Ах, как хочется начать новую жизнь с понедельника. В крайнем случае, со вторника. Причем, подозреваю, не только мне. Оставить в дне вчерашнем все ссоры и дрязги, обиды и мелкие подлости и с чистой совестью вступить в рассвет нового дня. Не выходит. Вчерашний день выпирает безобразными опухолями и мерзкими гримасами. Так хочется повалиться на ложе, потребовать холодной воды, жалобно позвать собаку Банга… то есть Кони. А приходится страшным голосом орать, что царство истины никогда не настанет.

По существующей традиции, главные политические новости России приходят из-за рубежа. В результате визита Владимира Путина в Париж выяснилось, что он намерен и в дальнейшем руководить подведомственным народом. Увидев, что премьер прибыл во французскую столицу с собственным «Мерседесом», хозяева быстро сообразили, что требования протокола – совсем не догма. В результате чего Владимир Путин был принят по разряду глав государств. К примеру, был устроен ужин Путина с президентом Николя Саркози. И, надо сказать, французы создали идеальные условия для того, чтобы организованный премьерской командой сигнал дошел до всех и до каждого.

— Убили, значит, Фердинанда-то нашего, — сказала Швейку его служанка.

— Какого Фердинанда, пани Мюллер? — спросил Швейк, не переставая массировать колени. — Я знаю двух Фердинандов. Один служил у фармацевта Пруши и выпил у него как-то раз по ошибке бутылку жидкости для ращения волос, а есть еще Фердинанд Кокошка, тот, что собирает собачье дерьмо. Обоих ни чуточки не жалко.

— Нет, сударь, эрцгерцога Фердинанда. Того, что жил в Конопище, того толстого, набожного…

— Иисус Мария! — вскричал Швейк. — Вот-те на! А где это с паном эрцгерцогом случилось?

Вопрос, кстати, интересный. Наш «эрцгерцог», который так и не стал наследником престола — человек, несомненно, тоже набожный. А что не толстый, так разве то его вина? Где же это (и почему) с паном стряслось?

Президент Медведев объявил войну мздоимству, подписав указ "О мерах по противодействию коррупции". Создан штаб. И без того внушительный список различных советов при президенте пополнился еще одним — антикоррупционным, который и должен предложить эти меры. Решение, видимо, необходимое: восемь лет назад, когда нынешняя вертикаль власти была еще в задумке, взяток брали меньше. Россия занимала в индексе восприятия коррупции 47-е место, а теперь — 143-е, по соседству с Того и Ганой.

А все-таки времена меняются. Иногда быстрее, чем кое-кому хотелось.

Вот на минувшей неделе «Независимая газета» опубликовала презабавнейшую заметку «Единая Россия попала под тандем». Начинается заметка так: «Единая Россия», несмотря на чаяния своего руководства, может не стать «партией Путина». К формированию кадрового состава «медведей» вплотную подключилась администрация президента».

Дмитрий Медведев призывает средства массовой информации активнее включаться в борьбу с коррупцией. Согласно официальным сообщениям, президент принял в Кремле председателя Союза журналистов Всеволода Богданова. Последний посетовал, что журналисты подчас недостаточно активно участвуют в жизни общества и государства. Так и хочется сказать: «…(действие сексуального характера) и плачу».

Итак, г-н Медведев обозначил на первое время круг своих приоритетных интересов. То есть те проблемы, которые, с его точки зрения, видимо, не решались (или плохо решались) в предыдущее царствование, а теперь стали первоочередными и безотлагательными. Коррупция и суд. «Как много в этом звуке для сердца русского слилось…». Два основополагающих столпа, на которых зижделась вся вертикаль путинской власти. Коррупция как единственная форма существования и функционирования современной российской бюрократии. Ее важнейший (если не сказать — единственный) побудительный мотив к любому действию. «Не подмажешь — не поедешь» — не вчера придумано.

Пока реальные полномочия президента Медведева мало чем отличаются от полномочий принцессы Анны из фильма «Римские каникулы» (если кто забыл, она в ожесточенной борьбе отвоевала себе право не есть на ночь печенье с молоком), все разговоры о его политике — в том числе экономической — остаются беспредметными. Конечно, власть не чемодан со взяткой, ее нельзя просто перенести из одного здания в другое, но пока президент Медведев начнет «отбирать свои пяди и крохи» полномочий руководителя страны от Председателя Путина, определять стратегию развития и, в частности, экономики по-прежнему будет последний.

Удивительное дело, этого боятся практически все — чиновники и обыватели, политологи и журналисты, державники и либералы. Все как сговорились, и в рассуждениях о президентстве Медведева рефреном звучит: «Что же станет с Россией, в которой появилось два центра власти? Да возможно ли это, чтобы у нас — и два царя одновременно?» Естественно, чиновники в смущении и растерянности — с кем согласовывать, на кого ориентироваться или, грубо говоря, кому заносить?

Эту замечательную историю я слышал от моего друга и коллеги Александра Рыклина. Второклассник страдает над домашним заданием: ему велено придумать вопрос к арифметической задаче, условия которой известны. В конце концов, он пишет: «Курица весит 2 килограмма, а поросенок на 15 килограмм больше. И что?»

Если бы политологи и аналитики, которые всю неделю без перерыва на сон комментировали назначения в правительстве и президентской Администрации, были бы честны, то именно этим вопросом они должны были завершать свои размышления.