Семьдесят лет назад, по решению высших партийных органов, в СССР развернулась очередная кровавая «чистка», длившаяся почти два года. В исторической публицистике эта репрессивная кампания нередко именуется «Большим Террором»; в народе же ее называют просто — «Тридцать Седьмой».  Коммунистическая диктатура всегда – и до, и после 1937 года – сопровождалась политическими репрессиями. Однако именно Тридцать Седьмой стал в памяти людей зловещим символом системы массовых убийств, организуемых и проводимых государственной властью. По-видимому, это случилось из-за того, что Большому Террору были присущи некоторые из ряда вон выходящие черты, предопределившие его особое место в истории и то огромное влияние, которое он оказал — и продолжает оказывать — на судьбы нашей страны.

«Фи… Какая мерзость». Вот, по-моему, единственно возможная реакция на дивную историю, приключившуюся с газетой «Газета». В двух словах напомню. Некоторое время назад «Газета» опубликовала интервью с Эдуардом Лимоновым. После этого ряд российских партий призвали к бойкоту известного издания. Призвали практически одномоментно – соответствующие заявления в самом конце прошлой недели появились на сайтах «Единой России», СПС, ЛДПР, Партии социальной справедливости и «Гражданской силы». Алексей Макаркин на страницах «ЕЖа» уже учинил детальный разбор этого демарша. Я же позволю себе остановиться лишь на некоторых, как мне кажется, наиболее характерных деталях.