12 апреля президент Дмитрий Медведев подписал закон «Об обращении лекарственных средств». Подписал, несмотря на то, что тысячи граждан обратились к нему с просьбой не делать этого. На тот момент, когда президент поставил свою подпись, под открытым письмом стояло уже 25 тысяч подписей. Всех этих людей обеспокоило, что в законе не упомянуты так называемые орфанные препараты — лекарства, жизненно необходимые больным редкими заболеваниями. В России их не производят, 90% этих лекарств в стране не продают.

С неослабевающим интересом продолжаю следить за усилиями группы бандерлогов по выведению меня из себя. Сначала бандерлоги засрали мой ЖЖ комментариями, посвященными сексуальной провокации, которую организовали их старшие по чину бандерлоги. Наибольшей популярностью пользовалась тупая шутка, основанная на их же фальсификации собственной преступной пленки. За неимением качества бандерлоги брали количеством – и страшно веселясь, повторили тупую шутку раз двести.

Новый национальный план противодействия коррупции на 2010-2011 гг. резко отличается от предшественника. Фактически он является сборником поручений, которые президент раздает прокуратуре, правительству и правительственным ведомствам. Понятно, что такой жанр предполагает (местами, далеко не везде) указание сроков (выполнить, доложить…). Выглядит очень по-деловому. А по форме — сумбур, и по содержанию — все то же издевательство.

Вот пример, характеризующий деловой стиль плана, его энергетику и напор.

Движение «Молодая Гвардия» решило бороться с радиостанцией «Эхо Москвы», на которой я работаю. Форма борьбы – пикет, цель – чтобы в День Победы «Эхо» замолчало. Мотив: «охаивание нашей истории и оправдание фашизма давно превратилось в хорошо оплачиваемую профессию». Кроме того, мы на «Эхе» позволяем себе «оскорблять великую Победу наших дедов над фашизмом».

Весь интернет обсуждает видеокомпромат на Шендеровича, Лимонова, Фишмана и т.д. — с участием двух молодых девиц по имени Катя Герасимова, по прозвищу Муму, и Настя Чукова, по прозвищу Чукс. И почему-то все говорят, что это операция по дискредитации оппозиции. А я хочу возразить: это операция по дискредитации Кати Герасимовой и Насти Чуковой. Ведь девочкам сломали карьеру элитных проституток! Какой папик теперь возьмет их на содержание? Какой занюханный бизнесмен повезет их в Канны? Вы можете себе представить, что эти девочки когда-нибудь теперь попадут в Куршевель (или не в Куршевель) в свите Прохорова?

О чем я только не говорил с любезным читателем, а про блядей, кажется, еще ни разу… Написал и тут же представил себе ваши ухмыляющиеся рожи – дескать, а про кого ты нам тут, мил друг, чуть не изо дня в день столько лет талдычишь? А ведь и то правда… (Все-таки, какой язык нам с вами достался!) Ну так не будем отступать от сложившейся традиции. Честно признаюсь, я не понимаю, в чем изюминка замысла? Вот что Владислав Сурков держал в голове, какие планы вынашивал, когда замыслил угостить российскую публику этой гниловатой клубничкой?

Бывает в жизни так: самые незначительные события, привычные и потому не замеченные, вдруг проясняют ситуацию и, тем самым, обретают несоразмерную им важность. Так случилось и с подписанием 14 апреля сего года президентского Указа, вводившего в действие Национальную стратегию противодействия коррупции. Указ так и называется: «О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010–2011 годы». Я не хотел писать про них, и про стратегию, и про план, потому что я их читал. И это чтение не возбудило интеллектуальной активности. Но меня удивило, что никто не обратил на указ Медведева внимания. А ведь все-таки — президент… коррупция… борьба… стратегия…

На религиозном книжном рынке России в последнее десятилетие стала заметна новая категория изданий — скажем так, «режиссерские» книги. От обычных они отличаются тем, что визуальный ряд в них имеет такое же большое значение, как и содержание. Книга становится не только источником знания, но и образов. Да и само издание воспринимается как инсталляция, объект для рассматривания и медитации.  В подобных книгах после дизайна важнее всего не текст, а рубрикатор. И автор действительно больше похож на режиссера, главная задача которого состоит в том, чтобы отобрать самое интересное.

В конце апреля 1880 года член Госсовета, сенатор, профессор гражданского права, наставник цесаревича Александра Константин Победоносцев стал обер-прокурором Священного синода и находился на этом посту почти до самой своей смерти — 25 лет. В это время его называли «серым кардиналом», «апостолом самодержавия», даже «вице-императором». Именно Победоносцев был подлинным отцом контрреформ 80-х годов XIX столетия. Но его «дитя» — самодержавно-полицейская, православная Русь — не продержалось дольше одного царского срока, режим стал разваливаться еще на глазах своего «родителя» и радетеля. 

Это как раз тот редкий, наверное, даже единственный в своем роде случай, когда я с легкой душой могу сказать: «Не видел, но осуждаю». Раньше так по указке партийного начальства низовые партийцы из пролетариев и совслужащих писали в редакции советских газет «гневные письма» о творчестве Пастернака и Солженицына.Не боюсь аналогий, ибо разницу не увидит только слепой: одно дело читать написанные для читателей романы и совсем другое – подглядывать через замочную скважину.