Свобода бывает большая-большая. А бывает и маленькая. Свобода конкретного частного лица делать как вздумается какие-то свои личные дела. Не с правящим режимом бороться за счастье народа, а… ну, допустим, ребенку имя дать. Про одного такого гражданина, борющегося за такую свободу, я первый раз узнал года три назад, а тут на днях его имя вновь замелькало в интернете и на газетных полосах и даже по телевизору прогремело. Так вот данный гражданин уже шесть лет не может получить свидетельство о рождении для сына.

В дискуссии в «ЕЖ» по поводу пройденных с 89-го года двадцати лет пока преобладает экспрессивная оценка «просрали».

У меня есть вопросы. Я их адресую самому себе. Прежде всего, кто именно «просрал»? Мы? А «мы» — это кто? Если имеется в виду, так сказать, народ, то народ ничего не «просрал», поскольку ничего не хотел и ни к чему не стремился. Он и сейчас ничего не хочет и ни к чему не стремится. И ни за что не несет ответственности, пребывая в состоянии глубокого вырождения. Собственно, это и есть самая серьезная проблема. А у интеллигенции последние лет двести модно умиляться этой инфантильно-агрессивной безответственностью, в соответствии с древней традицией принимая юродство за блаженство, а невежество за святость. Это — другая проблема.

Так, может быть, «мы» — это интеллигенция?

Недавно я на этих страницах написал про конфуз министра Гордеева, который умудрился явиться на заседание правительства без цистерны молока и прочей сельхозпродукции, оказавшись тем самым «не готовым к такому развороту событий», и я как-то упустил из виду, что на том заседании было принято решение удовлетворить просьбу «жадного» министра и выделить деньги на рекламу молока. Сколько денег, пока не ясно, но уже понятно, что совсем скоро по телевизору и впрямь начнут гонять ролики, призывающие россиян пить молоко.

Спорт попадает в заголовки новостей или если что-то большое выиграли, или если допинг. От биатлона ждали побед, а дождались допинга. Биатлон — это зимний футбол. Я имею ввиду, конечно, его популярность. Во всяком случае, среди зимних видов спорта даже хоккей, наш родной хоккей, оказался в тени бега с винтовкой по снегу. Причем женщины за биатлон болеют как-то особенно фанатично, что подтверждает мнение некоторых психологов, что этот вид спорта, с его подлинными страстями и непридуманными сюжетами, заменяет дамам заштампованные сериалы. Потому допинговый скандал и дисквалификация сразу троих наших спортсменов вызвали особо горестный шум.

Прошедшие XVII Рождественские чтения оставили двойственное впечатление. С одной стороны, этап взаимных обвинений и яростных споров, судя по всему, позади, наметились вполне определенные направления совместной работы церкви и государства в области образования. В докладе на пленарном заседании министр образования и науки Андрей Фурсенко упомянул и разработанный ведомством формат соглашений между региональными органами образования и епархией, который дает возможность вести в школе религиозные спецкурсы и факультативы, и проведение в этом году олимпиады среди школьников по теме «Основы православной культуры», которая отныне войдет в официальный министерский перечень олимпиад.

Леонид Радзиховский пригласил коллективно написать «20 лет спустя». С одной стороны, его приглашение, судя по моей биографии, адресовано, в том числе, и мне. С другой же, очевидно, что оценивать события, в которых я был участником, а не наблюдателем, мне довольно сложно, а в формате стандартной колонки «ЕЖа» – практически невозможно. Поэтому я воздержусь от создания коротеньких мемуаров, а вслед за Леонидом попытаюсь ограничиться описанием моих сегодняшних ощущений по поводу обсуждаемого периода.

Я бы много отдала, чтобы узнать, чем руководствовался главный редактор «Известий» Владимир Мамонтов, когда в прошлый четверг подписывал в печать пятничный номер газеты «Известия». И не говорите мне, что Мамонтов в это время был в отъезде и за номер отвечал заместитель главного редактора или ответственный секретарь. Статья, вышедшая из-под пера корреспондента «Известий» Владимира Перекреста под заголовком «Маркелов и Бабурова оказались вместе не случайно», не могла быть напечатана в газете без ведома главного редактора.

Всякая новость про Абрамовича – это новость. Всякая новость про «Челси» – это новость. Всякая новость про Хиддинка – это новость. Что уж говорить, если новость про всех троих сразу! Еще в понедельник утром абсолютно ничто не говорило о том, что Хиддинк уходит в «Челси». Никаких слухов, ни малейшего намека. А уже во вторник у английского клуба появился новый тренер, а у сборной России тренер… нет, тренер у нее тот же, но всё равно происшедшее большая сенсация.

Кинорежиссер Никита Михалков объявил о созыве внеочередного чрезвычайного съезда Союза кинематографистов России. Напомню, что 19 декабря очередной съезд Союза кинематографистов избрал председателем союза режиссера Марлена Хуциева и сместил с должности прежнего председателя – Никиту Михалкова. Маститый кинорежиссер был возмущен таким поворотом дела. Он прилагал довольно большие усилия для того, чтобы сорвать сам съезд, а когда тот все-таки состоялся, Никита Михалков объявил решение съезда незаконным, а самих его участников – выжившими из ума пенсионерами. После этого Минюст отказался зарегистрировать решения съезда, а сам Никита Сергеич объявил, что он продолжает оставаться председателем Союза. И что только ему «по-прежнему принадлежит подпись на документах Союза и печать нашей организации».

Этот год — юбилейный.
26 марта 1989 — выборы Народных депутатов СССР.
9 апреля 1989 — разгон демонстрации в Тбилиси, начало разгона СССР.
25 мая — открылся Первый съезд народных депутатов.
ХХ лет. Круглая дата.
И кажется, что «к дате» и цикл закончен. Как говорили в мое время на философском факультете, «Абсолютная Идея завершила полный круг: вместо Канта – Федосеев, вместо Фихте – Иовчук» (Федосеев, Иовчук — «советские философы»). Back to the USSR? Как сказать… Похоже, как сын на отца.