Олимпиада — это праздник. Уж для болельщиков-то точно. Но Олимпиада в Пекине вышла непраздничной. И теперь, по ее окончании, впервые в моей болельщицкой карьере у меня нет грусти от того, что огонь погас и все закончилось. Собственно, по-другому получиться, наверное, и не могло. Олимпиада совпала с войной — день в день, и после этого болеть искренне и беззаботно уже не получалось. Но остальной мир следил за Играми пристально: все-таки Олимпийские игры — это мировое событие номер один, так что после Пекина в любом случае есть о чем поразмышлять.

Судебная коллегия… рассмотрев кассационную жалобу… сочла правильным… вывод суда о распространении осужденными заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, а также об организации и активном участии в групповых действиях, нарушающих общественный порядок и нормальную работу транспорта… (из определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР).

Ах, какой праздник спорта! Какие красивые золотые медальки, а также серебряные и бронзовые! Какие чудесные спортсмены и спортсменки! Как весело и празднично на этой замечательной Олимпиаде в такой прекрасной столице гостеприимного миллиардного государства. И пусть заткнутся те, кто хочет помешать нашему веселью своим нытьем об ущемленных правах китайских граждан. Пусть умолкнут те, кто хочет испортить нам настроение своими скучными рассказами о царящих вокруг пытках, насилии и смерти. Не мешайте нам веселиться, изверги! У нас сегодня праздник!

Как раз сегодня, в понедельник, как сообщил словоохотливый Дмитрий Рогозин, представитель России в НАТО, в Кремле будут решать, как именно выстраивать отношения Москвы и Североатлантического альянса. Москва уже дала свой адекватный ответ на решение Североатлантического альянса не проводить заседаний Совета Россия-НАТО. Было заявлено, что наша страна вообще приостанавливает военное сотрудничество с НАТО. Самое, как говорится, время. Ведь выяснилось, что план Саркози-Медведева по урегулированию грузино-российского конфликта весьма непрост для применения. Потому что слишком общий и краткий. Что дает участникам конфликта возможность совершенно по-разному интерпретировать его пункты.

22 августа у Белого дома состоялся митинг оппозиционных сил. На этой акции Объединенных демократов собралось около 300 человек. В течение 10 лет Союз правых сил устраивал в этот день шествие от Горбатого моста (у Белого дома проходили с огромным российским триколором) до пересечения Арбата и Садового кольца, где стоит памятник жертвам августовских событий 1991 года. В этом году столичные власти почему-то не дали разрешения на шествие.

 

«Ежедневный журнал» продолжает публикацию историй из книги Виктора Шендеровича «Изюм из булки», вошедших в третью редакцию книги.

...Тусовка — место небезопасное. Вот машет тебе рукой человек, которого ты знаешь уж точно не первое десятилетие, а кто это? Как зовут?.. Туман... Году в девяносто девятом, ближе к ночи, в закрытом актерском клубе, вижу за соседним столиком замечательного артиста Максима Суханова. Он приглашает подсесть, я приземляюсь за его столик, начинаем трындеть…

История с мятежным епископом Диомидом поставила перед Русской православной церковью вопрос о преодолении крена в сторону фундаментализма. Ведь именно фундаменталистские настроения, затронувшие многих клириков и мирян, стали питательной почвой для диомидовских инвектив. И так отчетливо проявившееся в этой истории стремление ультраконсерваторов однозначно «выстраивать ситуацию под себя», возникло не в последний год и родилось отнюдь не на Чукотке.

Самое типичное рассуждение либералов-западников (и далеко не только их) по поводу внешней политики России сводится к одной простейшей мысли.

Российская номенклатура, что бы она там ни болтала, держит на Западе деньги, барахло, часто семьи. «Где сокровище ваше — там и сердце ваше». Они находятся на коротком поводке у Запада и никогда не посмеют по этой причине всерьез с ним ссориться.

Признаюсь, в последние дни я неоднократно оказывался в довольно непривычной и, честно сказать, несколько неловкой ситуации. Это происходило, когда меня просили прокомментировать «чисто военный» аспект вроде бы завершившейся российско-грузинской войны. Если относиться к делу академически, то есть забыть, что воевали Грузия и Россия, а анализировать войну между странами R и G, то следует признать, что войска государства R воевали значительно лучше.

В своем доме в Марэ Отар Иоселиани находится в постоянном контакте с Тбилиси. "Это абсурдная, абсурдная война". "Мои родственники, — рассказывает он — говорят ужасные вещи. Уже в силе военный закон, мы — жертвы безумной военной агрессии. Они настроены очень пессимистично. Ситуация может только ухудшиться", повторяет грузинский режиссер в разговоре с корреспондентами газеты La Repubblica.