разрешил соорудить инсталляцию в виде храма из водочных бутылок в зале на Садовом кольце, в глазах чиновных ортодоксов провинились куда больше, чем одиозные писатель или художник. Ведь директор театра или музея — лицо, облеченное большими полномочиями, — должен быть одной крови с депутатом, министром или прокурором. А он вдруг предал единомышленников, стал подлинным ересиархом и покинул лоно своей гражданской церкви!

На широко и густо анонсируемую программу «Воскресенье с Владимиром Соловьевым» на НТВ мы с друзьями собирались как на футбол. Хотелось болеть, обсуждать происходящее тут же, не сходя с места и не по телефону, а размахивая друг перед другом руками, радоваться и материться, сопровождая слова правильными жестами.

Политики и политически озабоченные граждане всегда и везде – более или менее мертвые души. Но у нас они что-то стали уж слишком мертвыми — запашок идет прямо с экранов и из Интернета — и шумными.

Не успел забыться скандал с обращением в Генеральную прокуратуру девятнадцати депутатов, потребовавших закрыть все еврейские организации, как последовало продолжение. Новое обращение по тому же адресу, о котором стало известно 21 марта, депутаты не подписывали, зато его подписало более пяти тысяч недепутатов. Собственно говоря, сам процесс извечной борьбы национал-патриотической общественности с "еврейским экстремизмом" и не прекращался, просто он на время выпал из фокуса общественного внимания.

Политики, когда опускаются до разговора с правозащитниками, обычно сетуют: "Вот вы-де говорите о том, как не надо делать, а нам нужно знать, как надо" - и этим показывают полное непонимание. Ведь между "не надо" и "нельзя ни при каких обстоятельствах" есть некоторая разница. Одни ищут пути, другие ограничивают область поиска, дабы не началась дорога, вымощенная благими намерениями...

12 августа 2000 года. В 11.30 старлей Лавринюк, командир гидроакустической группы ракетного крейсера «Петр Великий», увидел на экране радара большое светлое пятно, а спустя мгновение в динамиках раздался хлопок. Одновременно вздрогнул и сам «Петр Великий».

АНТОН ОРЕХЪ: Это может произойти со дня на день, это может произойти сегодня, даже в эту минуту, в любой момент. Мы не знаем. Но мы знаем точно, что это произойдет.

Нет сомнений, что главным событием прошедшей недели должно было стать пятилетие пребывания Владимира Владимировича Путина на капитанском мостике российского государства. Расписание президентской недели было составлено так, чтобы ярче высветить роль главы государства.