От былой славы Анатолия Чубайса почти ничего не осталось. Она постепенно, но неотвратимо перетекает к главному в нашей стране по лекарствам и пенсионерам — Михаилу Зурабову, демонизация образа которого завершена окончательно и бесповоротно. Не думаю, что такой исход был предрешен с самого начала – просто, заступив когда-то на пост главного по социалке, г-н Зурабов не учел некоторые факторы. История с монетизацией льгот позволяет нам предположить, что, затеяв ее, министр исходил из небесспорного тезиса о том, что, чем меньше в стране пенсионеров, тем лучше. Сами пенсионеры, к немалому удивлению г-на Зурабова, с такой постановкой вопроса категорически не согласились.

Российские правозащитники и общественные деятели продолжают давить на президента Путина, уговаривая его помиловать ученых Игоря Сутягина и Валентина Данилова. Это уже как минимум четвертое обращение к гаранту Конституции. И не подумайте, что я — против. Наоборот, будь на то моя воля, я бы каждый день обращалась к президенту с аналогичной просьбой. Почему? Я уверена на сто процентов, что Сутягин и Данилов достойны помилования. Во-первых, потому что они не виноваты в государственной измене. А во-вторых, потому что не стоит ученых держать в тюрьме, лучше их использовать по назначению. Но поскольку я — не правозащитник, то меня в этой истории с помилованием раздражает то, что развитие событий пошло по наихудшему сценарию. И я не знаю, что с этим делать. Может быть, наш президент не любит, когда его слишком уговаривают?

Воистину правы те аналитики, которые утверждают, что сейчас, в эпоху информационной революции, все общественно-политические процессы решительно ускоряются. В своей речи в Мюнхене Владимир Путин отметил, что, по его мнению, система международных отношений в эпоху ядерного противостояния СССР и США отличалась стабильностью и предсказуемостью. Комментируя эту речь, я вспомнил самое яркое свидетельство тогдашних «стабильности» и «предсказуемости»: работники вашингтонской резидентуры КГБ должны были ежедневно объезжать здания Пентагона, дабы выяснить, не горят ли после окончания рабочего дня окна тех кабинетов, где, по данным разведки, велась подготовка к ядерной войне.

«ТЭФИ» — это гамбургский счет, суд профессионалов, и его необходимо сохранить

Сегодня, когда золотовалютные резервы перевалили за 300 миллиардов долларов, может показаться, что финансовому положению страны ничто не угрожает. На мой взгляд, это серьезная ошибка. Министерство финансов в текущем режиме удерживает уже существующие бюджетные обязательства. И удержит их в ближайшие три года — в той бюджетной трехлетке, которая должна быть представлена в апреле. Но жизнь через три года не заканчивается.

По данным социологических опросов, россияне, как известно, не доверяют абсолютному большинству институтов того общества, в котором живут. Особенно институтам относительно новым, представительским, хотя бы по названию и видимости – демократическим, скажем, политическим партиям, парламенту, общественным объединениям, профессиональным союзам и т.п. Куда больше наши соотечественники доверяют лицам и прежде всего, ясное дело, первому лицу. В этом смысле свежие данные Левада-Центра о рейтингах доверия и недоверия основным фигурам российского политического истеблишмента выглядят достаточно привычно, сюрпризов тут нет.

Запад все еще обижается на мюнхенскую речь Путина. В нашей стране идет вполне базарное обсуждение кандидатур «преемников». Это такая милая демократическая привычка – за словами не видеть смысла. Как водится, будущее определили военные: за два дня до конференции в Мюнхене глава Пентагона Роберт Гейтс заявил, что у США могут быть военные столкновения с Россией. Выпьем за здоровье министров, на которых микрофон действует, как виагра! После этого заявления намерение Путина следовать Конституции и покинуть пост президента в 2008 году стало выглядеть чем-то вроде публичной клятвы изменить Родине.

15 марта 2007 года в «ЕЖ» была опубликована статья Александра Рыклина «Халявщики или вредители?», в которой автор поставил под сомнение профессиональную пригодность и государственно-корпоративную лояльность целого ряда ведущих провластных аналитиков, пропагандистов и политтехнологов (в частности Г.О. Павловского, М.В. Леонтьева, В.Р. Соловьева, В.А. Никонова, С.А. Маркова и др.). Данная публикация представляется не только вредной, но и опасной.

Удивительное дело, в современной России сохранилась площадка, где Ирина Хакамада может всерьез спорить с Виталием Третьяковым, а Владимир Рыжков - с Вячеславом Никоновым. Причем на этой площадке в отличие от отечественного телевидения сторонникам официальной точки зрения отнюдь не гарантирована победа и симпатии аудитории. Как ни странно, сохранилась общественная организация, где до сих пор возможно свободное соревнование идей, а не административных ресурсов. Речь идет о Совете по внешней и оборонной политике (СВОП), который отпраздновал в минувший уикенд свое 15-летие.

Природу в России защищают два главных ньюсмейкера: главный санитарный врач Геннадий Онищенко и замглавы Росприроднадзора Олег Митволь. Они борются то против норвежской семги, то против грузинского вина. И публика делится на сторонников Кремля, которые доказывают, что грузинское вино отравит нацию, и на либералов, которые в этом сомневаются. Грузинское вино, может, и отрава. Но вот есть в России еще одна отрава – химическое оружие: иприт, люизит, фосген.