КОММЕНТАРИИ
В оппозиции

В оппозицииТранзит (11)

14 ФЕВРАЛЯ 2008 г. ГЕОРГИЙ САТАРОВ
Михаил Златковский/zlatkovsky.ru

В предыдущей статье мы разобрали четыре из семи ловушек, выстроенных властью для самой себя: «Отсутствие базы легитимности», «Насилие ради стабильности», «Бесплатное» богатство», «Система личных уний». Разберем три оставшиеся.

5. «Полная сосредоточенность на позитиве и формировании позитивных ожиданий». Речь идет о безоглядной и повсеместной пропаганде, убеждающей граждан, и весьма успешно, в том, что в России все замечательно, а будет еще лучше. Это создает явно завышенные ожидания, совпадающие у большей части населения. В условиях свободы слова, точнее — в условиях информационного плюрализма, гражданам доступны различные точки зрения на настоящее и будущее. Это порождает у населения разнообразие мнений и оценок, препятствует опасному монолиту общественного мнения. А в чем же его опасность?

Для удобства читателей повторю то, что уже писал какое-то время назад в «ЕЖе». Речь идет об одной из весьма продвинутых теорий, объясняющих причины, подталкивающие людей к активному социальному протесту. Это теория относительной депривации. Согласно этой теории, люди бунтуют, когда воспринимают существенный разрыв между своими ожиданиями и реальной динамикой своего жизненного уровня. Этот разрыв и называют относительной депривацией. Она может расти либо при падении жизненного уровня, либо при резком росте ожиданий, либо в силу обеих причин. Стало быть, формирование завышенных ожиданий увеличивает шанс роста относительной депривации и, следовательно, готовность людей к протесту. А теперь добавьте к этому не очень благоприятные социально-экономические прогнозы на 2008 г, уже начавшийся рост цен на продукты питания, и вы поймете, в какую ловушку загоняет себя власть своей массированной пропагандой. Они рассчитывают обеспечить стабильность, а вместо этого создают условия для протеста.

6. «Концентрация на одном источнике позитивных ожиданий». Эта ловушка приготовлена, можно сказать, специально для Путина. Тут речь идет о другой «песне» официальной пропаганды. Ее усилия направлены на то, чтобы убедить людей, что всему хорошему, происходящему с людьми, с нашей страной, мы обязаны лично второму президенту России. Он — единственное упование, единственный источник надежд, позитивных ожиданий. Цель понятна — обеспечение высокого рейтинга Путина и, следовательно, стабильности режима. В общественном сознании формируется патриархальная персоналистская модель, о которой писал бывший помощник президента Ельцина Михаил Краснов. В быту это называют «хороший царь — плохие бояре».

Но это палка о двух концах. Общественное сознание может легко переключаться с одного стереотипа на другой. Ровно тот, с кем мы ассоциировали наши позитивные ожидания, может стать единственным виновником наших разочарований. Вспомните о кульбитах общественного мнения в части отношения к Горбачеву или Ельцину, и все станет ясно. Если персонализируется источник хорошего, то точно также персонализируется источник наших проблем. Как только начнет расти относительная депривация, люди тут же кинутся искать виноватого, и, в конечном счете, им окажется лидер, на котором ранее концентрировались надежды.

Этот эффект усиливается универсальным явлением, проявляющимся в разных культурах, при разных политических режимах, у людей разного социального статуса. В социальной психологии его называют «фундаментальная ошибка атрибуции». Она (ошибка) состоит в том, что, объясняя поведение, действия людей, мы склонны недооценивать объективные обстоятельства, условия действия и переоценивать влияние личных качеств актора. Многочисленными экспериментами, изящными и впечатляющими, ученые опровергают оправданность доминирования такого способа объяснения социального поведения. Вот один из примеров, не самых ярких (более яркие потребовали бы обстоятельного описания). Две сопоставимые выборки семинаристов получали учебное задание — отправиться к нуждающемуся в них верующему человеку. Каждый из испытуемых по пути встречал сценку, требующую от него участия, помощи попавшему в беду на улице человеку. Для одной выборки были созданы комфортные временные условия. Для другой — условия цейтнота. В первой выборке большинство испытуемых задерживались, чтобы помочь человеку. Во второй проходили мимо. Когда испытуемым из третьей группы показывали сценки с различным поведением пастырей, то в подавляющем большинстве представители третьей группы объясняли различие в поведении личными качествами (одни семинаристы добрые, а другие черствые). Мало кому приходило в голову предположить: а может, он спешил?

Из-за фундаментальной ошибки атрибуции мы склонны менять оценки людей, когда меняем оценки их действий и результатов их действий. Умный превращается в дурака, добрый — в злого, честный — в вора. Поэтому легко предсказать, как будут меняться установки в отношении лидера. Сначала мягко начнет меняться оценка его действий и их результатов, а потом резко начнет меняться оценка личных качеств. Вопрос только в том, кто станет первой жертвой — Медведев или Путин. Но об этом мы поговорим в следующих статьях.

7. «Соблазн централизованного управления». Я возвращаюсь к тому, о чем писал в первых статьях цикла. Я неоднократно повторял это и буду возвращаться к этому снова и снова. Ибо речь идет, возможно, а самом главном, о самом опасном. Повторяю: в современном мире, для таких громоздких, внутренне разнообразных, мультикультурных стран, как Россия, нет ничего опаснее, чем учреждение примитивных централизованных систем управления страной.

Сторонники таких систем, как показывает мой опыт, делятся у нас на три категории. Первая категория — это искренне верующие «недообразованцы». Их образование ограничено примитивными идеями о системах управления времен Норберта Винера и Росса Эшби: «вход», «выход», «черный ящик», «обратная связь», «равновесие». Но еще более полувека назад тот же Эшби выводил «закон необходимого разнообразия», которому противоречит деятельность наших упрощенцев. Забыв даже свои ликбезовские лекции, они заталкивают обратную связь внутрь своего черного ящика (под названием «бюрократия»), лишая тем самым даже свое примитивное управление всякого смысла и позитивного результата. Их понимание управления застыло на уровне веберовских представлений о бюрократии, но они неспособны создать в стране даже бюрократию XIX века.

Вторая категория упрощенцев — это вульгарные воры, боящиеся потерять власть, для которых централизация управления является способом ликвидировать конкуренцию и сохранить свою власть. Третья категория — это воры, слегка или посильнее стесняющиеся своего воровства. Для них проповедь централизма — результат веры в него, взращенной для снятия когнитивного диссонанса.

Централизм управления — понятие, которое, с «их» точки зрения, вбирает в себя жесткость взаимосвязей между всеми компонентами и элементами системы, детерминированность реакций на сигналы (приказы) и т.п. Между тем, уже более 60 лет эти представления меняются и теперь воспринимаются как дикие и безграмотные.

В конце XX века далее других продвинулся в описании социальных систем великий социальный мыслитель из Германии Никлас Луман. Прибегну к прямому цитированию:

«Абсолютная взаимозависимость была критерием понятия системы, и вдруг стало ясно, что абсолютная взаимозависимость — это совсем не так хорошо, как думали раньше, и что она не является совершенной формой системы, а, наоборот, представляет собой совершенно маловероятное устройство. При абсолютной взаимозависимости любое нарушение заставляло бы заново выравнивать всю систему в целом, и на это ушло бы столько времени, что уже успело бы произойти новое нарушение, и система так никогда и не пришла бы в стабильное состояние».¹

Воспользуюсь метафорой, к которой прибегает в своих лекциях Луман. Если бы человеческий организм был устроен так, как пытаются отстроить Россию наши вертикальщики, то он долго не протянул бы. Легкое недомогание печени перекинулось бы на соседние органы, они бы усилили кризис в печени, и так, по цепочкам жестких взаимосвязей, быстро пришел бы в негодность весь организм. На самом деле не так. В человеческом организме различные органы и подсистемы сопряжены не жестко, они довольно автономны, их влияние друг на друга не предопределено жесткой детерминированностью. И это делает заболевание одного органа неопасным, в большинстве случаев, для организма в целом и поддающимся целенаправленному лечению.

Обратите внимание. Экономические кризисы в Америке никогда не грозили политической системе. Потому что эти две системы достаточно автономны. А как у нас? Стало общим местом говорить, что понижение цен на нефть может сломать не только экономику, но и нынешнюю политическую систему. Вспомним: жесточайший кризис августа 1998 г. не сломал политическую систему России, хотя она была еще весьма несовершенна. Но она была гибкой, в ней существовали автономные институты. А вы можете представить себе подобный кризис в путинской России? То-то и оно. Отсюда же и нервотрепка по поводу президентских выборов. Что это за страна, якобы «поднявшаяся с колен», которую может потрясти смена президента!? И к тому же такого президента. Стабильность им подавай, черт возьми! А в нормальных демократических странах смена власти — это всегда повод для позитивных ожиданий. Вот устроились!

Напомню для забывчивых: распад СССР был обусловлен в качестве первоначальной причины падением цен на углеводороды. Политическая система рухнула в том числе и потому, что была жестко связана с экономической. Сейчас жесткая связь восстановлена, но она имеет другую природу — коррупционную. Это сто крат хуже.

Итак, централизаторы, строители «сильной власти» и жесткой вертикали втащили нас в ловушку самую страшную. В ней четверть века назад оказался Советский Союз. Результат известен.

Вот такие ловушки, семь смертных ловушек. Еще раз перечислю их все вместе:

1. Отсутствие базы легитимности

2. Насилие ради стабильности

3. Бесплатное» богатство

4. Система личных уний

5. Полная сосредоточенность на позитиве и формировании позитивных ожиданий

6. Концентрация на одном источнике позитивных ожиданий

7. Соблазн централизованного управления

Тут еще проблема: они существуют не изолированно, а взаимодействуют, усиливая тем самым суммарный негативный эффект. Попробуйте подумать об этом сами, и вы выявите множество связей между этими ловушками.

И еще одно обстоятельство. Все эти ловушки, так или иначе, связаны с выборами, с транзитом власти. В совокупности они формируют страх перед неопределенностью исхода выборов, побуждают превращать их в управляемый фарс, но одновременно, при всей успешности обессмысливания выборов, они делают нелегитимную передачу власти опасной для них самих и источником кризиса для всей страны. Такие пироги.

В следующей статье, выводящей нас на финишную прямую этого цикла, мы вернемся к обсуждавшимся ранее сценариям.

Продолжение следует

 

[1] Луман Н. Введение в системную теорию. М.: Издательство «Логос», 2007 Стр.177

Обсудить "Транзит (11)" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

Большой гибридный террор // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прямая речь //
В СМИ //
Не устали говорить друг другу комплименты? // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Прямая речь //
В СМИ //
Взятие Москвы // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
В СМИ //
Возвращение символа // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Прямая речь //