КОММЕНТАРИИ
В Кремле

В КремлеПутин как загогулина

8 ФЕВРАЛЯ 2011 г. ДМИТРИЙ ОРЕШКИН

РИА НовостиЛиберальная общественность считает главной ошибкой Ельцина выбор преемника. Сам Ельцин считал своей главной ошибкой войну в Чечне.  Возможно потому, что умер до того, как преемник развернулся во всю ширь.  Мне кажется, эти две ошибки сходятся к общему корню. Попытаюсь его извлечь. 

Откуда он взялся

Люди мерят других по себе. Люмпен-интеллигенты объясняют  появление Путина желанием Ельцина защитить себя и украденные у народа  миллиарды. Этой жизнеутверждающей версии противоречат два  соображения.

Первое, доступное пониманию люмпен-интеллигенции. Безопасность и миллиарды (каковых пока не обнаружено) с радостью гарантировали бы и Степашин, и Лужков с Примаковым, и Черномырдин, и Кириенко. Любой.  Но он их не выбрал. Искал кого-то другого.

Второе, люмпен-интеллигенции едва ли доступное: Ельцин был человек другого масштаба. Деньги и безопасность тревожили его значительно меньше, чем власть и место в истории. Ему хотелось видеть себя человеком, вытащившим Россию из коммунистического тупика. Он искал преемника, способного ее удержать и вести дальше. Решительного,  способного рулить силовиками. Ибо силовики — уж Ельцин знал это лучше кого-либо — были ключевым сословием, способным в кризисной ситуации подтолкнуть страну туда или сюда.

Так исстари была устроена военизированная в своей основе Россия-матушка. А взращенный Сталиным СССР,  целиком свихнувшийся на атомных зарядах, танках и спецслужбах — тем паче.

Короче, Ельцин искал человека, адекватного обширной российской государственности и ее славным традициям. Отсюда и первая чеченская — когда он войной попытался лечить политическое пространство, задолго до него стянутое в узел, полный воспаленного насилия. Позже понял — и мы вместе с ним (хотя далеко не все!), — что это была ошибка. За которую неимоверно дорого заплачено. Надо отдать ему должное — он это публично признал.

Но проблема государственной цельности оставалась. И, по мере выхода из экономической ямы с прямой угрозой голода, становилась приоритетной.  Точнее, сверхценной — после крушения СССР.  Не только для Ельцина, но и для большинства соотечественников. Почему Путина с таким восторгом и приняли. Россия — это святое. Не отдадим ни пяди! 

Мало кто задумывался, что потом государство будет делать с побежденными и униженными чеченцами, населяющими эту самую пядь.  Они-то, в простоте, считали эту пядь своей…

Ничего, потом разберемся! Сейчас главное показать, кто в доме хозяин.

Вот через 10 лет и разбираемся. То в «Невском экспрессе», то в метро, то в Домодедово. Мало кто был тогда готов понять, что глубинное  противоречие между смыслом государственной машины и  смыслом   человеческой жизни оставалось не разрешенным. 

Смысл машины исстари заключался в том, чтобы выдавить из земель и населения побольше ресурсов, создать побольше танков и таким образом взять под контроль еще больше земель и населения. Принести счастье трудовым народам. Освободить их от буржуазных угнетателей и поставить наших, несущих с собой справедливость и продовольственные талоны. 

Но смысл человеческой жизни, как теперь выясняется, совершенно в другом. Во всяком случае, в XXI веке. Сохранить семью, воспитать детей, получить образование, найти хорошую работу… Не дать государственной машине выдавить из тебя все до капельки и потом сжечь сухую шкурку в   революционной топке.

Что русским, что чеченцам, что венграм, что полякам такая машина не нужна.

Ельцину же мерещилось, что можно приспособить это тотальное  супергосударство к решению человеческих проблем. А для этого нужен некто, способный обеспечить его, государства, цельность. Россия ведь!! Вот он и нашел: молодой, четкий, умный. С опытом жизни за рубежом,  заведомый антикоммунист. Государственник, патриот, петербуржец из команды Собчака…

Что он получил на старте

Все дерьмо, десятилетиями копившееся в авгиевых конюшнях совка,  Ельцин для преемника вычистил, спалив на этом свой заоблачный  политический рейтинг и уйдя оболганным. У Путина, в отличие от Ельцина в начале пути, уже есть нормальный конвертируемый рубль, который имеет  смысл зарабатывать и копить, ибо на него можно купить все что угодно. Не то, что советская пустышка, раздутая в пузырь «безнала». Есть рыночная экономика, ориентированная на платежеспособный спрос — то есть работающая на массового потребителя, а не на силовиков, щедро тративших   казенные деньги на укрепление своего статуса при гонке вооружений. Есть практически бездефицитный бюджет. Есть нормальные политические партии и политическая конкуренция. Есть выборы с острой борьбой и непредсказуемыми, часто болезненными для власти итогами. Есть двухпалатный парламент, довольно адекватно представляющий интересы  российских земель и российского населения. Есть независимые от власти  зубастые СМИ. И даже почти независимый суд, медленно, но верно набирающий престиж в глазах граждан. Есть, наконец, очевидная тенденция к экономическому росту и ощущение раскрывающихся возможностей впереди… 

Ничего сверхъестественного не требуется — за исключением  укрепления державных начал. Только не делать глупостей — и страна пойдет! Путин — джентльмен грамотный и жесткий. Глупостей делать не будет, державные начала укрепит. Ну и слава богу. Можно уходить. Сортир расчищен, пусть мочит в нем врагов Отечества.

Та же ошибка, что в 1994 году с Чечней. Тогда он поверил Грачеву, что двумя десантными батальонами можно навести порядок и укрепить те самые «державные начала». В 1999 г. ошибка перенесена на другой уровень. Но  корень и вправду один. Ельцин опять выступает как носитель ущемленного державного инстинкта. «Русский, слишком русский» — справедливо сказал про него Солженицын. И не зря народное большинство его выбор   изначально поддержало. Я, во всяком случае, поддержал. Мне казалось, это правильно.

Разве Зюганов или Лужков-Примаков смотрелись лучше?

 Поначалу Путин говорил верные слова — возьмите первое обращение к Федеральному собранию 2000 г.: «Основными препятствиями экономического роста являются высокие налоги, произвол чиновников, разгул криминала. Решение этих проблем зависит от государства».

Это же так понятно — укрепить державу, чтобы она обеспечила законность, гарантировала честную конкуренцию и защитила  бизнес. А начать надо с  наведения конституционного порядка. Вот-вот, примерно так мы, сильно умные, тогда и думали.

Что он сделал

Прошло 10 лет. Налоги выросли. И обязательные пенсионные отчисления тоже. При этом, несмотря на благоприятную конъюнктуру, бюджет опять с дефицитом; чиновный корпус увеличился вдвое —  параллельно с давлением на бизнес и числом поборов; криминал сросся с коррумпированной властью и правоохранительными органами, гуляет по буфету, как никогда прежде. Уже с мигалкой. В Чечне туристический кластер,  прямо как в Сицилии 60-х. Без покровительства крестного отца отдых для русского человека грозит там сильно затянуться. 

А главное, возродилась милитаристская душа государства с привычной брехней про внешние угрозы, конспирологическими разводками про необходимость мобилизации и безразмерным увеличением бюджетной кормушки в интересах военно-промышленного лобби.

И что, державные основы укрепились, законы безукоризненно исполняются, коррупция уничтожена, реализуются мощные прорывные проекты? Не сказал бы. Если только в пропаганде, как при Брежневе. Зато очевидно ослаблены и низведены почти до советского же имитационного уровня все альтернативные опоры: свободные выборы, самостоятельный парламент, общественный контроль через независимые СМИ, справедливый суд, экономическая и политическая конкуренция, частная инициатива.

Путин начал со второй чеченской войны. Продолжил созданием федеральных округов и низведением Совета Федерации — оплота губернаторского своеволия. Это называлось «построением вертикали». И народу, и элитам в принципе нравилось. Даже очень: государство (в смысле федеральная бюрократия, тесно связанная с ЧК) решительно поднималось с колен. И быстро богатело.  

Никого не тревожила дореволюционная еще формула историка Ключевского «Государство пухло, народ хирел» и то, что за ней последовало.   В путинской России опять нахально встала во весь рост коренная проблема Отечества: не бюрократ для народа и экономики, а народ и экономика для бюрократа.  

Преемник не сумел найти баланс между народами и державой, о котором думал Ельцин. Да и не особенно искал — если судить по результатам. Избрал легкий и простой  путь. Под пафосную державную риторику замкнул систему управления на себя и свою контору (благо  рыночная экономика на фоне сырьевых цен производит значительно больше  актуальной продукции и денежной массы), устранил помехи в виде независимых социальных институтов — и зажил себе в кругу преданной бюрократии вполне благополучно. Без критики, без конкуренции, с ручным телевидением, басманно-хамовническим правосудием. Греб на своих галерах не вверх, а вниз по течению. И радовался, что получается так быстро.

В терминах религиозных — не смог преодолеть соблазна. В терминах преемничества — слил дело, которое ему поручили. В терминах масштаба — оказался мелковат. В терминах публичной политики — обманул. Ну, или по-ихнему — кинул.

Чего теперь ждать?

Ничего личного: похоже, за его печальной судьбой стоит нечто более фундаментальное. Если мы хотим, чтобы экономика развивалась для людей и люди жили лучше и лучше — необходимо гарантировать свободы, права,  инициативу. Что создает объективные трудности государственному аппарату  и увеличивает тягу к территориальной самостоятельности. А это уже русское  табу. Для Ельцина тоже.  

Так что появление Путина естественно. Если это и ошибка — то закономерная и национально обусловленная. Нормальная компенсационная загогулина после слишком глубокого (для дезориентированного русского сознания и силового русского пространства) погружения в свободу. Или, если патриотам угодно, петля хитрого еврея по фамилии Гистерезис. 

Странно было бы, если после 90-х кто-то в подобном жанре у нас не появился. Могло бы быть и похуже. Возможно, еще будет. А возможно, назад пойдет. Зависит от того, насколько мозги чугунные.

Наступает пора подумать о том, как бы нам из этой петли по возможности аккуратно вылезти. Не в индивидуальном порядке — тут более-менее ясно: порядка 100 000 человек ежегодно эмигрируют. А так, чтобы все-таки вместе с Родиной. Чтоб и ее петля тоже все-таки не придушила. А то получится опять как в былинные времена Брежнева-Андропова, после которых компенсационная загогулина эвон куда СССР забросила.

Тунисско-египетская технология выхода не полезна, да и вряд ли возможна. Все остальные означают какое-то взаимодействие с властями. И что особенно важно — с территориями. 

Надо ясно понимать, что путинская силовая стратегия недвусмысленно готовит страну к очередному пространственному коллапсу. Его вертикаль бессильна в смысле решения настоящих проблем земель и граждан, но вполне годится для уничтожения конкурирующих с ней ростков межрегиональных (горизонтальных) хозяйственных, социальных и культурных связей. Ломать не строить. Незаметно, но настойчиво она будит  заснувшего было ящера гиперцентрализации и супермосквоцентризма.    Если и когда силовая вертикаль рухнет (а это произойдет при первом продолжительном снижении цен на нефть), на ее месте останется тщательно вытоптанное пустое место — с понятными для политического пространства последствиями.

Если Дума не место для дискуссий, Кадыров — гарант конституционных прав, «Единая Россия» — воплощение народных чаяний, а кастрированный Совет Федерации — площадка для решения региональных споров, то почему бы и путинскую загогулину не назвать самым прямым  путем к национальному спасению?

 К сожалению, все это к действительности имеет точно такое же отношение, что михалковские сказки про дядю Степу, трех поросят и  великий-могучий Советский Союз. Тем, кто забыл, напомню: он развалился. Но его образ, как модель для подражания, будет вечно жить в головах и сердцах путинских силовиков. Подобно тому, как имя и дело Ленина вечно  живут в сердцах советской номенклатуры и их потомков.

Им тогда руководилось хорошо и сладко. Их тогда уважали. У некоторых даже персональная черная «Волга» была… Следовательно, Россию они поведут тем же путем. И к тому же результату. Движимые все тем же классовым чутьем или политическим инстинктом. Которые теперь называются геополитическими аксиомами, государственными интересами или цивилизационной идентичностью.

Ах, сколько умных слов они натырили с Запада (благодаря враждебным  информационным технологиям) для того, чтобы заменить простое русское «загогулина».

Да какая, собственно, разница, если по-прежнему вдоль загогулистой  русской дороги лес густой с партийными бабами-ягами, а в конце — более или менее плаха с более или менее топорами?

Остается только воздействовать на чугунные мозги. Магнитить по методу Гистерезиса.

 

Фотография РИА Новости

 

 

 



Обсудить "Путин как загогулина" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

Инстаграм Кадырова против войска Неврюя // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прямая речь //
В СМИ //
Добрый Иванов и злой Рябков // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
В блогах //
Посиделки на крови // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В СМИ //
В блогах //
Париж без Путина // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В блогах //