По правде сказать, в сегодняшней России, вступившей в полосу реакции, поводов для оптимизма немного. Близкие люди, до сего времени не дававшие повода заподозрить их в излишней эмоциональности, с отчаянием говорят о том, что страна стремительно катится к какому-то дикому православному совку. Драконовские законы о митингах и клевете, теперь вот средневековый суд над Pussy Riot, инквизиция и «обезьяний процесс» в одном флаконе. Антиутопии Войновича и Сорокина становятся страшной реальностью буквально на глазах.

Вопрос, откуда у Собчак деньги, совершенно не интересовал прокуратуру до того, как Собчак вышла на проспект Сахарова. Член клуба русского «Форбс», звезда шоу-бизнеса, как бы к этому бизнесу не относиться... Откуда у нее сотни тысяч евро? От верблюда. У Киркорова не пробовали обыск провести? Как членами клуба русского «Форбс» стали десятки российских чиновников — объяснить гораздо труднее.

Во время первого массового митинга на Болотной площади 10 декабря 2011 года многих протестующих смутил неизвестный летательный аппарат с пропеллерами, круживший над толпой. Некоторые даже приняли его за НЛО. Загадочным устройством оказался радиоуправляемый летательный аппарат...

Всю неделю власти старательно закручивали гайки. Думцы, продлившие себе время весенней сессии, с кипящими от жары мозгами принимали поправки в закон об НКО, по утверждении которых сотни общественных организаций будут объявлены «иностранными агентами». Несколько десятков следователей усердно продолжали клепать дело о беспорядках на манифестации 6 мая. Новые следователи готовы взяться за переписку Навального и Белых, дабы найти там доказательства коррупции. При этом совершенно никого не интересует, что главная улика добыта незаконным путем. Знающие люди говорят, что цель развернувшихся репрессий не только подавление политического протеста.

Всем известно, что именно в таком положении  конвоиры  водят заключенных. Люди, у которых тюремный срок в далеком прошлом, машинально могут взять руки назад, прогуливаясь, например, по улице или бродя по комнате и о чем-то думая. Да и не сидевшие люди могут в задумчивости  взять руки назад — что-то сосредотачивающее в этом есть… Но только если добровольно берешь руки за спину. А если их сковывают за спиной наручниками?

Всякий судебный процесс чем-то напоминает спектакль. Только начинается он не с вешалки, а с наручников. А так, монологи обвинения и защиты, диалоги допросов, тайны доказательств и страстные речи адвокатов, заключительный вопль главного героя и интрига приговора — все подчиняется законам сцены. Это в обычных судебных процессах. Когда же на скамье подсудимых десятки или сотни человек, спектакль приобретает эпические очертания.

Вторник уходящей недели начался со звонка барышни, работающей на одной из ведущих FM-радиостанций: «Что вы думаете о предстоящих совместных военных учениях вооруженных сил России, Китая, Ирана и Сирии, которые будут проведены на сирийской же территории». Я остолбенело молчал. А барышня тараторила...

Главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов обратился с письмом к главе Следственногокомитета России Александру Бастрыкину. Суть письма, если отбросить экивоки: глава СК вывез журналиста «Новой газеты» Сергея Соколова в лес, где угрожал его жизни и даже удачно пошутил, пообещав потом сам заняться расследованием этого преступления. Что нам теперь делать и как получить гарантии безопасности Соколова?

Итак, что это было, с обысками по периметру?

Покамест  налицо — две версии. Одна приятная, другая — тревожная.

Версия первая, приятная: мы имеем дело с обычным идиотизмом власти, следствием (по терминологии Льва Семеновича Рубинштейна), ее «колхозной ментальности». Решено наехать покрепче на Навального, Чирикову и Ко и обезглавить протест.  Дешево и сердито — но уж больно дешево, даже для тамошних мозгов.

Закон — штука, в сущности, довольно простая: либо он есть, либо его нет. Нельзя при главе МВД Нургалиеве отказать в расследовании уголовного дела по факту ДТП с участием его жены, а после его отставки — вдруг это расследование начать. Будь г-жа Нургалиева трижды преступница — все равно это уже не закон!