Борис Надеждин, секретарь Федерального политсовета Союза Правых Сил, о последнем послании президента России Владимира Путина Федеральному собранию: Абсолютно адекватное послание путинскому стилю управления. Вот в чем его суть: «Мы решаем реальные проблемы страны и людей, - и действительно, чтобы их не решать, когда денег много, - а вы не лезьте в дележ власти», - вот суть его послания. То есть не трогайте святое: власть, контроль за ситуацией в стране – никто: ни запад, ни демократы какие-то. Не трогайте. И все будет хорошо.

Кончина Бориса Ельцина сделала вновь актуальным вопрос о судьбе ельцинской элиты. Согласно одной из конспирологических версий, между нынешним президентом и его предшественником существовал негласный контракт – не трогать давних ельцинских соратников, представителей старой элиты, – который теперь утратил силу. Появилось и первое якобы подтверждение этой версии – отставка Павла Грачева с поста советника «Рособоронэкспорта», о которой стало известно в день похорон первого президента России.

В первые годы после той отставки нет-нет, да и случалось услышать такую реакцию на очередное людоедство властей: «Погодите, дедушка очухается, он им еще устроит. Он им скажет, что думает по поводу всей этой гадости». И на лицах присутствующих начинала играть улыбка. Все очень живо представляли себе, как Борис Николаевич входит в свой кабинет, с удивлением смотрит на человека за своим столом и говорит: «Да ты, я погляжу, всерьез тогда все воспринял… Так это я… того… пошутил… или спал, я уж не помню… Ну все, все, сынок, иди к Бородину, он тебе найдет работу…»

Я верю в искренность Лукина и Памфиловой и уважаю их попытки работать «кротами истории», которые, по Марксу, роют медленно: я тоже эволюционист. Но некоторые системы — не эволюционируют. И хлопотать вокруг, наводя демократические румяна на эти трупные пятна, кажется мне как минимум нерациональным. Если, конечно, мы говорим о будущем России, а не о «мелких прижизненных хлопотах», по Слуцкому. Надо возвращать демократические правила игры. Это довольно срочное дело. Остальное – потом.

В конце прошлой недели Путин вернул в Думу закон «О Знамени Победы». Спикер Грызлов немедленно выразил согласие с президентским неодобрением и обещал в ускоренные сроки устранить недоработки. А теперь давайте зададимся вопросом, что могло заставить три сотни, казалось бы, вменяемых (без справки, во всяком случае) человек в течение месяца выставлять напоказ собственный идиотизм. Ведь иначе и назвать нельзя то упорство, с которым фракция «Единая Россия» продавливала этот закон в нижней палате, а потом преодолевала вето Совета Федерации.

Ну вот, что называется, по первой приняли, огурчиком заели, завязалась беседа. Сразу два уважаемых автора «Ежедневного журнала» посчитали необходимым высказаться на предложенную тему – о том, «как же эту боль нам преодолеть». О форуме я уж и не говорю – он как вскипел после ознакомления с моими скромными заметками, так до сих пор никак не придет в норму. Что, кстати говоря, по понятным причинам меня несказанно радует.

«Когда человек умирает, изменяются его портреты…» Смерть Ельцина со всей несомненностью обнажила человеческую подкладку в его отношениях с Россией. Это ведь были полноценные личные отношения: счастье и драма, любовь и разочарование… В политической жизни первого президента было много черных минут: и черных для него, и тех, в которые источником черноты оказывался он сам. Все это непременно станет предметом холодного исторического анализа, но не сегодня. Сегодня – вослед – только про то человеческое, что связывало нас с Борисом Николаевичем Ельциным.

Ельцин умер, конечно, от горя. А еще, наверное, от неизбывного чувства вины. Он совершал в жизни много ошибок. Но та роковая и фатальная во многом перечеркнула всю его жизнь. Он не мог этого не понимать. И исправить уже не мог – не было сил. А пережить не получилось. Ельцина больше нет с нами. Он нам уже никак не поможет. Но мы будем о нем помнить. И верить, что если Господь даст ему возможность и дальше наблюдать за развитием событий в России, у Бориса Николаевича будет повод сказать: «Молодцы, ребята! Порадовали старика. Сняли камень с души».

Говорят, что демократия не должна зависеть от личностей. Что президенты приходят и уходят, а основы правового государства, демократические институты, гражданское общество – остаются. Может быть, так и есть. Наверное, так и должно быть. Но только не у нас. Он сам был целой эпохой. Со всеми сложностями, противоречиями, надеждами, разочарованиями, победами…

Мы хороним Бориса Николаевича… Я до сих пор не могу понять и принять трагический смысл этих слов. И не только потому, что мне довелось работать в его команде, наблюдать за ним в неформальной обстановке. Последнее время он появлялся на людях только на соревнованиях по теннису и волейболу. Но и я, и многие мои неравнодушные, несогласные друзья и коллеги подсознательно продолжали надеяться, что лев найдет в себе силы совершить еще один прыжок.