В блоге Божены Рынски некоторое время назад была рассказана замечательная история про пингвина по имени Пьер. Этот пингвин был паханом пингвиньей стаи, живущей в Калифорнийской академии наук. Альфа-самца у пингвинов узнать очень легко: он всегда сидит на самом высоком камне и надзирает за порядком. Живут эти пингвины порядка 20 лет, а Пьер прожил уже 25.

И вот, прожив 25 лет, он облысел. Ему стало холодно плавать, и он стал терять свое место пахана в иерархии.

Десять лет назад, 2 июля 2003 года, я пришел на летучку к нам на «Эхо». Обсуждение текущих тем, расстановка приоритетов. Именно в этот день пришла новость о том, что Абрамович купил «Челси». Я уже не помню, какие новости сочли в тот день главными. Но у коллег не нашли понимания мои восклицания, что только что произошло историческое событие и что именно покупку Абрамовичем «Челси» и надо делать первой новостью. То есть они понимали, что случилось нечто неординарное, но не настолько, чтобы это вышло за рамки чисто спортивной сенсации.

Фраза «Что-то, похоже, пошло не так», которую выдавил из себя репортер канала «Вести 24» в момент, когда над Байконуром на горящие куски разваливалась ракета «Протон – М», несомненно встанет в один ряд с хрестоматийным «Она утонула». Дела в космической отрасли обстоят таким образом, что чрезвычайным происшествием уже следует считать успешный запуск, а нормой — очередную катастрофу. При этом было бы ошибкой полагать, что столь скверно обстоят дела исключительно в ракетостроении. Просто катастрофы там труднее скрыть. На самом деле в нашей стране происходит системный технологический кризис.

Тут у нас очередной скандал вышел. С конкурсом красоты «Мисс Минск». В других странах все нормально: красавицы норовят соперницам свинью подложить — где киллера наймут, где толченого стекла в туфельку подсыплют, а где просто кислотой плеснут. Суровые нравы. В суверенной до умопомрачения Республике Беларусь такого не водится. Девочки мирно вышагивают по подиуму, ловя беззастенчиво восхищенные взгляды мужской части жюри. Это в России все специалисты по футболу. У нас — все по красоте.

На минувшей неделе вновь вышел на поверхность, обнажился главный нравственный и социальный разлом России, персонифицированный в противостоянии Путин – Ходорковский. Редко бывает, чтобы противоположные исторические векторы воплотились в конкретных людях столь полно, рельефно и симметрично.

Стартовала юбилейная, сотая, велогонка «Тур де Франс». Самая великая гонка на свете. Гонка более знаменитая, чем сам велоспорт. Гонка, про которую слышали если и не все, то очень многие из тех, кто не считает себя болельщиком. Французский «Тур» — это всегда событие, а для Франции еще и часть национальной культуры.

Вполне сложившееся мнение: раз они хотят обидеть НКО коннотацией «иностранный агент», то назло им «надеть» это на себя и гордо продолжать заниматься собственным делом. Лирическая такая история про короля Дании, который надел желтую звезду, ибо не делал различий между своими подданными.

Дмитрий Медведев только мечтал, чтобы подчиненные воспринимали его слова «отлитыми в граните». Нынешнему президенту и мечтать не надо. В конце прошлой недели произошло два события, которые должны продемонстрировать, сколь серьезно чиновники относятся ко всему, что исходит от главного начальника страны. Министерство обороны, похоже, обогнало все прочие ведомства в области гласности и открытости. Выполняя требование Путина, военное ведомство не только в числе первых разработало план по реализации прошлогоднего путинского указа о модернизации Вооруженных сил, но и разместило некоторые данные об этом плане на своем сайте.

Правительство решило стремительно разобраться с российскими академиями, которых у нас шесть: Российская академия наук, Российская академия медицинских наук, Российская академия сельскохозяйственных наук, а также Российская академия образования, Российская академия архитектуры и строительных наук и Российская академия художеств. Три первые объединят в новую Российскую академию наук, а три последние «передадут уполномоченным федеральным органам».

Вот и еще  одно  22 июня тихо растворилось во тьме прошлого. Не получается у нас, беспамятных, с днем памяти. Да и дата такая, что не разберешь — то ли праздник гулять, то ли покаянные лбы о паперть бить.  Даже высокое начальство в недоумении, что бы ему 22 июня прилично делать.  Соберутся своим кружком, тихо потопчутся  у газового огонька  — и по домам, по цветущим резиденциям. Телевидение, конечно, весь день постреливает чем-нибудь архивным, но это мало кого трогает. Казна денег не даёт, пилить нечего. Ни тебе парадов, ни молебнов. Лето, нега, раздолье, все ушли на шашлыки.