С возрастом я все больше становлюсь совсем уж нескандальным человеком. Раньше спорил с пеной у рта, а теперь предпочитаю промолчать. Раньше считал своих идеологических противников мерзавцами, а теперь думаю, что они просто ошибаются. Раньше хотел всего на свете — свободы, демократии, прогресса… Теперь сократил свои желания до минимума и хочу только, чтобы лечили и учили детей. Последние пятнадцать лет я занимаюсь в основном тем, что рассказываю истории о больных детях и собираю им на лечение и учение благотворительные деньги.

Не так давно, на гастролях в родной Сибири...

Ближе к ночи немного прихватило сердце, и я спустился на гостиничную рецепцию. Нет ли, спрашиваю, валидольчика или чего-нибудь в этом роде?

Ольга Голодец, вице-премьер правительства России, курирующая сферу социальной политики и здравоохранения, фактически отдала Минздраву приказ (пока в устной форме) «отслеживать работу благотворительных фондов по сбору денег для лечения пациентов за рубежом». В ее выступлении на эту тему прозвучали и прямые инструкции: «Сейчас нужно вести сторонний мониторинг, с кого собирают деньги и кто из врачей дает заключение». Конечно, это еще не запрет на лечение за границей, но очевидный шаг в этом направлении. Вице-премьеру отвечает человек, который попробовал лечиться в России.

Татьяна Гудкова: Госпожу Голодец по всей видимости миновала судьба иметь больного ребенка (слава Богу)... Попробовала бы записаться на... срочное обследование, получить квоту на операцию...

Екатерина Бермант: Мы в фонде «Детские сердца»... из 200 детей в год, чьи операции мы оплачиваем, только 5 отправляем за границу. Валерий Панюшкин: Ситуация с фондами вице-премьером перевёрнута с ног на голову.

ИТАР-ТАСС: "Помощь, оказанная дома, имеет очень важное реабилитационное значение, потому что здесь рядом родственники, друзья... что для выздоровления ребенка имеет особое значение", — добавила вице-премьер.

Мир лягушки состоит только из движущихся предметов. Неподвижное не существует. «Лягушачье зрение» российской власти способно увидеть только тех журналистов, которые эту власть обслуживают. В списке трехсот сотрудников СМИ, награжденных за взятие Крыма, ни одного лишнего. Главные герои прошлой недели, два сотрудникаLife Newsи один изRussia Today, награжденыорденом Мужества. Павел Каныгин из «Новой газеты», так же как и сотрудникиLife News,был захвачен, правда, не киевскими военными, а донецкими ополченцами. Его для российской власти нет. Так же как нет Аркадия Бабченко, Ильи Азара, Ильи Барабанова, Олега Кашина и других очень разных журналистов, которых объединяет то, что они, находясь в зоне боевых действий, пытаются дать реальную картину происходящего. За это в современной России не награждают. Ордена и медали дают в основном за ложь. Это принцип государственной политики.

Ни в коем случае не хочется паниковать. Тем не менее, я все время слышу, что такой-то, такая-то, такие-то пакуют чемоданы. И почему-то тут же находятся злорадные товарищи, кричащие им: «Ну и валите в свою…». Сразу вопрос: кто дал право одним гражданам страны советовать другим, я бы даже сказала, настоятельно советовать, отвалить куда-то. Кто и почему берется судить своих соотечественников, не имея на то ни права, ни веса. Знаете, когда кто-то нравственно безупречный тебе говорит: ай-ай-ай, плохо ты делаешь, это и впрямь обидно. А тут кто?

Чуда не случилось. Арбитражный суд Москвы отказался рассматривать дело о блокировке «Ежедневного журнала». Суд сразу же удовлетворил ходатайство представителей Генпрокуратуры и Роскомнадзора, доказывавших, что вопрос о блокировке СМИ не относится к области экономического и предпринимательского права. При этом наши доводы о том, что незаконная блокировка сайта резко снижает доходы от рекламы и, таким образом, прямо ущемляет наши экономические права и интересы, были проигнорированы. Заметим, что представитель Роскомнадзора указала на то, что аналогичное дело о блокировке сайта ГРАНИ.ру, доступ к которому был ограничен одновременно с Ej.ru, уже рассматривалось в Таганском суде Москвы.

Игорь Яковенко: Захотят — отменят блокировку, не захотят — оставят. Николай Сванидзе: Хождение по судам... малоперспективно, но нужно. Светлана Кузеванова: Мы представили уточнение...