Прошедший Архиерейский собор Русской православной церкви интересен в первую очередь тем, что он готовился в необычной обстановке. Документы, вынесенные на его рассмотрение, первоначально обсуждались в Межсоборном присутствии — созданном при патриархе Кирилле консультативном органе, в котором представлены как архиереи и клирики, так и миряне. Проекты ряда документов были даже вывешены в Интернете, что должно было стимулировать общественную дискуссию. Более того, один из этих проектов — «О принятии в лоно Церкви обращающихся из расколов» — вызвал к себе столь противоречивое отношение, что даже не был вынесен на соборное обсуждение.

Работа в группе журналистов, которые участвуют в пресс-туре в НАТО, представляет собой некое испытание (разумеется, в том случае, если главной целью не является выпить-закусить в городе Брюсселе на халяву). Ты принимаешь правила игры. В течение пяти-шести часов для тебя проводят самые разные и иногда весьма информативные, а иногда довольно бессмысленные брифинги. Проблема, однако, в том, что ты не можешь прямо цитировать натовских начальников (так, чтобы степень искренности каждого была видна).

Уже который раз удивляет меня Грозный яркостью вечерних огней. Будто никак не насытится он возможностью жечь огни после той темноты,  в которую был погружен несколько лет после бомбежек и разорения. Еще из иллюминатора виден пылающий огнями проспект,  ведущий от аэродрома в город.   Будто к месту большого праздника спускается самолет.

У «Олимпстроя» уже четвертый руководитель. Вайншток породил Колодяжного, Колодяжный породил Боллоева, Боллоев породил Гапликова. Кого породит Гапликов и сколько еще будет имен в этой библейской цепочке, мы не знаем, как и не знаем наверняка – хорошо или плохо, что у госкорпорации, занятой еще недавно (до получения ЧМ-2018) главным имиджевым проектом страны, руководители меняются каждый год.

Конфуз на днях случился с российским МИДом. Вечером 1 февраля его официальный представитель Александр Лукашевич выступил с резким заявлением, в котором назвал контрпродуктивным введение Евросоюзом против Белоруссии односторонних санкций «в расчете на подрыв социально-экономической стабильности в стране». И надо же было такому случиться, что как раз в этот момент, когда заявление появилось на лентах информагентств, а возможно, даже раньше на пару часов президент Дмитрий Медведев сформулировал принципиально иную позицию России по ситуации в Белоруссии.

Ну, вот уже, кажется, все новогодние праздники позади. Отгуляли и 80-летие первого (и пока последнего) президента России. Новоиспеченные однопартийцы — Немцов, Касьянов, Рыжков и Милов — возложили венок к могиле на Новодевичьем. Совпали с политбомондом. Сергей Степашин, предварив широкие объятия бодрой и остроумной шуткой (что-то вроде «А ты еще на свободе?»), долго целовался с Немцовым.

Революциям сейчас дают имена цветов. Но происходящее на улицах Каира можно назвать и "революцией камней". Сторонников Мубарака, оседлавших для атаки на противников президента коней и верблюдов, встретил град булыжников. И в прямом эфире мы видели начало братоубийства. А что еще скажут верующим на ближайшей пятничной молитве, остается только гадать. Не допускаю мысли, что площадь Тахрир станет второй площадью Тяньаньмэнь. Но в любом случае через пару дней развязки ситуации в Египте мы не дождемся.

В нынешней России ничего нельзя планировать наперёд. Вероятность стать жертвой террориста, бандита, правоохранителя, автомобиля с мигалкой, техногенной катастрофы, сосульки, обвалившейся крыши, просроченных или недоброкачественных товаров, контрафактных лекарств и прочих продуктов коррупционного разложения государства уже зашкаливает. Инфляция в январе как будто взбесилась, всерьёз ставя в повестку дня выживание наиболее незащищённых слоёв общества.

Прошлогодний визит Дмитрия Медведева в Штаты за модернизационным и инновационным опытом не мог не вызвать ассоциации с приснопамятной поездкой Никиты Сергеевича Хрущева к знатному американскому кукурузоводу. И попытки заставить силой капитанов российской промышленности заниматься инновациями все больше напоминают партхозактивы по внедрению «царицы полей» на необъятных российских просторах.

Сохраняющаяся политическая турбулентность в арабском мире не мешает делать первые выводы из происшедших событий. Начнем с того, что президенты Египта и Туниса пришли к власти разными путями: Мубарак стал преемником убитого радикальными исламистами Садата, бен Али сменил в результате бескровного переворота старого «отца нации» Бургибу. Но и тот, и другой смогли вывести свои страны из тупика.