У великого российского народа объявились новые враги — снова это убийцы в белых халатах: видимо, "музыкой навеяло" аккурат в юбилей репрессий тридцать седьмого. Вслед за ветеринарами, которые сбывали кошкам и собакам наркотики, и трансплантологами, разбиравшими людей на запчасти, пришел черед педиатров: эти виноваты в том, что в рамках клинических исследований бесплатно привили несколько сотен детей хорошей импортной вакциной. "Дело врачей" обещает быть самым масштабным и громким со сталинских времен. Впервые в постсоветской России медиков собираются судить не за халатность, не за отказ от оказания помощи и не за взятку. Все с точностью до наоборот: волгоградская прокуратура добивается осуждения группы молодых врачей за то, что они практически безупречно выполнили не самое простое клиническое исследование и получили за него стопроцентно легальные выплаты.

Эту новость я сперва воспринял даже не как шутку, а как нечто настолько невообразимое, что других приличных слов, кроме «байда» на ум не пришло. Из страны запрещают вывозить биоматериал (кровь, человеческие ткани, волосы) под предлогом, что на Западе создают генно-биологическое оружие с целью истребления нашей русской нации! Якобы Патрушев сделал Путину соответствующий доклад, результатом которого и стал запрет на вывоз биологических образцов из страны. История выглядит медицинской со всех точек зрения, потому что люди, составляющие такие доклады и дающие подобные распоряжения, не кажутся мне здоровыми. Но эти нездоровые люди занимают в государстве такие посты, что волей-неволей приходится разбираться. С позиции элементарного здравого смысла.

Цена вопроса никого особо не волнует, хотя речь идёт о человеческих жизнях. Как уже говорят специалисты, каждый месяц это будет затрагивать интересы тысяч больных, чьи анализы уходили на обработку в западные медицинские центры, например, для подбора донорских органов. Кстати, отечественную трансплантологию отечественные же правоохранители ввели в состояние клинической смерти делом о "врачах-убийцах" из 20-й больницы. Спору нет, пресса, прежде всего жёлтая, полнится историями о людях, "разобранных на органы". И никакие уверения специалистов, что регламент пересадки органов не позволяет вовлечь в процесс "дикую" почку, не спасают. Очевидно, побеждает дикий страх быть съеденным, точнее, его современный вариант.

Форман верен себе. Его новый фильм повергает в состояние глубокого шока. По выходе из кинотеатра требуется время, чтобы тело снова начало ощущать себя в пространстве, а сознание хотя бы отчасти вернулось к реальности. Формановские работы нельзя смотреть вполглаза, нельзя обдумывать вполмысли. Масштаб личности режиссера таков, что созданные им образы полностью завладевают умом и сердцем. То, что "Призраки Гойи" — фильм не о художнике и не о соответствующем отрезке истории Испании, заметили все. Собственно, так же, как и "Амадей" — лента далеко не биографическая.

На телеканале "Россия" на днях пойдет 12-серийный фильм, поставленный Николаем Досталем по Варламу Шаламову. Я его уже видел и прошу данную заметку считать рекламной публикацией. Фильм не без слабых мест. Прежде всего, на мой взгляд, необоснованно затянута ранняя, долагерная история Шаламова. В результате те зрители, кто сразу ждет лагерных ужасов, будут на первых порах, возможно, разочарованы, а те, кто впервые услышит фамилию Шаламова, могут просто не понять, о чем, собственно, речь, и потерять интерес к сериалу, так и не дождавшись главного. А жаль. Потому что все будет, и ужасы будут в достаточном количестве.

Должен ли осужденный, подающий ходатайство о помиловании президенту России, признавать свою вину? Обязательное ли это условие для того, чтобы президент, облеченный верховной властью, воспользовался своим исключительным правом на милосердие? Эти вопросы возникли у читателей газеты «Новые известия», опубликовавшей 22 мая прошение о помиловании, которое направил Владимиру Путину Игорь Сутягин. Военный аналитик и ученый, отбывающий 15-летний срок в колонии строгого режима в Архангельской области, свою вину не признал. Обращаясь к Путину, он в очередной раз отстаивает свою невиновность. На этот раз перед президентом России.

Смотрел передачу Владимира Соловьева "К барьеру". Владимиру Жириновскому противостоял американский политолог, мой однокашник по истфаку МГУ Николай Злобин. Злобин — человек компетентный, в прениях поднаторевший, и с очень недурным чувством юмора, был тем не менее явно не в своей тарелке, не смог найти правильную тональность и проиграл "в одну калитку". Конечно, мой приятель в любом случае был обречен: он выступал "за Америку". И его противником мог быть кто угодно, хоть бомж с соседней помойки, исход дуэли все равно был предопределен. Тот, кто "за Америку", однозначно проигрывает. Думаю, что Злобин отдавал себе в этом отчет, знал, на что шел, и отдаю должное его мужеству.

Это только в поговорке о вкусах не спорят. В реальной жизни больше всего спорят именно о них. Но в спорах, в конце концов, ничего худого нет. Если и не рождается в них истина, то никто хотя бы не погибает. Худо когда в соответствии со своими вкусами власть принимает политические решения. «Мне это не нравится», — решает князек регионального масштаба и одним росчерком пера лишает немалое количество людей их законных гражданских прав. С существованием в нашей стране гомосексуалистов власть смирилась. При Гитлере их отправляли в газовые камеры, в СССР их сажали в лагеря, но в сегодняшней России Уголовный кодекс к ним милостив – преступлением это не считается. Но и равноправными гражданами власть их тоже признать не может. Почему? А не нравится!

На этой неделе в РГГУ прошел семинар «Восточное христианство и европейская интеграция: взгляд из России», организованный университетским Центром сравнительного изучения религий. Тема соотношения и взаимоотношений восточного и западного христианства обсуждалась сперва в историческом ключе, а потом уже и на современном материале. Интересно, что в обоих случаях разговор то и дело соскальзывал с межхристианских отношений на отношения Запада и России, другие православные церкви лишь изредка упоминались, что, наверное, естественно при «взгляде из России», но все-таки неверно по существу.

Ах, как прекрасна жизнь! И как быстро она течет, и какие свежие воды приносит…

Звонок из «Российской газеты». Милый девичий голосок:

— У нас к вам вопрос, в рубрику «Вопрос дня».

Я сразу обрадовался – из этой рубрики мне от них уже звонили пару лет назад: спрашивали про мою дневную норму спиртного. Вопроса важнее в день бойни в Назрани у «Российской газеты» не нашлось.

— Слушаю ваш вопрос, — говорю в некотором предвкушении.

— Вас когда-нибудь увольняли?

— Меня? Записывайте, — говорю, — дословно, со знаками препинания.

— Записываю!

— Меня не увольняли, тире, просто ликвидировали СМИ, в которых я работал, точка.