На Кутузовском менты останавливают черный «мерс». В багажнике его обнаруживается труп с простреленной головой. «Это что?» — спрашивают менты. «Вот, товарищ покончил с жизнью, везем хоронить», — отвечает водитель. «А чего паяльник в заднице?» — «Последняя воля покойного». Вот этот замечательный анекдот вспомнился мне, когда появилась реакция Кремля на прошение Светланы Бахминой о помиловании. Кремль сказал, что Бахмина прошение не подавала. А в колонии сообщили, что она его отозвала. Что до самой Бахминой, то она недоступна даже для адвокатов — ее упрятали в больницу.

Я обращаюсь к членам партии Союз правых сил, ко всем нашим сторонникам, ко всем, кто голосовал за партию на прошлых парламентских выборах, ко всем, кто находится в оппозиции к действующему режиму. Не верьте лжи. Нам лгут, когда пытаются убедить, что все уже решено. Все будет решать съезд, который состоится 15 ноября. Для роспуска партии необходимо две трети голосов. Большая часть членов партии решение о роспуске не поддерживает. Понимая это, организаторы проводят съезд с низкой нормой представительства — по одному человеку от регионального отделения, что прямо противоречит Уставу партии.

В связи с практически каждым упомянутым ниже событием невозможно избавиться от неистребимого желания сравнивать то, что происходит в стране с демократической (хотя и весьма несовершенной) политической системой, и то, что происходит (и что не происходит) у ее недемократического соседа.

Пару недель назад вышла рецензия банкира Петра Авена («Альфа-банк») на «Санькю» Захара Прилепина. Называется «Сочинение по мотивам романа».

Давно это было, по нынешним кризисным темпоритмам. Но не вспомнить и не перечитать рецензию — нельзя. Потому что статья Авена — это не просто отклик на одно отдельно взятое художественное произведение. Это, в некотором роде, — идеологический манифест правящей российской элиты. Вот именно так на самом деле думают российские правители. Когда вынимают из черепных коробок CD с вопилками и сопелками про «имперское возрождение», оно же «подъем с колен».

4 ноября и так не пойми что за праздник. Но с момента своего учреждения он еще превратился и в праздник мракобесия, в день националиста. Мотивы наших властей в некоторых ситуациях не всегда понятны. То ли они не догадываются, с какой опасностью имеют дело, то ли, все прекрасно понимая, хотят поставить зло себе на службу, использовать его в каких-то целях. Каждый год 4 ноября проходил «Русский марш». Под хоругвями и с иконами по Москве шли черносотенцы, сперва еще как-то маскировавшиеся, а затем и вовсе переставшие скрывать свои заветные желания.

Наверное, традиция отмечать круглые даты (с пятеркой или нулём на конце) кроме прочего позволяет человеческой памяти не атрофироваться и не потерять способность подавать сигналы для ума и души. Какие-то из этих дат радостно ждут, приближение других не торопят, боясь отравиться горечью воспоминаний. При этом реакция у разных людей на одни и те же события нередко непримиримая.

Мы тут в России как-то про себя отмечаем, что американские выборы нас не просто интересуют, но интересуют даже сильнее своих собственных. Я не говорю о том, что про выборы президента США у нас знают больше, чем про выборы Медведева. Речь об интересе. Выборы — это спорт. А в спорте всякое состязание интересно интригой и непредсказуемостью результата. Что толку наблюдать поединок, победитель которого известен еще до стартового свистка? А наши, российские выборы так и проходят. В Америке последние две гонки решил фотофиниш, да и нынче все непросто. Поэтому интересно.

Прошло две недели после того как министр обороны Анатолий Сердюков объявил о решениях, которые — если они будут выполнены — радикальным образом изменят наши Вооруженные силы. Напомню, что речь идет о сокращении офицерского корпуса практически на две трети (с 355 до 150 тысяч военнослужащих), сокращении количества военно-учебных заведений, а также о переходе от дивизионной к бригадной структуре Сухопутных войск.

По всему, президентом США может стать молодой, не очень искушенный в политике Обама. И оба кандидата на пост вице-президента полагают, что злые силы будут проверять его профпригодность. И устроят какой-нибудь еще один мировой кризис. Думаю, никто ничего устраивать не будет. В мире и без того есть чем проверить не только Обаму, но и все мировое сообщество.

По-моему, это даже принятый медицинский термин. Во всяком случае, его значение очевидно. Нравственные идиоты не воспринимают страдания других людей или просто даже радуются зрелищу этих страданий. Тот, кто страдает, вызывает презрение и желание, чтобы страдал сильнее. Бесчувствие и/или садизм. При этом они полны уважения и/или любви к тому (тем), кто причиняет страдания окружающим — видят в них не только грубую силу, но и высший моральный авторитет. Так подростки восхищаются шпаной, а взрослые — диктатурой. Из этого вытекает желание подражать авторитету — скажем, быть «шнырем» при «пахане» или же «шнырем-патриотом» при Государственном пахане.