Знаменитый летчик, без пяти минут герой России, посрамивший НАТО майор Валерий Троянов, за судьбой которого, как за челюскинцами, год назад следила вся страна, выгнан из армии. История была бы смешной, если бы не была такой грустной: посвятившему всю свою жизнь военной авиации летчику и его жене негде даже жить. Истребитель Су-27 летчика Троянова, как все мы помним, ровно год назад заблудился по дороге из Ленинградской области в Калининград и упал на территории Литвы. Пока успевший катапультироваться пилот ожидал решения литовских властей, сидя в вильнюсской гостинице под домашним арестом, на родине за его судьбу переживали не меньше, чем нынче за судьбу арестованных в Грузии офицеров ГРУ.

По ходу визита Путина в Германию было одно событие, которое привлекло внимание в первую очередь болельщиков. А, по-моему, оно должно было бы заинтересовать и всех остальных. Газпром стал спонсором немецкого футбольного клуба «Шальке». С одной стороны, ну стал и стал, чего тут такого. После «Челси» вложениями в зарубежный футбол российских миллионов, на первый взгляд, никого не удивишь — ни здесь, ни на Западе. Но не спешите. Тут есть свои нюансы.

Российские телевизионщики все-таки думают о российском народе лучше, чем Леонид Радзиховский, считающий, что наши люди гораздо дремучее своего президента. Во вчерашних новостных передачах одни просто вырезали, другие постарались дать в максимально смягченном пересказе те гадости, что выдавил из себя глава российского государства по поводу убийства Анны Политковской. Редакторы справедливо решили: когда в день похорон о жертве убийства говорят, что ее статьи были «вредны», а сама она не оказывала «влияния» на российскую политику, это способно покоробить даже не самого нравственного человека.

На похоронах Анны было очень много людей. Почти не было молодых. И – сколько я мог почувствовать – было не до гнева. Было отчаяние. И что греха таить – страх. У многих, например, у меня. «Патриоты» (ясно, кстати, что кто бы ни были те пять убийц, которые вели охоту на одну женщину – ветераны спецназа, «коричневое подполье» или даже какие-то люди из окружения Кадырова, все они тоже гордо называют себя «патриотами») могут радоваться.

Если несколько дней назад еще казалось, что какой-никакой, а президент в Российской Федерации все-таки есть, то сегодня уже понятно – у нас нет президента. То есть человек, который зовется Владимиром Путиным, никуда, конечно, не делся и деваться, похоже, не собирается, но вот претендовать в общественном сознании на должность главы государства и статус лидера нации он, без сомнения, больше не может. Ему нужно придумать какое-нибудь другое название. По-моему, неплохо звучит «Главный недропользователь». По крайней мере, эта важная должность в гораздо большей степени отражала бы ту функцию, что выполняет сегодня гражданин РФ Владимир Путин.

Анна Политковская – наша коллега, мужественный и честный человек. Мы не сомневаемся, что Аня убита за то, что она делала: рассказывала своим соотечественникам о страшной цене войны в Чечне, рассказывала миру о ситуации с правами человека в России. Ее убийство произошло в тот момент, когда в России почти не принято говорить ни о Чечне, ни о правах человека. Тем больнее и невосполнимее эта потеря.

Сегодня хоронят Анну Политковскую. За последние дни общим местом стали разговоры о том, что в России убита оппозиционная журналистка. Мне не кажется, что применительно к Анне эта формулировка точна. Она не была оппозиционной журналисткой в классическом понимании этого термина. Политковская была просто очень честным, очень талантливым и очень не равнодушным человеком.

Николай Сванидзе, об убийстве в Москве Анны Политковской: Убийство демократического журналиста дает очередной повод для наступления на демократические институты. Это —замкнутый круг, прервать который сейчас прямой возможности нет. Но видеть эту угрозу и хотя бы пытаться противодействовать ей публичными и легальными средствами — теми, что остались — мы обязаны.

Долго не решался написать об этом, да и теперь не уверен, что поступаю правильно. Но раз уж соинвесторы перестали голодать, и голодовка завершилась пускай и безрезультатно, но хотя бы без жертв, рискну навлечь на себя гнев. Как-то само собой укоренилось мнение, что наше государство плохое. Чтобы не происходило в стране несправедливого — во всем виновато оно. А народ унижен и подавлен, но всегда прав. Вот и несчастные дольщики, оставшиеся без денег и без квартир в отчаянном положении, голодающие в этом чертовом доме посреди Москвы, вызывали всеобщее сострадание, правда, бездеятельное, если не считать несмолкающих клаксонов, проезжавших мимо здания автомобилей

Я пришел работать в «Новую газету» лишь в январе этого года и никогда не сталкивался с Политковской в работе над материалами. Для меня Анна Политковская всегда была легендой, которой неловко навязывать себя без особого повода – к ней и так люди табунами шли. Но работать в «Новой» и оставаться вне зоны влияния Политковской было невозможно. Приезжаешь в Нальчик, и местные правозащитники просят передать какие-то документы Политковской, в Риме общаешься с местными журналистами, и это первая фамилия, которую тебе называют, говоря о Чечне. Возможно, это главное имя в российской журналистике, известное и уважаемое в журналистских кругах всего мира.