Они возвращаются. Причем все вместе, вчетвером – рабочий, колхозница, серп и молот. Лица двух первых монументально грубы и по-советски жизнерадостны. Немудрено – ведь они родились в славном 1937 году от скульптура Веры Мухиной и архитектора Бориса Иофана. Возврат советских монументальных памятников – примета времени. Или симптом болезни. Или признак агонии.

Этот чудовищный по силе мировой скандал в России почти не услышан. Тема глобального потепления у нас в стране почти что экзотика, вроде спасения австралийских коал. А в той же Австралии, в США и, особенно, в странах Европейского союза эта тема почти уже бытовой фон, предмет обсуждения домохозяек. Тысячи европейских граждан, добирающихся на работу на велосипедах, сознают, что они не только экономят свои деньги, но и в меру сил спасают планету от будущей катастрофы — глобального потепления и всех напастей, которые за этим могут последовать: таяния ледников, повышения уровня мирового океана, смерчей, тайфунов и засух.

История с иконой торопецкой Богоматери Одигитрия, которую отправляют на временное хранение в новодельный храм под Москвой, всколыхнула культурное сообщество. Развернувшаяся локальная информационная война между сторонниками и противниками передачи древней святыни не сводится к банальному противостоянию «музейщиков» и «церковников», поскольку среди музейных работников немало людей верующих, болеющих за сохранение церковной старины.

Помните старый анекдот про то, как солдат из интеллигентов желает поставить старшину в тупик и спрашивает, можно ли совместить время и пространство? «Нет проблем, – отвечает тот, – будешь копать канаву от забора и до обеда». Проект Договора о европейской безопасности, размещенный на сайте российского президента, заставляет вспомнить именно этот анекдот. Буквально с самого начала своего президентства Дмитрий Медведев, чей предшественник оставил ему в наследство выход из Договора об обычных вооружениях в Европе, выступал с инициативой о заключении принципиально нового соглашения, которое гарантирует безопасность на континенте.

«Можно долго обманывать немногих, можно недолго обманывать многих, но нельзя — не получится — всегда обманывать всех».

Сейчас мы можем экспериментально определить границы слова «всегда» в России начала 2000-х. 10 лет. Десять лет, с 2000-го до 2009-го, пусть не «все», но несомненно большинство были «обманываться рады». Обманки известны: кругом враги (оборонное сознание), мы встаем с колен и под руководством Лидера забиваем им гол по самое не балуй. Эта музыка кончилась — даже не «сумбуром», а просто тихим шипением. Вот последние признаки окончания концерта для имперской лжи с оркестром.

263—269 день процесса

Минувшая неделя в суде ознаменовалась скандалом: свидетель Надежда Шек сообщила, что незадолго до прихода в суд ее вызвали на допрос по некоему новому делу, связанному с Михаилом Ходорковским и Платоном Лебедевым. Прокурор Валерий Лахтин тут же сообщил, что если свидетельница расскажет подробнее об этом допросе, она нарушит уголовный закон, а судья пригрозил ей уголовным преследованием. В остальное время продолжался допрос свидетелей, причем на сей раз, помимо тех, кто вновь совсем ничего не мог сказать по сути обвинения, нашелся один — бывший сотрудник ВНК Александр Тихонов, — который обвинял ЮКОС в нанесении ущерба государству. Однако на вопросы защиты по существу дела он ответить не смог.
Ситуацию в суде по просьбе «Ежедневного журнала» комментирует адвокат Платона Лебедева Константин Ривкин.

Я считаю, что это будет война. До сих пор это была оккупация, а теперь будет война. Просмотрев лишь некоторые газеты и сайты только за одну неделю, мы могли узнать о подробностях смерти Магнитского, о том, что пьяные менты втроем забили насмерть парня в Москве, о том, что в Питере тоже убили прохожего и избили известного художника. А еще мент, уставший стоять в очереди в поликлинике, просто достал пистолет и начал палить!

С какого-то момента мне стало казаться, что дела с военной реформой, объявленной год назад министром обороны Анатолием Сердюковым, идут скверно. Вопреки официальным заявлениям начали выкидывать из армии без обещанного ранее жилья и денежной компенсации офицеров, подлежащих увольнению. Вместо того чтобы начать профессиональную подготовку всех младших командиров, которых в Вооруженных силах требуется более ста тысяч, военное ведомство сконцентрировалось на подготовке 254 добровольцев, отобранных для двухгодичной учебы. Если создавать профессиональный сержантский корпус такими темпами, то для этого потребуется лет, этак, сорок.

Мы продолжаем совместный проект «Еженедельного журнала» и Agentura.ru, посвященный анализу государственной кампании по борьбе с экстремизмом, которую власти развернули для установления контроля над гражданским обществом и усиления полицейских функций государства. В прошлый раз мы писали о том, что российский подход к борьбе с экстремистами, к которым у нас причисляют гражданских и политических активистов, стал находить понимание на Западе. Перспективы такого взаимопонимания выглядят пугающе, учитывая какие высокотехнологичные системы контроля и наблюдения успели за последние десять лет внедрить на Западе.

Уважаемые коллеги!

Во внешней политике наш принцип — теплые партнерские отношения со всеми, кто хочет сотрудничать с нами. При этом мы не должны возвращаться в плен предрассудков и думать, что все в мире только и думают о нас. Главная проблематика современности — конкуренция, с одной стороны, глобальных корпораций с национальными властями, а с другой — США и Китая. Евросоюз, Япония и некоторые другие страны смогут сдерживать их противостояние, направляя его на пользу человечеству и купируя его потенциально опасные обострения.