Мощный источник коррупции — государственные закупки и заказы. Здесь коррупция обретает широко известную форму откатов. Откаты порождают две формы прямых потерь. Первая форма — те бюджетные деньги, которые идут не по назначению, а в руки чиновника (сами откаты). Тут оценка потерь — это размер (доля) откатов. Если лет десять назад стандартный размер отката составлял 5- 15 %. Сейчас это процент вырос примерно в 3-4 раза.

15 ноября сын полпреда по Сибирскому федеральному округу Сергей Квашнин вломил — и хорошо вломил — менту, охранявшему спорткомплекс «Олимпийский». Менту он сломал нос, тот попал в больничку, а Квашнин попал в отделение, где его держали несколько часов, а потом привезли в прокуратуру и отпустили. Менты утверждают, что и в отделении Квашнин вел себя нагло, а Квашнин утверждает, что менты скоммуниздили у него бумажник и деньги. Либеральное общественное мнение прямо вознегодовало: беспредел! Отпустили генеральского сына! Не дали ему пять лет! А с чего негодование, собственно?

Неделю назад, 11 ноября, в Министерстве обороны происходили странные события. Было известно, что на этот день назначено заседание расширенной коллегии военного ведомства «с приглашением руководящего состава Вооруженных сил, представителей Администрации президента, федеральных органов законодательной власти». Ходили упорные слухи, что на заседание прибудет и верховный главнокомандующий (он же президент) Дмитрий Медведев.

Решение президента Д. Медведева остановить планируемое расформирование 28-й ракетной дивизии в Козельске, на боевом дежурстве в которой находятся межконтинентальные баллистические ракеты(МБР) УР-100Н УТТХ, в принципе может считаться оправданным, поскольку для этих ракет периодически проводится продление сроков эксплуатации. Если с точки зрения ядерной безопасности это признано допустимым, то их лучше сохранить в боевом составе.

Будь моя воля, я бы строжайше запретил российским начальникам делать заявления о постоянно растущей мощи наших Вооруженных сил. Помнится, стоило Владимиру Путину провести Совет безопасности и заявить о грядущем подъеме нашей обороноспособности — и затонула подлодка «Курск». Потом, в 2006-м, общаясь с подведомственным народом, Путин похвастал, что в ближайшее время в строй войдут подводные ракетоносцы новой серии. И тут же выяснилось, что для них нет ракет. Очередное испытание ракеты «Булава» закончилось неудачей. Теперь же оказалось, что повышенная «глазливость» передается вместе с кремлевским кабинетом.

Еще 24 июня 2008 г. академики В.Л. Гинзбург и Ю.А. Рыжов, руководитель Фонда защиты гласности Алексей Симонов и я, ответственный секретарь Общественного комитета защиты ученых Э.И. Черный, направили письмо-обращение президенту РФ Д.А. Медведеву с просьбой разобраться с каскадом обвинений ученых в шпионаже, разглашении государственной тайны, экспорте технологий двойного назначения.

Война между Грузией и Россией вызвала во всем мире оживленную дискуссию о боеспособности Российской армии и множество разнообразных оценок военных итогов конфликта. Важно не терять пропорций в выводах. Пресса забита перечислением недочетов, выявленных в ходе военных действий, в управлении войсками и в их оснащении, недостаточном по сравнению с грузинской армией. В действительности же на основе «пятидневной войны» сделать далеко идущие выводы относительно состояния Вооруженных сил невозможно.

Прошло две недели после того как министр обороны Анатолий Сердюков объявил о решениях, которые — если они будут выполнены — радикальным образом изменят наши Вооруженные силы. Напомню, что речь идет о сокращении офицерского корпуса практически на две трети (с 355 до 150 тысяч военнослужащих), сокращении количества военно-учебных заведений, а также о переходе от дивизионной к бригадной структуре Сухопутных войск.

Как известно, когда говорят пушки, музы молчат. Однако когда политики и дипломаты доводят ситуацию до того, что они не могут разговаривать друг с другом, диалог начинают вести генералы. 21 марта в Финляндии, в удаленной от Хельсинки загородной резиденции, произошла неожиданная встреча начальника российского Генштаба генерала армии Николая Макарова и председателя комитета начальников штабов США адмирала Майкла Муллена.

Практически в каждой из газетных статей, посвященных последним решениям министра обороны Анатолия Сердюкова, без конца повторяется слово «реформа». Но если ограничиться лишь констатацией мер, пусть даже мер чрезвычайно радикальных, по сокращению численности офицерского корпуса (со 355 тысяч до 150), воинских частей (в сухопутных войсках с 1890 частей и соединений до 172, в ВВС — с 240 до 120, в ВМФ — с 240 до 123), военных вузов (с 65 до 10) — это вряд ли можно назвать настоящей реформой.