КОММЕНТАРИИ
В регионах

В регионахПожар в Ухте: история фальсификации

8 АВГУСТА 2011 г. ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

РИА Новости

Все в России знают, что менты у нас продажные, а следователи сажают невиновных и «отжимают» бизнес. Многие в России также слышали о честном прокуроре Григории Чекалине, который обратился к президенту Медведеву с заявлением о том, что уголовное дело по факту поджога торгового центра «Пассаж» в Ухте 11 июля 2005 года фальсифицировано, а осужденные за него честные бизнесмены братья Махмудовы – невиновны.

Вслед за зампрокурором г. Ухты Чекалиным то же самое заявил майор милиции Михаил Евсеев. Евсеева и Чекалина арестовали. Но это не остановило борцов за правду: следующим за честного бизнесмена Махмудова вступился бывший глава УСФБ по республике Коми генерал Николай Пиюков.

Прямо-таки не было ни гроша, да вдруг алтын. Никто в России не протестует против несправедливых приговоров, никто не вытаскивает публично грязное белье наружу, а тут вдруг три – сразу три, один за другим – силовика лезут в петлю и в тюрьму, чтобы спасти невиновного.

Я не уверена, занялась бы я этим делом, если бы не адвокат Мурад Кулиев, который пришел ко мне с горячим желанием рассказать о невиновности подсудимых.

Он сообщил, что его подзащитный Валентин (Алик) Гаджиев, героически спасавший людей из горящего здания (рвал джипом решетки на окнах), явился с повинной и заявил, что заказчиком поджога является он. То есть честные бизнесмены братья Махмудовы внушают такую всеобщую любовь, что их готовы защищать не только зампрокурора города и начальник УФСБ республики, но и героический Гаджиев.

На мой вопрос о том, кто поджег «Пассаж», адвокат заявил, что «никакого поджога не было», «поджог был придуман с целью привязать к нему Махмудовых и отъема их бизнеса». На мою просьбу показать материалы дела адвокат любезно ответил, что он и сам мне все расскажет, а на повторную просьбу передал кассационную жалобу.

Пришлось поднапрячься и залезть в Интернет, где я обнаружила сотни материалов в защиту честных братьев Махмудовых и тексты обоих приговоров исполнителям, оправдательного от 26.06.08 и обвинительного от 17.06.09, который и прочитала внимательно. Вообще первый способ изучить дело – это прочитать приговор. Но сначала – немного о личности братьев Махмудовых.

Братья Махмудовы

В публичных обращениях братья Махмудовы именуются не иначе, как «известными предпринимателями», владельцами «крупнейшего в республике строительного бизнеса» и даже «подрядчиками строительства комбината СУАЛа близ Ухты» (СУАЛ давно вошел в РУСАЛ, а комбинат не строится).

 Между тем ухтинские форумы и родственники жертв называют Фарида Махмудова лидером дагестанской ОПГ. Пишут даже, что аж в январе 2010 года «махмудовские» устроили посреди бела дня в Ухте разборку с «синими» из-за какого-то бара.

Это, конечно, может быть, происки врагов, но вот беда – генерал Пиюков и зампрокурора Чекалин тоже называют Махмудова лидером группировки – только не на публике. Так на суде над Чекалиным бывший глава УФСБ сказал, что враги Махмудова «хотели спихнуть на дагестанскую группировку всевозможные грехи».

Еще примечательнее запись разговора Чекалина с обвинителем Овчинниковым, которую Чекалин сам выложил в сеть.

В этом разговоре Чекалин опять-таки не называет Махмудова бизнесменом. Он говорит о «дагестанцах», признает «я вот сейчас общаюсь достаточно близко с Фаридом» и даже между прочим упоминает, что «для всех Махмудов заказчик и самый страшный бандит города, устроил поджог «Пассажа» как акцию устрашения».

Возникает вопрос – в чем причина того, что объектом единодушной защиты честнейших прокурора, мента и чекиста стал не несчастный бомж, не пенсионер, у которого отобрали квартиру, а лидер ОПГ?

Ответ был оглашен на том же суде над Чекалиным. Честнейший прокурор Чекалин сидел с Махмудовым в ресторанах, а после увольнения открыл офис своей юридической фирмы прямо в здании автовокзала, принадлежавшего Махмудову.

Партнером Чекалина по фирме стал бывший начальник криминальной милиции г.Ухты Краснов. Подчиненный честнейшего генерала Пиюкова, честнейший начальник ухтинского отдела УФСБ Сергей Жойкин сначала подал начальству докладную записку о том, что Пулялин поджег «Пассаж» по заказу дагестанской ОПГ, а через некоторое время устроился к Махмудову замом. Пиюкова на суде спрашивали: а знаете ли вы, что жена зама Жойкина, Орлова, работала у Махмудовых бухгалтером?

Преступников видели

Итак, обстоятельства дела. «Пассаж» (двухэтажный деревянный барак, важно именовавшийся торговым центром) загорелся 11 июля в 13.27. Поражала наглость преступников. Поджигатели спокойно зашли с двумя здоровенными сумками, в которых были канистры с 25 литрами газолина, в палисадничек за зданием «Дворца Молодежи» (забегая вперед, скажу, что следствие полагает, что привез их туда тот самый Гаджиев, который остался посмотреть на пожар и потом дергал решетки с окон), там отвинтили пробки, зашли в «Пассаж», разлили газолин с обеих сторон лестницы, причем их окликнула вахтерша, подожгли и убежали.

Их видели куча свидетелей, многие из которых хорошо их запомнили. Это были свидетели разного качества – от бомжа Донцу, у которого была белая горячка, до мента Хозяинова, который пришел в находившийся в «Пассаже» магазин «Сотовик» присмотреть телефон. Свидетели описали приметы преступников — двое подростков, один со светлыми, другой с темными волосами — и составили фотороботы, напоминающие Пулялина и Коростелева по кличке «Пуля» и «Тосик».

Преступников записали на видео

Но это еще не все! Дело в том, что позади «Пассажа» был расположен магазин «Строймаркет», принадлежавший братьям Махмудовым, а в «Строймаркете» стояли видеокамеры. В «Строймаркет» пришел Краснов (тот самый, который потом вместе с Чекалиным учредил фирму в офисе ОПГ) и вместе с начальником службы безопасности Махмудова Шилыковским просмотрел запись, после чего запись была стерта.

Мы бы так и не узнали о существовании записи, если бы сразу после Краснова эту запись не просмотрел еще один милиционер, Марков. Марков увидел на записи двух подростков, которые, по его словам, выбежали из «Пассажа» и, возможно, сели в машину на автостоянке у запасного выхода из «Строймаркета».

Обожженные руки. Коростелев был рядом с пожаром

Сразу после поджога Коростелев был вызван в милицию: его приятель, Булгаков, объяснил это своей матери тем, что у Коростелева были обожжены руки. Алиби у Коростелева не было, более того, оказалось, что сразу после начала пожара он пришел к этому самому Булгакову, дом которого находился в 100 метрах от «Пассажа».

 Коростелев утверждает, что пришел к Булгакову ровно в 13.00. («Пассаж», напомню, загорелся в 13. 27.) Однако Булгаков и его мать показывают, что около 13.00 они ушли в магазин, вернулись, а потом пришел Коростелев. Как ни крути, получается, что Коростелев явился домой к своему другу с обожженными руками вскоре после поджога.

Звонок из офиса Махмудова

Адвокат Кулиев возмущенно сообщил мне, что «с самого начала милиция думала на Махмудовых!» Что ж, бывает. Когда вырезали в Кущевской 12 человек, подумали на Цапка. А когда в Ухте сгорел «Пассаж», подумали на Махмудовых. Даже мотив был известен: вражда с неким Сенюковым, хозяином сети магазинов «Сотовик», самый доходный из которых находился в «Пассаже». «До сих пор ходят слухи, что это Сенюкова подпалили», — сетует в сентябре 2005-го сам Сенюков.

Телефонные детализации зафиксировали 15 июня 2005 года, за месяц до поджога, звонок из офиса Махмудова на домашний телефон Пулялина.

Итого

Итак, подытожим. Преступный мир Ухты небезграничен. Коростелев и Пулялин – два малолетних подростка из неблагополучных семей, которые уже попались на совместной краже в 2002-м году, у Пулялина диагноз — «органическое расстройство личности», у Коростелева — «неустойчивость личности».

 Оба похожи на тех, кого видели свидетели, Коростелев сразу после пожара пришел с обожженными руками в дом, находящийся в 100 м. от пожара, Пулялину на телефон звонили от Махмудовых, служба безопасности Махмудовых уничтожила пленку, на которой видны поджигатели.

Знаете, что написано по этому поводу в оправдательном приговоре от 26 июня 2008 г.? Держитесь крепче.

Там написано, что показания десятка свидетелей, видевших поджигателей, не имеют значения, потому что эти показания слегка разнятся. Что никаких поджигателей на пленке из «Строймаркета» не было, потому что так говорит начальник СБ «Строймаркета», что милиционер Марков врет, когда говорит, что видел пленку, что руки у Коростелева были не обожжены и его приятель Булгаков ошибался, говоря об этом матери.

И – вдумайтесь в этот перл – что невозможно, чтобы Коростелев поджег «Пассаж», потому что через несколько минут после поджога он явился домой к Булгакову и был совершенно спокоен, а суд не может представить, чтобы человек, совершивший такое преступление, через несколько минут после поджога спокойно явился в дом за сто метров от поджога.

Вам не кажется, что если бы нехорошая милиция пыталась отобрать бизнес у честного предпринимателя Махмудова, то приговор – с такими-то уликами – был бы совершенно иным?

Летающий сейф

Между тем Сенюкова, хозяина сгоревшего «Сотовика», продолжают преследовать несчастья.

Сначала органы арестовывают по обвинению в поджоге двух работников «Сотовика», рассматривается и версия о том, что это сам Сенюков сжег себя, чтобы избежать налоговой проверки. (За два часа до пожара в Ухте в магазин Сенюкова в Сыктывкаре пришла проверка.) Посадить Сенюкова за то, что он сам сжег свой лучший магазин, дававший ему 100 тыс. руб. в день, не удается, и тогда осенью Сенюкова снова начинают грабить.

Причем не просто грабят, а еще и устраивают погром, что очень странно потому что если все разносить, выше шанс попасться.

И так и получается: во время третьего грабежа, 21 сентября, сейф, вышвырнутый грабителями через окно, падает… на капот патрульной машины, и грабителей принимают. Это – Коростелев и Пулялин.

Долг в 500 тыс.

Коростелев и Пулялин и не думают запираться. Пулялин («органическое расстройство личности») тут же рассказывает, что весной 2002 года (т.е. в 14 лет) они с Коростелевым обокрали склад за рекой. Им так понравилось, что через два дня они повторили кражу «на бис», но были пойманы с поличным неким «Толстым». «Толстый» поставил их «на счетчик» и объявил им долг в 250 тыс. руб.

Чтобы отдать долг, они обокрали знакомого, но деньги не отдали, а забрали себе. За эту кражу их посадили. Когда Пулялин и Коростелев освободились, то они пришли в бар «Домино», и там их застукал «Толстый». Вышла драка, в которой участвовал не только «Толстый», но и некто «Саид». По итогам драки «Саид» и «Толстый» вывезли подростков в лес, приставили к голове пистолет, сказали, что убьют, насчитали долг в 500 тыс. и предложили отработать, устраивая погромы в «Сотовиках».

 Дело о поджоге в «Пассаже», находящееся на контроле в Москве, считайте, было опять раскрыто! Следствие знало, что «Пассаж» сожгли два подростка, похожие на Пулялина и Коростелева. У Коростелева были после пожара обожжены руки, и он был рядом с «Пассажем». Теперь оставалось только разыскать «Саида» и «Толстого», для чего достаточно было установить, кто именно участвовал в драке в «Домино».

И тут 26 сентября в дело вступает честный следователь Чекалин.

И происходят чудеса. Вместо «Саида» и «Толстого» в деле появляется некто Бахматов, который рассказывает, что заказчиком ограблений был именно он. Дело в отношении неустановленных «Саида» и «Толстого» Чекалин выделяет в отдельное производство, а потом закрывает. Дело в отношении самих грабителей передают в суд, причем признавшийся в организации преступления Бахматов и еще один подельник остаются на свободе, Пулялин остается на свободе и только Коростелев получает минимальный срок.

 «Уголовное дело в отношении них направлял в суд я… Трое получили минимальные условные срока, а Коростелев остался под стражей, так как на момент вынесения приговора был судим. Уголовное дело в отношении неустановленных заказчиков грабежей из салонов «Сотовик» было выделено мной в отдельное производство и приостановлено по п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ», – сообщает сам Чекалин.

 

Показания Коростелева

Между тем то, что Коростелев и Пулялин сожгли «Пассаж», похоже, становится секретом Полишинеля. Об этом подозревает, возможно, даже бабушка Коростелева, звонившая Булгаковым и спрашивавшая, когда же ее внук пришел к ним в день пожара. А сам Коростелев, который все-таки сел из-за своей неснятой судимости и вдобавок получил за поджог «Пассажа» всего 5 тыс. руб., то есть по 200 руб. за каждого убитого, вряд ли доволен положением дел.

В марте 2006-го года, по словам прокурора Чекалина, начальник МОБОП Николай Ершов требует от Фарида Махмудова поделиться бизнесом, угрожая в случае отказа «втянуть в «Пассаж».

Может, Чекалин врет, может, Ершов хотел слишком много, может, Махмудов решил, что с Чекалиным, Жуйковым и Красновым Ершов ему не нужен.

Ершов посылает в колонию своих оперов, и в апреле 2006-го года Коростелев дает оперу Малафееву первые показания. Сначала Коростелев заявляет, что он сжег «Пассаж» в одиночку из неприязни к одному из продавцов. Потом он называет Пулялина. Потом заявляет, что поджог ему заказали «неустановленные лица», называть которых он боится, опасаясь за жизнь. И только потом называет братьев Махмудовых.

Адвокаты Махмудова рассказывают, что Коростелева зверски избивали, прессовали и пр. Простите, но если бы Коростелева избивали, заставляя оговорить Махмудовых, то он бы их и оговорил сразу же. Мы что-то не видели на троцкистско-зиновьевских процессах противоречивых показаний.

Коростелев знал такие подробности, которые мог знать лишь преступник.

Показания Коростелева противоречивы. Коростелев сам потом объясняет, что он и Пулялин врали, чтобы, если их начнут обвинять по серьезной статье, иметь возможность отвертеться. Проблема в том, что в этих противоречивых показаниях есть детали, о которых мог знать только поджигатель. Например, Коростелев рассказывает, что когда они разливали жидкость, их окликнула вахтерша (об этом говорят и свидетели) и что жидкость не взорвалась, а быстро загорелась.

Конечно, эти детали могли бы подсказать избиваемому Коростелеву и злобные менты, но вот проблема: когда Коростелев откажется от показаний, он заявит, что про вахтершу он выдумал. Выдумать такое невозможно.

Драка в марте 2005-го

Коростелев и Пулялин также уточняют обстоятельства драки в марте 2005-го. Дрались они с племянником Фарида Махмудова Давидом, а потом еще и нахамили по телефону самому Фариду Махмудову. В лес их вывозил уже сам Фарид. Коростелев испугался так, что перекрасил волосы в светлый цвет. В конце концов «для отработки долга» Фарид Махмудов приказал поджечь «Пассаж». Обещал простить долг и даже дать 200 тыс.

Казалось бы, если это неправда, защите будет легко привести свидетелей и доказать, что никакой драки не было. Вместо этого защита громко изумляется. «Бизнесмен, человек с именем будет лично вывозить в лес двух сопляков?» — восклицает адвокат Махмудова Леонид Молчанов.

Между тем, драку и вывоз в лес подтверждают все: и охранники ночного клуба, и друзья, и родственники подсудимых.

Фальсификации

8 августа 2009 года, вслед за майором Дымовским, бывший зампрокурора Ухты обращается к президента Медведеву с заявлением о фальсификациях в «ухтинском деле».

Во-первых, утверждает он, записка Пулялина к ворам в законе Тиграну и Юре, которую якобы обнаружили в Москве на пересылке и в которой было сказано, что «Пассаж» заказали со стороны Махмудовых Фарида и Магомеда», написана Пулялиным под давлением и является результатом оперативной комбинации. А во-вторых, милиционер Хозяинов, находившийся во время пожара у «Пассажа», участвовал в задержании Пулялина и Коростелева и навещал их в тюрьме. И при этом он их ни разу не опознал. Поэтому его опознание – фальшивое, а из протокола первоначального допроса Хозяинова исчезла фраза «опознать не смогу».

Все, о чем говорит Чекалин, было признано фальсификациями в том самом оправдательном приговоре от 26 июня 2008 года.

Тогда судья Кунторовский поверил не только бумагам о том, что Хозяинов участвовал в задержании Пулялина и Коростелева, хотя сослуживцы Хозяинова это опровергали — тогда судья не поверил и другим свидетелям, видевшим поджигателей.

Тогда судья Кунторовский не только решил, что записка «Тиграну и Юре» подброшена, но и полностью игнорировал другие улики, в частности, записку, написанную Коростелевым сразу после первой явки с повинной, в которой Коростелев пишет, что он решил дать показания, но Пулялина «не сдаст». И сделанную ФСБ запись разговора Коростелева и Пулянина, в которой они обсуждают угрозу своей жизни со стороны кавказцев-заказчиков поджога.

Тогда судья Кунторовский не только не поверил оперу Маркову, который сказал, что видел на видеозаписи, как поджигатели садятся в машину на заднем дворе «Строймаркета» — тогда судья, не моргнув глазом, постановил, что Марков через день после поджога не мог видеть запись, потому что «с 11 июля (то есть со дня поджога – Ю.Л.) видеозапись в «Строймаркете» ведётся так, что на следующий день она не сохраняется, хотя ранее сохранялась 4 дня». Почему именно в день поджога записи стали уничтожаться на следующий день, у судьи вопросов не вызвало.

Я думаю, что кое в чем Чекалин прав. Записку, полагаю, действительно подбросили, как Глеб Жеглов подбросил кошелек в карман вору. Я думаю, что далеко не все, что Коростелев и Пулялин говорят о своих встречах с Махмудовыми и Аликом Гаджиевым, является правдой, но где давление со стороны ментов, желающих пожирней намазать бутерброд, а где увертки самих подростков, разобрать сложно. А вот документы, дискредитирующие Хозяинова как свидетеля, скорее всего, являются липой.

При этом лепили липу не для публики – в 2008-м эти документы без всякой публичности были использованы для развала дела и вынесения абсурдного оправдательного приговора. И только когда вмешалась Москва, те самые люди, которые до этого без всякой публичности договаривались с судьей Кунторовским, побежали к правозащитникам.

Ухта – Кущевская – Сагра, далее везде

Дело о поджоге в ТЦ «Пассаж» действительно знаковое. Как бойня в Кущевке и стрельба в Сагре. И там, и там отморозки открыто, нагло, среди бела дня совершали чудовищные преступления – вроде карательного похода на деревню, резни в доме фермера Аметова или поджога торгового центра.

Они были уверены в своей безнаказанности, и самое печальное, что отмазывали их не заранее прикормленные силовики. Нет, силовики сначала начинали расследование – а потом принимали сторону Махмудовых.

Замначальника (на тот момент) криминальной милиции г. Ухты Краснов сначала увидел запись с видеокамеры в «Строймаркете» – и только потом завел офис у Махмудовых. Следователь Чекалин занялся делом Пулялина и Коростелева – и только потом его стали замечать в ресторане с Махмудовыми. Эфесбешник Жуйкин сначала написал записку о том, что «Пассаж» сожгла дагестанская ОПГ, а потом устроился к Махмудову замом.

Именно эти люди сделали все, чтобы развалить дело, и к тому моменту, когда Махмудовы сели, у «честного прокурора» Чекалина уже не было выхода: его отпечатки пальцев – по всему делу.

К сожалению, есть и еще одна разница между братьями Махмудовыми и братьями Цапками. Она заключается в том, что после того как зампрокурора Чекалин обратился к президенту Медведеву с заявлением о фальсификации дела, на его сторону стала значительная часть правозащитного сообщества. В поддержку Чекалина выступили такие безупречные люди и организации, как Людмила Алексеева и движение «Мемориал».

К сожалению, я и сама отдала этому дань – в ноябре 2009-го года, опираясь исключительно на утверждения адвокатов, рассказывала, какой хороший прокурор Чекалин и почему надо прислушаться к его заявлениям.

С тех пор, однако, в Сети появились и приговоры Пулялину и Коростелеву, и материалы суда над Чекалиным. И выяснилось, что защитники братьев Махмудовых о многом умалчивают: об уничтоженной пленке, об обожженных руках Коростелева, о том, что Коростелев сразу после начала пожара явился домой к приятелю, который жил в 100 м. от «Пассажа», о драке, после которой Пулялина и Коростелева вывозили в лес, о телефонном разговоре между ними, в котором они обсуждают, что будет, если они сдадут заказчиков.

Все это есть в обоих приговорах, но защита это не просто не опровергала – она об этом даже не сообщала.

Боюсь, что ни братьям Махмудовым, ни купленным ими силовикам не место в ряду «жертв режима». С таким же успехом «жертвой режима» может считаться банда Цапка.

 

 



 

Фотографии РИА Новости

 

Версия для печати
 



Материалы по теме

Одесса – хроника трагедии // ОЛЕГ КОЗЫРЕВ
Дело о «Пассаже» // ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
Как я вызывала в «Клинч» адвоката Рыбалова // ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
Начался процесс по делу о поджоге «Пассажа» // ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
Внимание, суд! // ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА
Разменные судьбы // ИОСИФ ГАЛЬПЕРИН
Итоги недели. Смрад - 2010 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Итоги недели. Лодка утонула, страна сгорела // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Наука скорби. Не усвоена // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Держитесь, Бастрыкин! // АНТОН ОРЕХЪ